Гербарий

      Барсик сидел на подоконнике и задумчиво поглядывал на улицу. Иногда его усы подрагивали, нос морщился, а хвост качался из стороны в сторону, будто маятник. Барсик любил это место. Тут можно было наблюдать за всем сразу: и за двором, и за небом, и за пролетавшими птицами.
За окном дул ветер. Ветки вишни, что росла под Вовкиным окном, жалобно скрипели и стучали в ставни, будто хотели рассказать о чем-то важном. Тяжелые тучи нависли над деревней. Их рваные бока почти касались крыш. Казалось, что небо не выдержит такой ноши, и тогда пойдет дождь – долгий и нудный, какой бывает только осенью. С каждым порывом ветра во дворе становилось всё мрачнее, и Барсик недовольно прижал уши.
      – И откуда взялся этот ветер? – негромко пробормотал он, и рыжая шерсть на загривке встала дыбом. – Этак он все листья за околицу унесет.
Вдруг из ниоткуда появился домовой. В руках он держал маленькую метелку из гусиных перьев, которой обычно смахивал пыль в кладовке. Он сел рядом с приятелем, пригладил растрепанную бороду и спросил:
      – А тебе и вправду их жалко?
      – Конечно! – кот даже подпрыгнул на месте. – Нам нужны самые красивые листья.
      – Ну, так возьми, коли нужны, – ухмыльнулся домовой. – Вона в саду их целый ворох.
      – А я думал мы вместе пойдем собирать, – Барсик обиженно дернул ухом. – Нас же Вовка двоих попросил. Ты что, записку не читал?
      – Я ведь грамоте не обучен, – домовой скромно потупился и вздохнул: – Уж больно мудреная энта наука – черточки и закорючки складывать. Я-то глазами все вижу, а дальше ничего не выходит.
      – Так я и знал, – пробурчал Барсик. Он спрыгнул на пол и подбежал к холодильнику, на котором висел крошечный клочок бумаги с неровными буквами. – Вот смотри. Знаешь, что тут написано? «СА-БРАТЬ ГИР-БА-РИЙ».
      – Хм, – домовой удивленно почесал затылок. – А энто ж за диво такое – «ГИРБАРИЙ»?
      – И вовсе не диво, – ухмыльнулся кот. – Это самые обычные растения: листики, травинки, цветочки – только сушеные. Я раньше не понимал, зачем их сушить. Они становятся такими серыми и скучными. А потом узнал, что гербарий нужен для изучения в школе. Я в одной Вовкиной книжке подглядел. Там еще вместо картинок были приклеены листья, и под каждым стояла подпись, как в важных документах. Вовка говорил, что ему нужно сделать точно такую же книжку, чтобы учитель похвалил. Понял теперь?
      – Понял, – домовой положил метелку на подоконник и первым спрыгнул на пол. – Ну, коли для науки надобно, давай и мы наберем. Негоже баклуши бить, когда мальцу помощь нужна.
      Друзья вышли в сад. Здесь осень была везде: в воздухе, на земле и даже порывах ветра. Опавшие листья шуршали под ногами. А те, что висели на ветках, держались из последних сил, будто не хотели прощаться с летом.
Домовой снял шапку. Корзинку он дома забыл и теперь жалел об этом. Ведь гербарий куда-то надо складывать. Друзья находили самые нарядные листочки – яркие, с ровными краями и крепким черешком, внимательно разглядывали со всех сторон, а потом отправляли в шапку. И вскоре она стала тяжелой и пузатенькой, словно любимый бабушкин самовар.
     Вдруг над кустом шиповника взметнулась стайка воробьев. Птички пронеслись над садом и опустились на кучу сухой травы возле забора. Они принялись громко чирикать, зорко поглядывая по сторонам, будто обсуждали что-то важное. Барсик навострил ушки.  Его усы дрогнули, зрачки расширились, а рыжая, как осеннее солнце, шерсть на спине встала дыбом.
