Обратное эхо. Глава 13. Анатомия вербовки

(Воксхолл-Кросс. 09:30)
Здание Секретной разведывательной службы (SIS), известное всему миру как Воксхолл-Кросс, снаружи напоминало серверную стойку, которую забыли покрасить. Черный бетон, узкие окна-бойницы, ощетинившиеся антеннами. На фоне викторианских особняков через Темзу оно выглядело как инородное тело, имплант в сердце Лондона.
— Выглядит как общественный туалет в Бирмингеме, — прокомментировала Лена, когда «Вольво» остановилась у главного входа.
— Не суди книгу по обложке, — Игорь заглушил двигатель. — Внутри там больше мрамора, чем в мавзолее. И больше микрофонов, чем в студии Abbey Road.
Ричард ждал их у турникетов. Он сменил вчерашний уютный свитер на безупречный темно-серый костюм, который стоил больше, чем годовая зарплата Игоря в КБ. — Доброе утро, мистер Адамс, — Ричард кивнул Игорю, но его взгляд, холодный и оценивающий, был прикован к Лене. — Миссис Адамс. Вы выглядите отдохнувшей.
— Это всё бекон Майкла, — буркнула Лена, кутаясь в шарф. — Я начинаю подозревать, что ваш дворецкий — это ваш лучший агент.
— Майкл — наш лучший специалист по логистике и русской тоске, — усмехнулся Ричард. — Идемте. Артур не любит, когда опаздывают. Он считает, что непунктуальность — это форма измены.
Лифт бесшумно скользил вниз. Не вверх, в офисы, а глубоко под Темзу, в бункер. Когда двери открылись, Лена инстинктивно схватила Игоря за рукав. Коридор был белым. Не просто окрашенным, а облицованным матовым материалом, поглощающим звук и свет. Воздух был стерильным, пах озоном и бумагой.
— Как в больнице, — прошептала она. — Как в операционной, — поправил Игорь. — Сейчас нас будут вскрывать.
Кабинет Артура находился в самом конце коридора. На двери не было таблички. Только сканер сетчатки глаза Retinal scan, новинка от компании EyeDentify.
— Добро пожаловать в «Яму», — сказал Ричард, прикладывая глаз к красному лучу. Замок щелкнул с сухим звуком выстрела. — Не пытайтесь запоминать дорогу назад. Из этих коридоров нет выхода, кроме как через допрос.
Артур стоял у окна, выходящего в никуда — просто панель, транслирующая статичное изображение Букингемского дворца. — Ричард, — Артур не обернулся. — Кофе. Черный. Гостям — чай.
Ричард молча вышел. Артур повернулся. Его лицо было лицом старой ящерицы — сухая кожа, обтягивающая череп, глаза без ресниц.
— Садитесь, — он указал на два кресла перед низким стеклянным столом. — Не туда. — Он остановил Лену, направлявшуюся к креслу рядом с Игорем. — Вы сядете здесь. — Он указал на кресло в углу, под ярким светом лампы.
Лена замерла. — Почему? — Потому что я хочу видеть ваши глаза, Маргарет, — Артур улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — А вы, Игорь, сядете в тень.
Ричард принес чай. Настоящий «Твайнингс» в тонкостенном фарфоре. Артур не притронулся к своему кофе. Он смотрел на Лену.
— Итак, — Артур сцепил пальцы домиком. — Маргарет Адамс. Родилась в Горьком. Отец — инженер на ГАЗе. Мать — учительница. Окончила педагогический. Работа в архиве ГРУ. Замужем за Игорем Лавровым.
— Всё верно, — кивнула Лена. Её голос дрогнул, но она держалась.
— Вы боитесь меня, — это был не вопрос. — Вы сидите в подвале и смотрите на меня так, будто хотите снять кожу, — ответила Лена. — Было бы странно не бояться.
Артур хмыкнул. — Честность. Это хорошо. В MI6 честность — это просто форма лжи, которую легко проверить.
Он перевел взгляд на Игоря. — А вы, Игорь. «Призрак». Мы читали ваше досье. Вы — лучший аналитик систем управления. Но вы не аналитик. Вы — разрушитель.
— Я конструктор, — ровным голосом сказал Игорь. — Вы — мясник, — отрезал Артур. — То, что вы сделали с людьми «Альфы»... Это не работа разведчика. Это работа спецназа.
— Я не хотел их убивать, — Игорь пожал плечами. — Они просто стояли не под тем углом.
Артур откинулся в кресле. — Ричард сказал, что вы хотите быть «двойником». Сливать нам дезу, оставаясь верным Соколовскому.
— Я хочу жить, — поправил Игорь. — Соколовский дал мне легенду. Вы дали мне кислород. Я готов платить.
— Чем? — Артур наклонил голову. — Информацией, — Игорь смотрел прямо в глаза англичанину. — Но у меня есть условия.
Артур замер. Ручка, которой он постукивал по столу, остановилась. — Условия? — в его голосе прозвучал холод Арктики. — Вы, мистер Адамс, мертвы. У мертвых нет прав. У них есть только полезность.
— У меня есть жена, — Игорь кивнул на Лену. — Она не знает ничего. Она — домохозяйка.
— Она — архивариус ГРУ, — Артур прищурился. — Она знает систему нумерации папок. Она знает, кто куда ездил. Она — актив.
— Она — гражданское лицо, — голос Игоря стал стальным. — Если вы тронете её, Артур, то, сначала, я сдам вам всё. Всю сеть нелегалов в Лондоне. Всех до одного. И Соколовского лично. А потом я сдам вас Моссаду. Просто ради развлечения.
В кабинете повисла тишина. Ричард, стоявший у стены, перестал дышать.
Артур смотрел на Игоря долгую минуту. Затем он рассмеялся. Это был сухой, трескучий смех, похожий на звук ломающихся веток. — Я скучал по русским, — сказал он, вытирая слезу в уголке глаза. — Вы единственный человек в этой комнате, у которого есть яйца. Ричард, запиши. Легенда «Маргарет» подтверждена. Статус — «Невинная». Никаких контактов. Только наблюдение.
Ричард кивнул, делая пометки в планшете.
— А вы, Игорь... — Артур наклонился вперед. — Вы — наш. С сегодняшнего дня. Но вы не «двойник». — Кто же? — Вы — «Тройник», — Артур улыбнулся. — Москва думает, что купили вас. Мы думаем, что купили вас. А на самом деле... вы купили нас обоих. Вы — свободный агент, Лавров. Вы работаете на себя. А мы с Москвой просто платим за аренду.
Дверь в кабинет открылась без стука. Артур не удивился. Он даже не повернул головы. — Ричард, я же сказал, чай...
