Глава 83. Большие проблемы большой семьи

Тёмные шторы были задвинуты, и в комнате царила темнота. Вайолет уже давно ушла из номера и даже укрыла её одеялом. Она не выпила и половины бутылки, а голова болела, будто влила в себя весь алкоголь бара. Однако ничего не может отменить утренней физкультуры. Прохладный душ освежил тело и голову, на коже она не нашла свежих царапин или иных отклонений, надела костюм и отправилась на пробежку...

...которой не получилось. Внутренности хотели выбраться наружу, поэтому пробежку пришлось заменить ходьбой. Но не это омрачало её утро. Всё началось с Сильвена Лемье - старшего брата. Раньше она бы бросилась к нему и обняла так же крепко, как скучала. Но что-то внутри остановило её, возможно его форма сине-зелёного цвета.

- Ты меня выслеживаешь, Сильв?

- Так ты приветствуешь родственника? Не "привет", а сразу подозрения?

- Прости. Привыкла говорить прямо. Конечно же я рада тебя видеть, жаль, обстановка неподобающая. У меня сегодня выходной, можем попозже выпить по чашке чая, - Эмилия разминала плечи и корпус тела.

Сильвен покачал головой, а девушка невольно спрятала улыбку.

- Я здесь лишь напомнить, что ты обещала не появляться на территории Ордена. Мне больших трудов тогда стоило добыть твои документы и уговорить маму, чтобы она не спускала ищеек с поводка.

Теперь это был вызов - открытый, с напоминанием о прошлом. Как и в бою, такие удары нужно парировать.

- Когда это Берлин стал вашей территорией? Или Литерманы продали город Народа секте?

- Мьель!

- Брат, если ты пришёл повидать свою сестру - я буду рада поболтать. Если же ты пришёл сорить угрозами, то не мешай мне заниматься.

- Как часть семьи Лемье, - голос Сильва стал мягче, будто он хотел сменить тактику, - как твой брат, прошу: не появляйся больше здесь и не разрушай ничьи планы.

Эмилия остановилась. Она провернула в голове вчерашнее событие с Пирокамерой. Её глаза взглянули в его так пристально, что он отшатнулся.

- Сильв. Я не знаю, какие игры ты и Рихтер затеяли, но не впутывай в них ДК Маунтэнс... Дай два дня и мы уедем, но я не обещаю, что не вернусь. Эмилия Лемье не вернулась бы никогда, но Эмилия Бос - выполнит приказ как работница конгломерата.

Глаза Сильвена спустились ниже, на вышивку серыми блестящими нитками. На ней меч делил гору напополам.

- Я понял, - он закивал, будто только что пришло осознание. - Ты как эта гора на эмблеме. Одна твоя часть - цельная и светлая, вышита цветом, а вторая - та, которую ты хочешь скрыть. Но, Мьель, от себя не скроешься. И, когда придёт час и ты попросишь у меня помощи, я уже не смогу помочь тебе. Не захочу.

Слова Сильвена ударили в грудь, пробили её насквозь, а потом оставили эту рану зиять. Фигура брата, некогда самого близкого человека, повернулась спиной и уходила прочь. Он изменился... в его словах не было той доброты и кротости, что была раньше, с возрастом он стал взрослее и хищнее.

На обеде их встреча снова повторилась. Он подошёл ко столу, за которым девушка увлечённо общалась с мужчиной из Роси.

- Хочу с тобой поговорить.

- Ты мне вроде бы ясно дал понять, что нам друг от друга ничего не надо, - она посмотрела на его безразлично, безжизненно, но внутри всё ещё хотелось изменить направление утреннего разговора. Она продолжила: - Ладно. После обеда на том же месте.

Эмилия шла по асфальтированной дорожке, по которой так и не удалось пробежаться утром. Сильвен поравнялся с ней, его шаг синхронизировался с её, также как и в детстве: лево, право, лево, право... Они оба смотрели на ноги. Напряжение стало отпускать девушку (как же легко она может изменить мнение).

- Утром я был резким. Прости.

Она приняла извинения. Они взялись за руки, как обычно он брал на любой прогулке, чтобы она не потерялась.

- Я хотел сказать, что беспокоюсь за тебя, а выпалил какую-то нелепицу, - мужчина продолжал смотреть на ноги.

- Ты как? Всё хорошо?

- Я? Я чувствую себя как котёнок, которого кинули в черную жидкость. Вроде держусь на плаву, иногда барахтаюсь, иногда пытаюсь плыть. И жидкость эта какая-то неравномерная: то легко становится, то прилипает и тянет ко дну.

- Это из-за Рихтера?

Сильвен слышно выдохнул.

- И нет, и да. Он предложил большой план. Я бы даже сказал, грандиозный. Нам столько ещё предстоит, а я так устал!

Эмилия остановилась.

- Я не знаю, что там у вас за план, но я знаю две вещи: Рихтер - будущий глава конгломерата, если запахнет жареным, думаешь, он тебя спасать будет? - Она замотала головой. - Он будет спасать себя. А кто спасёт тебя?

Худой, почти дистрофичный мужчина сел на скамью, спиной к солнцу.

- Меня не нужно спасать. Я сам себя спасу, - мужчина засмеялся.

- А старшие братья, они знают о вашем плане? А мать?

Сильвен промолчал, что подтвердило догадки Эмилии: брат задумал не грандиозное. Он задумал опасное. Голос её стал тише, она указательным пальцем ткнула в себя:

- Посмотри на меня, на живой пример того, что будет, если бессознательно встать у неё на пути. А если бы я сделала это осознанно, то была бы неживым примером, как отец.

Сильвен потянул сестру за руку, чтобы она тоже села.

- Не забивай голову, просто захотелось выговориться, а ты нотации читаешь. Мьель, я знаю, что делаю.

Он резко сменил тему для разговора. А Эмилия и не хотела давать ему наставления, поэтому не стала продолжать, хоть и беспокоилась за брата. Эта смена его настроения, угрозы, извинения, аналогия. Её не было рядом так долго, за это время они оба повзрослели...  Возможно даже поумнели. И она очень хотела, чтобы эти встречи, хотя бы один раз в 10 лет случались. Чтобы они оба смогли на них присутствовать.

Живыми.