     – Тш-ш-ш, – то ли себе, то ли домовому прошипел кот.
Он припал к земле, подобрал лапы и прыгнул к воробьям. И в тот же миг стайка взмыла в воздух и разлетелась в разные стороны, словно водяные брызги, а потом как ни в чем не бывало села поодаль.
     – Кот, ты куда?! – крикнул домовой. – А как же гербарий? Али запамятовал?
     Но Барсик уже не слышал. В нем неожиданно пробудился охотник, и он то припадал к земле, то высоко подпрыгивал, то замирал, прислушиваясь к звукам вокруг. Даже пытался ползти, как настоящий разведчик. Но воробьям все время удавалось улизнуть. Они легко перепархивали с места на место и тем самым злили кота.
     Барсик так увлекся охотой, что думать забыл и про листья, и про Вовку, и даже про то, зачем они вообще сюда пришли.
     – Эй, я ухожу, – домовой помахал рукой, чтобы привлечь внимание друга.
И когда кот не отозвался, он тихо вздохнул, поднял шапку и пошел к дому. Неожиданно налетел ветер, выхватил из шапки несколько листочков и понес в сад.
     – Ишь ты, озорник! – домовой погрозил ветру. – Энтого добра тут цельный двор, оставь мне чуток. Листья не ради забавы мне нужны, а для науки.
     И он бросился ловить улетевшие листья. Один лист кружился в воздухе, будто танцевал, другой норовил спрятаться в траве, третий хотел улететь за забор. Домовой бегал по саду, подпрыгивал и ловил их, словно играл в какую-то странную игру. От этой беготни его щеки раскраснелись, а дыхание сбилось, но он не сдался, пока не поймал последний беглый листок. Наконец, шапка снова наполнилась. Он принес листья в горницу, высыпал возле печки и исчез. Ведь у него в кладовке остались неоконченные дела: надо успеть до захода солнца проверить, не завелась ли плесень в углах да убедиться, что все банки с вареньем на месте. На улицу он обычно выходил редко, только в особых, как сегодня, случаях.
     Вскоре пришли Вовка и бабушка. Они сразу заметили листья на полу и очень удивились. Ведь утром здесь ничего, кроме пестрых половичков, не лежало.
     – Ох! – вскрикнула бабушка. - Это кто здесь намусорил? Может, кот?
     – Не знаю, – пожал плечами Вовка.
     – А может, это ты гербарий не сдал?
     – Я сдал, – замотал головой Вовка. – Еще на прошлой неделе. А этот не знаю, откуда взялся.
     – Правда? – уточнила бабушка. – Ну, тогда и выбросить не жалко.
     Она схватила веник и совок и стала сметать листья в кучу. Но неожиданно остановилась, подняла один ярко-красный листок, похожий на волшебный кораблик, повертела в руках и воскликнула:
     – Смотри, какая красота, Вовка! Как будто специально раскрашивали.  Давай оставим эти листочки у себя, пусть нас радуют.
     От этих слов Барсик, который к тому времени уже вернулся с улицы с огромным репьём на хвосте – единственным результатом своей охоты, тихонько замурчал под столом, довольный тем, что нарядный гербарий будет жить с ними.
Бабушка достала из шкафа стеклянную вазу с белым журавликом на боку, собрала листья в букет и поставила на подоконник. И тут случилось чудо: тучи разошлись, и на небе засияло солнышко – не такое яркое, как летом, но по-прежнему теплое и ласковое. Один, самый смелый лучик, заглянул к ним в окно и коснулся вазы. Вовке даже показалось, что крошечный журавлик ожил, взмахнул крыльями и слегка кивнул, словно одобряя бабушкин поступок. Листья в вазе заиграли множеством оттенков: от золотисто-желтого до темно-бордового, будто в комнате кто-то зажег волшебную лампу.
     И Вовка подумал, что это сама Осень пришла к ним в гости.