Нас Чудотворная икона не пригласила...

Куда только ни заносит Судьба нашего брата-журналиста! Мы часто и не знаем, что бываем в местах, которые станут знаменитыми на всю Россию. Я тоже не предполагал, что отдалённое от райцентра село Коробейниково, в котором в своё время организовался целинный совхоз, в недалёком будущем станет местом паломничества верующих христиан.

Было это в конец шестидесятых годов прошлого века. Работая в районной газете, бывал во всех сёлах Усть-Пристанского района Алтайского края, в том числе и за рекой Чарыш, в Коробейниково. По местным меркам это отдалённое село.

Мы были вдвоём с фотокорреспондентом Николаем Черепановым, Царство ему Небесное. Уже буйствовала весна. Нас интересовали дела на животноводческой ферме и на птицефабрике. Пригревало солнышко. Над степью вблизи фермы заливался жаворонок. Он как бы висел в воздухе на одном месте и посылал свои трели на всю округу.  На душе у меня была какая-то особая благодать. И местная доярка показалась мне невероятной красавицей!

Ферма как ферма, ничего необычного: корма, надои, дисциплина. Мы там были не долго. Сделали несколько снимков да записей в блокноте. А вот на птицефабрике неожиданно задержались. Да и было от чего. Мы увидели там нечто необычное. В просторной производственной кухне, на которой готовят корма для несушек, за столом восседали бригадир с двумя птичницами. Они завтракали, угощаясь горячим мясом, которое тут же брали из огромного котла, в котором оно варилось. Бригадир пояснил нам, что здесь происходит.

- Варим мясо молодой лошади на корм курам, чтобы повысить яйценоскость. Табун в селе большой, а работы лошадям нет, - как бы извиняясь за содеянное пояснил Петр Семенович. – Присоединяйтесь к нам. Мясо очень вкусное.

Шло масштабное освоение целинных и залежных земель, в том числе и в нашем Алтайском крае. Совхоз «Коробейниковский» был организован недавно на базе местных колхозов. Снабдили его техникой, естественно, по полной норме!  Она потеснила использование лошадей по всем направлениям.

Нам дали тарелки и вилки, отвалили по большому куску мяса. Николай сходу навалился на еду. А я только притронулся: всегда опасался незнакомой пищи из-за больного желудка.

Фотографировали птичниц, записывали данные по яйценоскость и сохранность поголовья. Договорившись, что переночуем у бригадира, мы отправились в сельсовет. Председатель тут же стал жаловаться на каких-то паломников, которые, якобы, постоянно появляются в селе.

- Идут и едут к нам со всех концов страны! Вчера шахтеры из Кузбасса нарисовались. Ближний свет!

- А что их сюда притягивает?

- Икона Чудотворная, ни больше и ни меньше. Она в доме слепой Ольги Перегудовой. Являются группами, иногда человек до двадцати. Пешком приходят. Устают, конечно. Где-нибудь присядут на брёвнышки, отдохнут. Встанут и пойдут дальше, да не все. Со стороны кажется, что засиделся человек. Подойдешь к нему узнать, в чем дело? А он мертвый! Вот мне и забота – хоронить. Знаете, сколько сразу хлопот?

- И местные заходят к Ольге, - продолжал он. -. Из Усть-Пристани верующие посещают.  Однажды инструктор райкома партии явился. Решил навести в селе порядок. Дескать, атеистическая пропаганда совсем не на уровне. Куда только парторганизация смотрит? А всему виной икона в доме слепой, которой люди поклоняются. Недолго думая, отправился он домой к Олюшке Тёмной (так мы её называем). Явился с решительным намерением приструнить и напугать ответственностью. Только вошел он в избу, а слепая каким-то чутьем уже знала, кто к ней пришел, зачем явился и что сейчас скажет. Не дождалась, пока он хоть слово произнесёт, она с ходу пошла в атаку:

- А ты зачем сюда явился? Уходи немедленно! Не с добром ты пришел, а поглумиться.

Он и рта не успел раскрыть, как паломники взяли его под ручки и вывели. А секретарь райкома партии, куда верующие пришли с жалобой на инструктора, очень рассердился. Ведь подчинённый действовал без согласования с райкомом партии, без соответствующей подготовки. За то, что самовольно отправился в дом к верующим, выговор ему вкатили. За оскорбление религиозных чувств сельских жителей.

Так уж сложилась моя Судьба, что из Усть-Пристани я уехал на работу в другую местность. И сейчас свою пенсионерскую радость доживаю вдалеке от родного Алтая – в Подмосковье. Более шестидесяти лет ничего не слышал я ни о селе Коробейниково, ни об иконе Божьей Матери. И вот совершенно случайно от Лидии Калашниковой, автора из Барнаула, узнал, что там произошли большие изменения. Мужской монастырь теперь действует. А икона Божьей Матери с Младенцем стала главной ценностью не только Коробейниковского храма, но и всего Алтайского края.