В кабинет вошел человек. Американец. Это было видно по походке, по тому, как он держал плечи (слишком прямо), и по запаху. От него пахло «Мальборо», кондиционером из Пентагона и чем-то неуловимо пластмассовым.
Он был одет в безупречный синий блейзер, который выглядел неуместно в этом бетонном склепе.
— Артур, — американец кивнул англичанину, даже не взглянув на Ричарда. — Ричард, выйди.
Ричард побледнел. — Сэр, это... — Выйди, — повторил американец, не повышая голоса.
Ричард пулей вылетел из кабинета, забыв закрыть дверь. Американец закрыл её сам. Щелчок замка прозвучал как выстрел.
— Артур, — американец сел в кресло, которое только что освободил Ричард. — У тебя крысы в доме.
Артур медленно повернул голову. Его лицо, обычно непроницаемое, стало жестким. — Это мои активы, Джон.
— Это наши активы, Артур, — американец, Джон, достал из внутреннего кармана серебряный портсигар. — И твой «Призрак» только что угрожал сдать нашу сеть.
Игорь и Лена сидели неподвижно. Лена вцепилась в подлокотник так, что побелели пальцы.
— Он блефует, — сказал Артур. — Нет, — Джон закурил, не спрашивая разрешения. — Он не блефует. Я читал его психопрофиль. Лавров — это хищник-одиночка. Он не служит. Он играет.
Джон перевел взгляд на Игоря. В его глазах не было ненависти. Там был чисто профессиональный интерес, как у энтомолога, поймавшего редкую осу.
— Мистер Лавров, — сказал Джон. — Меня зовут Джон. Я из Лэнгли.
— Я догадался, — ответил Игорь. — У вас галстук стоит дороже, чем моя жизнь.
Джон усмехнулся. — Вы только что подписали контракт с MI6. Но MI6 — это дворники. Они подметают улицы. Мы — те, кто владеет районом.
— Чего вы хотите? — спросил Игорь.
— Того же, чего и вы, — Джон стряхнул пепел в чашку из-под кофе Артура. — Мы хотим, чтобы «Сапфир» не взлетел.
— Вы опоздали, — сказал Игорь. — Я уже отдал железо Артуру.
— Железо — это мусор, — Джон махнул рукой. — Мы знаем их аэродинамику. У нас есть «Скейлфолд». Нам нужны алгоритмы.
— Алгоритмы у меня в голове, — Игорь усмехнулся. — Вы не сможете их вынуть, не убив меня.
— Мы и не будем, — Джон наклонился вперед. — Мы предлагаем вам сделку, Лавров.
— У меня уже есть сделка с Артуром. — Артур — это тактик, — Джон поморщился. — Он хочет знать, где стоят их танки. Нам плевать на танки. Нам нужна стратегия.
Джон достал из портфеля тонкую папку. Положил на стол. — Это ваш новый контракт.
Артур вскинулся. — Это моя операция, Джон!
— Была, — Джон даже не посмотрел на него. — Ми-6 получает наблюдение. Мы получаем Лаврова.
Игорь посмотрел на папку. Затем на Джона. Затем на Артура. Англичанин сидел багровый от ярости, но молчал. Американец был спокоен, как скала.
— В чем подвох? — спросил Игорь.
— Никакого подвоха, — Джон улыбнулся той самой американской улыбкой, которая не касается глаз. — Вы работаете на нас. Вы даете нам алгоритмы. Вы сливаете Москве то, что мы разрешим.
— А Лена?
— Маргарет? — Джон впервые посмотрел на неё по-настоящему. — Маргарет — ваша ахиллесова пята. Мы не работаем с уязвимостями.
В этот момент в кармане Джона зазвонил телефон. Огромная, тяжелая «Моторола» в титановом корпусе.
Джон извинился взглядом. Поднес трубку к уху.
— Да... Да, он здесь... Секунду.
Он нажал кнопку громкой связи.
Динамик телефона зашипел. И голос, который прорезал тишину кабинета, заставил Игоря замереть. Голос был сухим, картавым и обладал такой властью, что даже Артур инстинктивно выпрямился в кресле.
— Мистер Лавров, — произнес голос с сильным акцентом, в котором слышались нотки Бронкса и Гарварда. — Меня зовут Дэвид. Я звоню из Лэнгли. Мой кабинет на седьмом этаже.
Игорь понял, кто это. Это был не Джон. Это был «кукловод». Тот, кто стоит над Джоном.
— Я слышал, вы торгуетесь, — продолжил Дэвид. — Это хорошо. Торговля — основа демократии.
— Я защищаю свою жену, — сказал Игорь.
— Мы все кого-то защищаем, — голос в трубке стал жестче. — Мистер Лавров. Вы думаете, что вы — фигура на доске. Вы — доска. И мы только что купили лесопилку.
Дэвид сделал паузу. — У вас есть тридцать секунд, чтобы сказать «Да», прежде чем я отдам приказ Джону свернуть вам шею. А Маргарет... Маргарет очень красивая. Жаль, если с ней что-то случится в этом холодном Лондоне.
В кабинете стало тихо. Было слышно только гудение ламп и то, как Артур медленно, с хрустом, сжал карандаш в кулаке, ломая его пополам.
Игорь посмотрел на Лену. Она смотрела на него. В её глазах больше не было страха. Там была абсолютная, ледяная пустота.
— Мы согласны, — сказал Игорь в трубку.
— Мудрое решение, мистер Адамс, — голос Дэвида стал сладким. — Добро пожаловать в ЦРУ. Джон введет вас в курс дела. Завтра. А сегодня... отдохните. Вы заслужили.
Связь оборвалась.
Джон убрал телефон. — Ну, вот и славно, — сказал он, улыбаясь. — Артур, бумаги на Лаврова мне на стол к обеду.
Он встал. — Рад был познакомиться, Игорь.
Когда за американцем закрылась тяжелая дверь, Артур долго сидел, молча, глядя на сломанный карандаш. Затем он поднял глаза на Игоря. В них плескалась чистая, незамутненная ненависть.
— Добро пожаловать в ад, Лавров, — сказал глава MI6. — В ЦРУ любят ломать игрушки.
Игорь ничего не ответил. Он просто взял руку Лены. Её пальцы были холодными как лед.
Их купили. Их продали. Их новая жизнь только что превратилась в золотую клетку, ключ от которой находился в Лэнгли.

  (Ноттинг-Хилл. 11:00)
Обратная дорога в Ноттинг-Хилл прошла в абсолютном молчании. «Вольво» рассекала лондонский трафик, но Игорь не смотрел на город. Он смотрел на затылок Ричарда, на седеющие волосы водителя, и его мозг работал с частотой процессора, перегревающегося от нагрузки.
Лена сидела, сжавшись в комок на заднем сиденье. Она всё ещё чувствовала ледяное дыхание Дэвида из Лэнгли сквозь мембрану телефона. — Он нас убьет, — прошептала она, когда они остались одни в машине. — Сначала тебя, потом меня.
— Нет, — Игорь даже не повернул головы. — Сначала он заставит нас работать. Мертвые проектировщики плохо чертят.
— Ты сказал «Да», — в её голосе зазвенели слезы. — Ты только что продал нас ЦРУ.
Игорь повернулся. В полумраке салона его глаза казались кусочками янтаря. — Я сказал «Да» человеку, который думает, что купил меня, — он накрыл её холодную руку своей. — Леночка, послушай меня. В инженерии есть понятие «усталость металла». Если сгибать проволоку туда-сюда, она нагревается и в итоге ломается. Артур и Дэвид сейчас тянут нас в разные стороны. Они создают напряжение.
— И мы сломаемся, — выдохнула она.
— Нет, — Игорь улыбнулся той самой жуткой, спокойной улыбкой, которая пугала её больше, чем его гнев. — Сломаются они.
Квартира встретила их тишиной. Но теперь эта тишина не казалась мирной. Она казалась вакуумом, в котором распространяется взрывная волна.
Игорь прошел в кабинет. Не в тот, где их допрашивал Артур, а в их личный, на третьем этаже. Он не стал садиться. Он подошел к окну, выходящему на мокрые крыши, и закурил. Дым поплыл к потолку.
— Садись, — кивнул он Лене на кресло. — Нам нужно составить список.
— Список чего? Наших грехов перед КГБ? — Лена села, обхватив себя руками. Она всё ещё была в кардигане, который купил Майкл.
— Список их слабостей, — Игорь взял с полки чистый блокнот в кожаном переплете. — Записывай.
— Я не стенографистка, Игорь.
— Ты — архивариус, — он щелкнул зажигалкой. — Ты умеешь систематизировать хаос. Пункт первый.
Лена вздохнула, но взяла ручку. — Пункт первый: ЦРУ — кретины.
Игорь усмехнулся. — Это аксиома. Пункт первый: Артур. Глава МИ-6. Позывной «Паук».
— Почему «Паук»? — Лена склонилась над бумагой. Её почерк был аккуратным, круглым, как в школьных тетрадях.
— Потому что он сидит в центре MI6 и ждет, — Игорь выпустил кольцо дыма. — Он стар. Он хочет пенсию и орден Королевы. Для него «Сапфир» — это не победа Британии. Это его личный пенсионный фонд. Он хочет продать чертежи американцам через год, после того как получит рыцарский титул.
— То есть он двойной агент? — Нет, — Игорь покачал головой. — Он агент своего комфорта. Записывай: Артур — временный союзник. Цель: использовать его как щит от Москвы, пока мы не встанем на ноги.
— Пункт второй, — Лена подняла глаза. — ЦРУ. Дэвид.
Игорь затушил сигарету. — Дэвид — это не человек. Это функция. Он из Лэнгли. Это значит, что он работает не на США. Он работает на Корпоративный Интерес.
— В смысле? — Артур хочет орден. Дэвид хочет бюджет на следующий год, — Игорь начал ходить по комнате. — «Сапфир» — это угроза американскому ВПК. Если у Советов будет лучший истребитель, Конгресс даст Пентагону миллиарды на ответ. — Значит, они не хотят, чтобы мы сдали им чертежи? — Лена нахмурилась.
— Они хотят, чтобы мы сдали им алгоритмы, — Игорь остановился. — Железо можно скопировать. Математику — нет. Но если мы отдадим им математику, «Сапфир» станет бесполезным. Мы отдаем им оружие, которое делает наше оружие бесполезным.
— Это безумие. — Это бизнес, — Игорь наклонился к ней. — Записывай: Дэвид — инструмент. Он думает, что он кукловод. На самом деле он просто курьер с большими амбициями.
— А Соколовский? — тихо спросила Лена.
Игорь замер. Имя повисло в воздухе, тяжелое, как надгробие. — Соколовский — мертвец, который еще не знает об этом, — сказал Игорь. — Он думает, что управляет нами через «Красную серию». Но «Красная серия» — это поводок. А поводок можно перегрызть.
Игорь сел в кресло напротив Лены. Он выглядел изможденным, но его глаза сияли тем лихорадочным блеском, который появлялся у него только в момент решения сложнейшей задачи.
— Ты понимаешь, что произошло в Воксхолле? — спросил он. — Нас купили и продали, — ответила Лена. — Нас оценили, — поправил Игорь. — Мы — самый дорогой товар на рынке разведданных с 1945 года.
Он подался вперед. — Маргарет Адамс — это легенда. Домохозяйка. Она не знает ничего. ЦРУ и МИ-6 будут тратить тысячи человеко-часов, пытаясь понять, не заложила ли ты микрофон в тостер.
— Я могу заложить, — предложила Лена. — У меня есть отвертка.
Игорь рассмеялся. Впервые за весь день — искренне. — Не нужно. Твоя сила в том, что ты — пустота.
— А твоя?
— А я — «Тройник», — Игорь взял её за руку. — Слушай меня внимательно. Это наш единственный шанс выжить.
Он сжал её пальцы. — Москва думает, что я их человек. Я — «Канал». Я буду сливать им то, что разрешит ЦРУ. — ЦРУ думает, что я их человек. Я — «Призрак». Я буду давать им алгоритмы. Но не те. — А МИ-6... — Игорь хищно улыбнулся. — Артур думает, что он самый умный. Он посадил Ричарда следить за нами. Ричард — это его глаз.
— И что мы делаем?
— Мы создаем Информационный Вакуум, — Игорь встал, снова начав мерить шагами комнату. — Мы станем для них «Черным ящиком». — Как это? — Мы дадим ЦРУ алгоритмы. Но мы подсунем им сложную математику. — Игорь взял с полки книгу — «Теория хаоса» Джеймса Глейка. — Мы дадим им уравнения, которые работают, но которые они не смогут понять. Они внедрят их в свои симуляторы. Их ЭВМ начнут выдавать ошибку.
— И они поймут, что мы их дурим. — Не сразу, — Игорь покачал головой. — На это уйдут месяцы. А к тому времени...
— К тому времени что?