Я обратился к Интернету. Оказывается, есть очень много сведений на эту тему. От первых дней приключения иконы, о её чудесном обновлении и до настоящих дней. Поэтому решил, что сведений из Интернета вполне достаточно, чтобы поведать о Коробейниковском чуде. Вот что приготовила для нас Алиса.  Тексты слегка отредактировал, на то я и редактор в прошлом.
 *  *   *
Первоначальный храм.
В селе Коробейниково впервые храм был построен в 1902 году (по некоторым данным, руководил строительством Бийский архитектор А. А. Борзенков). Освятили его в 1903–1904 годах. Главной достопримечательностью в нём была икона Божьей Матери с Младенцем. Образ выделялся красотой: Богородица в пурпурном одеянии, а на руках — благословляющий Богомладенец. Изображение было на золотом фоне, в мозаичном обрамлении.

Гонения и поругание.
В 1938 году по решению схода граждан, воодушевляемых руководителями-атеистами, сельчане храм закрыли, разграбили, а затем превратили в зернохранилище. Икону не просто убрали в сторонку — её бросили буквально под ноги, положив у входа, чтобы люди наступали на святой лик.

 Спасение.
Согласно преданию, слепая с детства Ольга Гавриловна Перегудова (в народе — Олюшка Тёмная) дважды видела во сне Богородицу, которая повелела спасти образ. Ольга уговорила родственницу и соседку и ночью, когда сторож отлучился, икону тайно вынесли из осквернённого храма. Дома её отмыли, но зрелище было удручающим: краски на ликах Богородицы и Младенца стёрлись, на доске появились царапины, даже трещина.
В какой-то момент, по воспоминаниям очевидцев, икона «заплакала», и будто бы прозвучал голос: «Все, все согрешили». С этого дня в доме Перегудовых у образа постоянно собирались верующие, горела лампада, не прекращалась молитва.

Хранение и возвращение.
После смерти Ольги Перегудовой икона перешла к тайной монахине Глафире (Любицкой, в схиме Евлогии) — первой настоятельнице Знаменского женского монастыря в Барнауле. Какое-то время образ находился в нескольких благочестивых семьях краевого центра. (Видимо, икону скрывали от партийных работников и правоохранительных органов).

Чудеса обновления.
Со временем началось обновление иконы. Сначала стали различимы очи Богородицы и Младенца, затем восстановились ободочки нимбов. А окончательно икона полностью обновилась в Пасхальную ночь 1972 года (с 8 на 9 апреля), через тридцать лет после её спасения. Накануне, в Страстную пятницу, работница меланжевого комбината города Клавдия Владимировна Бурачевская подарила иконе венок из ткани — и в эту ночь поверхность стала гладкой, изображения чёткими и яркими.
 
Возвращение и учреждение праздника.
 В декабре 1991 года Россия стала самостоятельной республикой. В 1994 году, более чем через полсотни лет, храм в Коробейниково восстановили. Икона в это время находилась уже в Покровском кафедральном соборе Барнаула, где ей смогли поклониться тысячи верующих. Второго июля того же года многолюдным крестным ходом икону вернули на прежнее место. В честь этого события по благословению Патриарха Алексия II установили празднование — в первое воскресенье июля. Также сложилась традиция семидневного крестного хода из Барнаула в Коробейниково (первый состоялся в 1999 году). А в 2005 году празднование Коробейниковской Казанской иконы внесли в общецерковный месяцеслов.

Сегодня этот образ — главная святыня Богородице-Казанского Коробейниковского мужского монастыря и всей Барнаульско-Алтайской епархии. Верующие по молитвам перед иконой получают исцеления, помощь в житейских нуждах и другие милости.   
  *   *   *   
Такие вот дела произошли в селе Коробейниково, в котором побывал я в шестидесятых годах прошлого века. Уже тогда к неудовольствию председателя сельсовета началось паломничество к спасенной и обновлявшейся иконе. Но такой репортаж для партийной газеты не подходил, и мы иконой не заинтересовались. Про Олюшку Тёмную я несколько раз слышал от жителей райцентра. Рассказывали, что её арестовывали и увозили в Барнаул. А потом вернули безо всяких последствий.

Прославить Заступницу земли Алтайской ежегодно собираются тысячи паломников с Алтая, Сибири, да и со всей России. Традицией стал семидневный Крестный ход в с. Коробейниково из г. Барнаула, который начинается за неделю до праздника. Конечно, я не пошел бы теперь вместе со всеми. Вряд ли мои девяностолетние ровесники в этом тоже участвуют. Двести пятьдесят километров идут богомольцы, вознося Божией Матери свои молитвы.  При этом у них приподнятое стабильное настроение, они не чувствуют усталости, никаких жалоб.