— К тому времени мы станем незаменимыми, — Игорь остановился перед ней. — Мы станем единственными людьми в Лондоне, которые понимают, как работает «Сапфир». — Мы станем заложниками. — Мы станем брокерами, — Игорь присел перед ней на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне. — Леночка, послушай. В этой игре нет хороших парней. Есть только Артур, который хочет медаль, и Дэвид, который хочет бюджет.
— А чего хочешь ты?
Игорь улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты могла спать по ночам. Я хочу, чтобы у нас был дом, в который не придут люди из группы «А». И я хочу, чтобы Соколовский подавился своим чаем, когда узнает, что мы продали его «Сапфир» всем сразу.
— Это месть?
— Это бухгалтерия, — Игорь поцеловал её ладонь. — Он списал нас в убыток. А мы вернулись в графу «Прибыль».
Зазвонил телефон. Резкий, прерывистый звук. Не их домашний. Красный аппарат спецсвязи, который Ричард оставил на столике в холле.
Игорь и Лена переглянулись.
— МИ-6, — сказал Игорь. — Артур. Проверяет поводок.
Он подошел к аппарату, снял тяжелую трубку. — Адамс.
— Игорь, — голос Артура был лишен всякой любезности. — Вы и ваша жена. Вы сейчас дома? — Да, Артур. Пьем чай. Майкл испек сконы. Хотите рецепт?
В трубке повисла тяжелая пауза. — Не паясничайте. В 14:00 к вам приедет Ричард. Он привезет оборудование. Вы начинаете работу.
— Какого рода работу? — Игорь покосился на Лену. Она жестом показала: «Спроси про ЦРУ».
— Вы будете анализировать данные по программе «Скиффи», — Артур был лаконичен. — Это тест.
— «Скиффи» — это американская игрушка, — заметил Игорь. — Я думал, мы работаем на Корону.
— Вы работаете на того, кто платит, — отрезал Артур. — Ричард будет здесь в два.
Щелчок. Гудки.
Игорь положил трубку. Он посмотрел на Лену. — Поздравляю. — сказал он. — Мы только что устроились на работу.
— К кому? — спросила она.
— Ко всем сразу, — Игорь подошел к окну. — Ричард привезет «Криптос». Машину для шифрования. Артур хочет, чтобы мы шифровали его отчеты для Лондона.
— А ЦРУ?
— А ЦРУ, — Игорь закурил новую сигарету, его руки впервые за день перестали дрожать. — ЦРУ думает, что Ричард — их человек.
Игорь затянулся. — Ричард работает на МИ-6. Но Ричард — идиот. Он думает, что он двойной агент. — А он кто?
— Он наш курьер, — Игорь выпустил дым прямо в объектив скрытой камеры, которую он уже вычислил в углу потолка. — Записывай новый пункт, Лен.
Лена взяла блокнот. — Пункт четвертый: Ричард.
— Ричард — это наша почта, — Игорь смотрел в камеру, улыбаясь. — Начиная с сегодняшнего дня, мы будем кормить МИ-6, ЦРУ и ГРУ одной и той же информацией.
— Какой?
— Правдой, — сказал Игорь. — Но в таких дозах, от которых у них начнется лихорадка.
Он подошел к столу, взял чистый лист бумаги и начал быстро писать формулы.
— Что ты делаешь? — спросила Лена.
— Я пишу алгоритм «Джокер», — ответил он, не поднимая головы. — Это математическая модель, которая предсказывает поведение двух хищников, дерущихся за одну кость.
— И что она говорит?
Игорь поднял глаза от бумаг. В них плясали чертики. — Она говорит, что кость достанется не хищникам.
— А кому?
— Тому, кто держит поводок, — Игорь кивнул на телефон спецсвязи. — А поводок, дорогая моя, мы только что незаметно переложили в свой карман.
Он подошел к ней, обнял, зарылся лицом в её волосы. — Добро пожаловать в MI6, Маргарет.
За окном, на другом берегу Темзы, в сером здании Воксхолл-Кросс, Артур наливал себе виски. Он думал, что купил тигра. В здании в Лэнгли Дэвид вносил фамилию «Адамс» в список активов высшей категории важности. Он думал, что купил гения.
А в теплой квартире в Ноттинг-Хилле Игорь Лавров, человек, которого официально похоронили в Москве, чертил на бумаге схему того, как он заставит двух самых могущественных хищников в мире уничтожить друг друга.
И первой жертвой в его плане значился Ричард, который должен был приехать через час с коробкой, полной чужих секретов.

Ричард прибыл минута в минуту. Вежливость палача.
Он вошел в квартиру без стука, используя ключ, который ему, очевидно, выдал Артур. С ним был второй человек — молчаливый техник в сером комбинезоне, который нес тяжелый металлический кейс, прикованный наручником к запястью.
— Маргарет, Игорь, — кивнул Ричард, снимая дорогое кашемировое пальто. — Надеюсь, вы отдыхали. Артур передает привет.
— Передайте Артуру, что сквоны удались, — Игорь сидел в кресле в кабинете, положив ногу на пуфик. Он выглядел расслабленным, но Лена видела, как напряжены мышцы его челюсти.
— Это не визит вежливости, — Ричард проигнорировал сарказм. — Это ввод в эксплуатацию.
Техник поставил кейс на стол. Щелкнули замки. Внутри, на бархатной подложке, покоился монстр — переносной терминал «Криптос», усеянный рядами тумблеров и портов, похожий на пульт управления космическим кораблем из дешевой фантастики.
— Это «Криптос-4», — сказал техник. — Закрытый канал связи с Воксхоллом. Инструкции просты: вы пишете отчет, вы шифруете его этим ключом, вы отправляете.
Он выложил на стол перфокарты и тонкую брошюру «Руководство оператора». — Ричард, вы же знаете, я не люблю читать инструкции, — Игорь лениво потянулся. — Может, покажете на пальцах?
Ричард проигнорировал и его. — Миссис Адамс, — он повернулся к Лене. — Вы работали в архиве. Вы понимаете логику каталогизации.
Лена, стоявшая у книжного шкафа, кивнула. Сердце пропустило удар. — Систематизация — это основа порядка.
— Именно, — Ричард впервые улыбнулся, и эта улыбка ему не шла — она делала его похожим на акулу. — «Криптос» использует алгоритм Вернама. Это теоретически не взламываемый шифр, если ключ случаен. — Если ключ случаен, — эхом повторила Лена.
— Артур хочет, чтобы вы лично контролировали генерацию ключей, — Ричард захлопнул кейс. — Машина будет выдавать ленту каждое утро. Ваша задача — хранить её в сейфе.
— В каком сейфе? — спросила Лена.
— В том, который мы сейчас установим, — Ричард кивнул технику. — В спальне.
Когда мужчины вышли, Игорь молча подошел к Лене. — Что думаешь?
— У него потные руки, — сказала Лена. — И он боится Игоря. Он смотрит на тебя так, как смотрела я на пауков в подвале детдома.
— Это полезно, — Игорь улыбнулся. — Но это не поможет нам открыть их базу данных.
— Я не собираюсь её открывать, — Лена подошла к столу. Она взяла брошюру «Руководство оператора». Обычная серая бумага. ГОСТ 1974 года.
— Что ты делаешь? — Игорь подошел сзади, обнимая её за плечи.
— Я делаю то, что умею лучше всего, — Лена провела пальцем по оглавлению. — Я ищу дыру в системе.
Лена села за стол. Она не читала текст. Она читала вещь. Для обычного человека это была скучная инструкция. Для Лены это был артефакт. Продукт системы.
— Смотри, — она ткнула пальцем в нижний колонтитул страницы. — Код документа. «С-4-Б/12-85».
— И что это значит? — Игорь наклонился, его дыхание щекотало шею.
— Это индекс классификатора, — Лена взяла логарифмическую линейку Игоря, лежавшую на столе, и использовала её как указку. — «С» — Связь. «4» — Шифровальные блоки. «Б» — Броня. Уровень секретности.
— Уровень «Б» — это «Совершенно секретно», — Игорь нахмурился. — Но это всего лишь инструкция к шифратору.
— Вот именно, — Лена вскочила и бросилась к книжному шкафу. — Игорь, где наши новые паспорта?
— В спальне, в... — он осекся. — Ах, вот оно что.
Лена вернулась с брошюрой, которую им выдали в МИ-6 при оформлении легенды. «Памятка сотруднику под прикрытием. Меры физической безопасности».
Она положила её рядом с «Руководством оператора». — Смотри на шрифт, — сказала она.
Игорь присмотрелся. — Times New Roman?
— Нет, — Лена покачала головой. — Это «Литературная». Машинописный шрифт. Она взяла инструкцию к «Криптосу». — А здесь... это «Курьер».
— Разные ведомства, — пожал плечами Игорь. — МИ-6 печатает свои бумажки в типографии «Таймс», а ГШК — в подвале на «Войковской».
— Не в этом дело, — Лена провела ногтем по краю страницы. — Смотри на бумагу.
Игорь взял лист. Понюхал. Потрогал. — Плотность выше. Водяной знак. «Кэнон».
— Это бумага для государственных нужд, — Лена села обратно. — Индекс «С-4-Б/12-85». Игорь, МИ-6 не печатает инструкции на своей бумаге.
— Они заказывают её?
— Они её крадут, — Лена хищно улыбнулась. — Или получают по обмену. Индекс «С-4»... Это не их внутренний код. Это код классификатора СЭВ.
— Совет экономической взаимопомощи? — Игорь выпрямился. Его глаза сузились. — Ричард дал нам инструкцию, которая пришла из Восточного блока?
— Или которая выглядит так, будто пришла оттуда, — Лена открыла брошюру «Памятка сотруднику». — А здесь индекс «З-1-А».
— «З» — Закордон, — Игорь провел рукой по волосам. — Лена... ты хочешь сказать, что их системы документации пересекаются?
— Я хочу сказать, что они слиплись, — Лена взяла «Криптос». — Ричард сказал, что ключ должен быть случаен. Но машина, которая выдает случайность, сама по себе не случайна. У неё есть прошивка.
Она перевернула тяжелый терминал. На нижней крышке, под слоем пыли, виднелась табличка. «Изготовлено: Завод "Электроприбор", г. Киев, УССР. Заказ № 88/412. Экспортное исполнение».
Игорь присвистнул. — Они купили советский шифратор?
— Они купили корпус, — Лена достала из кармана пилку для ногтей. — Ричард, идиот, оставил нас одних.
Она присела на корточки перед терминалом. — Игорь, посмотри на винты.
— Филипс. Стандартные.
— Нет, — Лена поддела край резиновой накладки на дне прибора. — Видишь? Зазор.
Она просунула пилку в микроскопическую щель. Раздался тихий щелчок. Накладка отошла. Под ней скрывался четвертый винт. Но не Филипс. Шестигранник.
— Это сервисный порт, — прошептала Лена. — Для калибровки.
— У них есть мастер-ключ? — Игорь присел рядом.
— У них есть лень, — Лена порылась в косметичке. — У меня есть пилка, булавка и... ага.
Она достала тонкую заколку-невидимку. Через две минуты манипуляции шестигранник поддался. Лена сняла нижнюю панель «Криптоса».
Внутри пахло канифолью. Платы. Провода. И среди этого лабиринта — блок памяти. Небольшая кассета с магнитной лентой, плотно упакованная в металлический кожух.
— Генератор случайных чисел, — выдохнул Игорь.
— Это не случайность, — Лена осторожно коснулась пальцем медного контакта. — Это алгоритм. «ПСЧ». Псевдослучайные числа.
— Если мы узнаем алгоритм...
— Мы сможем предсказать их ключи, — закончила Лена. — Мы сможем открыть любой замок в Воксхолле, который они закроют этим «Криптосом».
Она аккуратно закрыла панель. Вставила шестигранник на место. — Ричард отдал нам ключ от их королевства, — она посмотрела на Игоря. В её глазах плясали те же чертики, что и у него. — Он просто забыл об этом.
Ричард вернулся через десять минут. — Сейф установлен, — бросил он. — Машина в рабочем состоянии. Лента на столе.
Он посмотрел на «Криптос». — Вы что-то трогали?
— Проверяла уровень масла, — невинно улыбнулась Лена, возвращаясь к книжному шкафу.
Ричард нахмурился, но промолчал. Он был слишком высокомерен, чтобы проверять каждый винт. — Артур ждет первый отчет к вечеру.
— О чем писать? — спросил Игорь. — О погоде?
— О том, что вы живы, — Ричард направился к выходу. — И о том, что вы готовы к работе.
Когда за ним закрылась дверь, Игорь посмотрел на Лену. — Ты только что совершила государственную измену.
— Я просто навела порядок, — она взяла в руки «Памятку сотруднику». — Знаешь, что самое смешное?
— Что?
— Индекс «З-1-А» в этой памятке... — Лена пролистала страницы. — Он относится к разделу «Легенды прикрытия для стран Латинской Америки».
— И что?
— А то, что Ричард, который следит за нами, работает по инструкции для агентов в Бразилии, — Лена бросила брошюру на стол. — Их система безопасности — это лоскутное одеяло. Они ненавидят друг друга. Артур и Дэвид. Они не делятся базами данных.
Игорь подошел к окну. Внизу Ричард садился в «Вольво».
— У них есть машина, которая выдает ключи, — сказал Игорь. — Которую мы можем взломать. — У них есть курьер, который глуп, — добавила Лена. — И у нас есть жена архивариус, — Игорь повернулся к ней. — Которая только что взломала МИ-6 с помощью заколки для волос.
Лена подошла к нему. Прижалась к его боку, целому и здоровому. — Что теперь?
— Теперь мы начинаем играть, — Игорь взял со стола кассету с лентой ключей, которую оставил Ричард. — Мы будем отправлять Артуру идеальные отчеты.
— А Дэвиду?
— А Дэвиду мы продадим «Алгоритм "Джокер"», — Игорь ухмыльнулся. — Математическую пустышку, которая заставит ЭВМ ЦРУ сойти с ума.
— А что мы получим?
Игорь посмотрел на кассету в своих руках. — Мы получим всё, — сказал он. — Потому что теперь мы — единственный узел связи, который понимает язык обоих врагов.
Он поцеловал её. На этот раз это был не поцелуй утешения. Это был поцелуй признания. — Добро пожаловать в игру, Маргарет.
За окном пошел дождь. В кармане у Лены, в маленьком полиэтиленовом пакетике, лежала магнитная лента из «Криптоса». Первый ключ к королевству. И они даже не собирались его возвращать.

 (Ноттинг-Хилл. 16:00)
Дождь за окном превратил Лондон в размытую акварель. В квартире пахло остывающим металлом и «Анаком» — Лена открыла банку, пытаясь воссоздать вкус дома, но запах лишь подчеркивал их чужеродность.
Игорь сидел за массивным столом в кабинете. Перед ним не было монитора — в 1987 году британские компьютеры «Interprise-128»  были редкостью даже в Лондоне. Вместо этого половину стола занимал блок логики от ЭВМ серии ЕС — тяжелый металлический ящик с рядами тумблеров и мигающих неоновых ламп. Рядом, на специальной стойке, стояли два огромных бобинных магнитофона «Тембр» — массивные серые махины с катушками пленки толщиной в палец.
Лена сидела на полу, скрестив ноги. Перед ней на ковре были разложены рулоны распечаток — широкая фальцованная бумага, сплошь покрытая дырками. Перфолента.
— Ричард оставил нам подарок, — Игорь щелкнул тумблером на панели «Тембра», запуская диагностику. Моторы загудели, катушки медленно провернулись. — Он думает, что эта прошивка — одноразовая.
— Потому что так написано в инструкции «С-4-Б», — Лена подняла с пола полосу перфоленты, рассматривая её на свет. — Они ленивы, Игорь. Они используют один и тот же микрокод для машин в Лондоне, Берлине и даже в этом их посольстве.
— И это делает их предсказуемыми, — Игорь вставил кассету, которую они вытащили из сервисного порта терминала в Воксхолле, в приемник «Тембра». — У них «Криптос» выдает случайные ключи. Но генератор случайных чисел — это просто алгоритм. Если мы знаем начальное число (seed), мы знаем всю последовательность.
— Ричард сказал, что seed меняется каждый день, — напомнила Лена.
— Он меняется по времени, — Игорь кивнул на свои часы «Электроника 5». — Но машина МИ-6 синхронизирует время по Гринвичу. А у нас есть «Радио 4». Мы знаем время с точностью до секунды.
Лена улыбнулась. Она начинала понимать красоту его безумия. — Мы взломали МИ-6 с помощью радиоприемника и заколки для волос.
— Мы только начали, — Игорь нажал кнопку «Запись» на втором магнитофоне. Пленка начала медленно наматываться на блестящий блин приемной катушки. — Сегодня вечером Ричард ждет от нас первый зашифрованный отчет для Артура.
— И что мы ему отправим?
— Правду, — Игорь хищно улыбнулся. — Но не всю.
Игорь пересел за стол. Перед ним лежал лист плотной бумаги и карандаш. — Дэвид, — начал он, обращаясь к пустой комнате. — Ты хочешь алгоритмы «Сапфира». Ты хочешь знать, как мы обходим помехи. — Артур, — он взял красный карандаш. — Ты хочешь знать, что мы верны Короне. — А мы... — Игорь посмотрел на Лену. — Мы хотим, чтобы они сожрали друг друга.
Лена подошла и положила руки ему на плечи, разминая напряженные мышцы. — Математика — это месть, — прошептала она. — Математика — это оружие, — Игорь начал быстро писать формулы на бумаге.
Он составлял «Алгоритм Джокер». Это была гениальная ловушка. Он взял реальный, рабочий алгоритм обработки данных «Сапфира» — ту самую математику, которую он разрабатывал годами. Но он внес в него одну крошечную, почти незаметную переменную.
«Ошибка округления, — подумал он. — На 12-м знаке после запятой».
Для человеческого глаза — и для глаза Дэвида из ЦРУ — это выглядело как безупречный код. Но для бортового компьютера истребителя, на который Дэвид собирался этот алгоритм импортировать, эта ошибка означала одно: при перегрузке в 9G система управления огнем выдаст фатальную ошибку переполнения и отключит гидравлику.
— Это не просто дезинформация, — сказал Игорь, протягивая Лене исписанные листы. — Это троянский конь.
— Ты даришь им гранату с отпущенной чекой, — Лена пробежала глазами формулы. Её мозг, натренированный годами работы с каталогами, мгновенно считывал структуру. — Они внедрят это. И когда начнется война...
— Их лучшие пилоты сгорят в небе, — закончил Игорь. — И они будут думать, что это мы ошиблись. Они будут искать крота, который «испортил» чертежи. А крота нет. Есть только математика.
Ричард прибыл в 18:30. Он выглядел уставшим. — Артур требует отчет, — бросил он с порога, стряхивая воду с плаща. — Сегодня.
— Мы готовы, — Игорь кивнул на «Тембр».
Лена сидела в кресле, читая «Дейли Телеграф». Она выглядела идеальной домохозяйкой.
— Садитесь, Ричард, — предложила она. — Чай?
— Нет времени, — Ричард прошел к терминалу. — Показывайте, что у вас.
Игорь протянул ему листы с формулами. Это был «Отчет о стресс-тестировании алгоритма "Скиффи"». Сухой, полный графиков и терминов.
— Это... впечатляет, — Ричард нахмурился, читая. — Вы за два дня сделали то, на что у наших парней ушла бы неделя.
— Я люблю свою работу, — пожал плечами Игорь.
— Теперь зашифруйте, — Ричард вставил в «Криптос» чистую магнитную ленту. — Ключ — сегодняшний. Из утренней партии.
— Вводить вручную? — поморщился Игорь.
— Машина сделает это сама, — Ричард нажал кнопку «Генерация» на терминале.
«Криптос» затрещал. В воздухе запахло озоном и горячей пылью. Серебристая лента начала стремительно перематываться с левой бобины на правую. Звук был похож на пулеметную очередь.
Ричард взял готовую кассету. — Я сам передам это Артуру.
— Конечно, — улыбнулся Игорь.
Когда Ричард ушел, Лена подошла к Игорю. — Он ничего не заметил.
— Он видит только бумагу, — Игорь подошел к своим магнитофонам. — Он не видит призраков.
Он перемотал кассету, которую они записали утром, похитив seed из «Криптоса» Ричарда. — У нас есть их ключ на сегодня.
— И у нас есть их машина, — Лена кивнула на «Тембр».
— У нас есть всё, — Игорь вставил кассету в первый магнитофон.
Он не стал набирать текст отчета на клавиатуре терминала. Вместо этого он подключил к порту расширения массивный блок памяти — «Искру-1256», которую Майкл привез вместе с сейфом.
— Что ты делаешь? — спросила Лена.
— Я подменяю ввод, — пальцы Игоря забегали по тумблерам блока памяти. — «Криптос» думает, что шифрует мой отчет для МИ-6.
На самом деле, через шину данных, которую Лена «случайно» оставила открытой, Игорь гнал в блок шифрования совершенно другие данные.
Это был пакет данных для ЦРУ. «Алгоритм Джокер». Полный. С диаграммами.
— Готово, — Игорь щелкнул главным рубильником.
«Тембр» взвыл. Лента полетела с бешеной скоростью. Но на выходе получалась не та бессмыслица, которую ждал Артур. На выходе получался «Алгоритм Джокер», зашифрованный настоящим ключом МИ-6.
— Когда Ричард расшифрует это своим ключом... — начала Лена.
— Он получит мой отчет для Артура, — Игорь улыбался. — Идеально зашифрованный. — А что получит Дэвид?
— А Дэвид... — Игорь переключил тумблер на «Искре». — Дэвид получит это.
Он подключил ко второму порту телефонную линию. Используя украденный seed, он имитировал сигнал «Криптоса» и отправил пакет данных «Алгоритма Джокер» напрямую на резервный сервер ЦРУ, который, как они вычислили из памятки Ричарда, находился в посольстве на Набережной Виктории.
— Мы только что отправили двум разведкам один и тот же файл, зашифрованный разными ключами, — сказал Игорь, вытирая пот со лба. — МИ-6 расшифрует это и увидит скучный отчет. Они решат, что мы — идеальные исполнители.
— А ЦРУ расшифрует это своим ключом... — Лена посмотрела на Игоря с восторгом и ужасом. — И увидит «Джокера».
— И они внедрят его, — Игорь встал, подошел к ней и поцеловал. — Чтобы сбивать собственные самолеты.
В этот момент в дверь позвонили. Один длинный, два коротких. Ричард.
Лена быстро смахнула невидимую пыль с «Тембра» и села обратно в кресло с газетой.
Игорь открыл дверь. — Всё готово, — он протянул Ричарду кассету. — Для Артура.
Ричард взял бобину. Он не знал, что держит в руках не просто отчет. Он держал в руках детонатор.
— Хорошая работа, — буркнул Ричард. — Артур будет доволен.
Когда дверь за ним закрылась, Игорь прислонился к косяку. Его трясло. Лена подошла и обняла его.
— Мы только что обманули две лучшие разведки мира, — прошептала она. — И мы живы.
— Мы не обманули, — Игорь закрыл глаза, прижимая её к себе. — Мы просто дали им зеркало.
— И они увидели там то, что хотели, — закончила Лена.
За окном дождь смывал грязь с улиц Лондона. В сейфе, который Ричард только что установил в их спальне, лежала кассета с ключами. В блоке памяти «Искра» лежал «Алгоритм Джокер».
А в Лэнгли, в этот самый момент, аналитики ЦРУ, получив данные от своего «крота» в МИ-6 (Ричарда), загружали «Джокер» в свои мейнфреймы. Они смотрели на формулы Игоря. И они видели шедевр.
Они не знали, что этот шедевр был подписан «MI6». И они не знали, что первый же британский пилот, который попытается выполнить «кобру» на «Сапфире», станет первым трупом в войне, которой еще не было.
Игорь отстранился от Лены, посмотрел ей в глаза и серьезно сказал: — Добро пожаловать в ЦРУ, Маргарет. Кажется, твой первый рабочий день прошел продуктивнее, чем мой за последние пять лет.
Лена улыбнулась и поцеловала его. Впервые за долгие месяцы она не боялась завтрашнего дня. Она боялась только того, что им станет скучно.

(Воксхолл-Кросс. 21:30)
Ричард ненавидел подвал. В Воксхолл-Кросс не было позолоты и дубовых панелей, как в Уайтхолле. Здесь пахло бетоном, озоном от работающей электроники и холодным кофе.
Он сидел перед терминалом «ICL 2966». Это был не уютный домашний «Тембр» из квартиры Игоря, а настоящий монстр — массивная стойка, занимающая половину комнаты. Воздух гудел от работы вентиляторов охлаждения, нагоняя холод под воротник рубашки.
На стойке перематывалась кассета, которую принес Игорь. Ричард вставил её в считывающее устройство. Магнитофон «Burroughs» издал низкий, утробный гул. Ричард взял распечатку — «Алгоритм Джокер», который Игорь передал ему на бумаге.
— Посмотрим, что ты прячешь, мистер Адамс, — пробормотал Ричард, надевая очки.
Он ввел кодовую фразу-ключ с утренней перфоленты в консоль. AUTHENTICATED: ADAMS, RICHARD.
— Запуск дешифрования, — скомандовал он машине.
Ричард был профессионалом. Он не доверял «черным ящикам». Когда «Криптос» в его кабинете зашифровал отчет Игоря, Ричард не просто нажал кнопку. Он взял выходной поток с ленты, перехватил его своим собственным устройством — «Крипто-Анализатором», подключенным в разрыв — и прогнал через свой личный декодер.
Он знал seed. Он знал алгоритм. Для него это было не волшебство, а просто математика.
Моторы «ICL» загудели громче. По экрану — старому, мерцающему ЭЛТ-монитору — побежали зеленые строки машинного кода.
Ричард откинулся на спинку стула, ожидая увидеть текст. Сухой, бюрократический язык отчета для Артура. «Объект "Лавров" стабилен. Объект "Маргарет" адаптирован. Легенда прикрытия подтверждена».
Но машина не выдавала текст. Она выдавала ошибку.
ERROR 4A: BUFFER OVERFLOW. PARITY CHECK: FAILED.
— Что за черт? — Ричард нахмурился.
Он нажал «Сброс». Снова загрузил ленту. Снова ввел ключ.
ERROR 4A: BUFFER OVERFLOW. MEMORY DUMP: CORRUPTED.
— Этого не может быть, — Ричард подался вперед, вглядываясь в мигающие диоды на панели «Криптоса». — Ключ верный. Алгоритм верный.
Он посмотрел на распечатку «Алгоритма Джокер», которую Игорь оставил для него. Формулы были идеальны. Игорь был гением. Ричард признавал это.
— Может, сбой железа? — Ричард постучал по корпусу терминала. — «Искра» перегревается.
Он решил проверить «сырые» данные. Он перемотал ленту в начало и запустил бинарный просмотр (Hex-view).
На экране поползли ряды цифр: 4A 7F 1B 00 9C... Обычный шум шифра.
Но Ричард знал, куда смотреть. Он знал, что в начале любого пакета данных идет «заголовок» — метка, говорящая машине, как читать остальное.
Он увеличил масштаб. Посмотрел на контрольную сумму в конце блока.
И его рука замерла над клавиатурой.
— Нет... — прошептал Ричард.
Он снова посмотрел на формулы Игоря. На ту самую 12-ю цифру после запятой.
Игорь не просто внес ошибку. Он внес закладку.
Математика была безупречной... для плоских вычислений. Но «Сапфир» — это 3D-модель. Когда бортовой компьютер попытается рассчитать вектор тяги, используя этот алгоритм, он дойдет до этой переменной. При делении на определенный коэффициент, возникающий при вираже, компьютер получит «ноль» там, где должен быть коэффициент сопротивления. Divide by Zero.
— Он подсунул мне вирус, — выдохнул Ричард. — Но не для МИ-6.
Ричард схватил вторую распечатку. Ту, которую Игорь передал ему на дискете (вставленной в тот же «Криптос» как «вспомогательный ввод»). Эта дискета предназначалась для ЦРУ.
Ричард знал, что Дэвид из Лэнгли получит этот файл. Он знал, что Дэвид расшифрует его своим ключом, который Ричард передал американцам вчера.
Ричард схватил телефонную трубку. Он должен был предупредить Дэвида.
Но его палец замер над кнопкой.
Ричард посмотрел на экран терминала. На ошибку BUFFER OVERFLOW.
Если он сейчас позвонит Дэвиду, он признает, что МИ-6 пропустила «трояна». Артур будет в ярости. Ричард потеряет работу. Его карьера, его пенсия, его место в истории — всё исчезнет.
— Он не мог... — Ричард смотрел на формулы. — Он не мог знать, что мы передадим это американцам.
Но он знал. Игорь всё знал.
Ричард медленно положил трубку. Он откинулся в кресле, глядя в мигающий курсор терминала.
— Ты ублюдок, — прошептал он в адрес пустой комнаты. — Ты чертов гениальный сукин сын.
Ричард стер ошибку с экрана. Он не мог передать это Артуру. Артур — старый дурак — просто не поймет. Он увидит «красивый» отчет и успокоится.
Но Ричард понимал. Игорь Лавров не просто «двойник». Он играл в игру, где МИ-6 и ЦРУ были не игроками, а фигурами на доске.
— Ладно, — Ричард потер красные от усталости глаза. — Хочешь поиграть? Давай поиграем.
Он достал из ящика стола чистую бобину магнитной ленты. Вставил её в «ICL».
Он не мог отправить Дэвиду «Джокера». Но он мог отправить ему что-то другое.
Ричард открыл файл с настоящими, старыми чертежами «Сапфира», которые МИ-6 украло еще в 70-х. Это был мусор. Устаревшие данные.
— Ты хочешь алгоритмы? — ухмыльнулся Ричард, запуская процесс шифрования. — Получи.
Он зашифровал этот мусор ключом, который, как думал Дэвид, был «секретным» общим ключом МИ-6 и ЦРУ. На самом деле, Игорь давно вычислил этот ключ через свой взломанный «Криптос» и передал его Ричарду еще на прошлой неделе.
Ричард отправил этот «пакет мусора» на сервер ЦРУ. Для Дэвида это будет выглядеть как «Исправленная версия» алгоритма.
Затем Ричард взял настоящий «Алгоритм Джокер». Тот самый, с ошибкой деления на ноль.
Он зашифровал его настоящим утренним ключом Артура. Тем самым, который требовал Ричард.
— Получи, Артур, — Ричард нажал «Enter».
Лента «ICL» загудела, записывая данные.
Ричард распечатал отчет. Для Артура: «Всё идет по плану. Алгоритм идеален». Для Дэвида (через отдельный канал): «Мусор. Проверка связи».
Он откинулся в кресле, дрожа. Он только что обманул и своего начальника, и самое могущественное агентство в мире.
— Мы просто подкинем им это, — сказал он сам себе. — Пусть жрут.
Он не знал, что Игорь, сидя в теплой квартире в Ноттинг-Хилле, в этот самый момент слушал «Радио 4» и улыбался.
Игорь знал: Ричард слишком напуган, чтобы признать ошибку. Он отправит «Джокера» в ЦРУ. А Артур, получив идеальный отчет, успокоится и не станет проверять код.
— Добро пожаловать в Зазеркалье, Ричард, — прошептал Игорь в пустоту своей кухни, наливая себе чай. — Надеюсь, тебе понравится падение.

 (Лэнгли, Вирджиния. 15:30 по местному времени)
В кабинете Дэвида на третьем этаже штаб-квартиры ЦРУ в Лэнгли всегда было на два градуса холоднее, чем во всем остальном здании. Кондиционер работал на износ, пытаясь справиться с жаром от десятков мониторов и мейнфреймов «UNIVAC», гудящих за звуконепроницаемой стеной.
Дэвид — оперативный офицер отдела советского блока — был на взводе. Ричард из MI6 передал им «Алгоритм Джокер» всего час назад через дипломатическую почту.
— Они что-то темнят, — сказал Дэвид своему помощнику, молодому аналитику по фамилии Престон. — Ричард прислал это с припиской «Срочно. Для внедрения». Он никогда не торопится.
— Может, они действительно оценили Лаврова? — Престон пожал плечами, жуя жвачку.
— МИ-6 не оценивает русских, — Дэвид скривился. — Они их ненавидят. Если Ричард торопится, значит, он либо боится, что мы их обгоним, либо... он сам не понимает, что прислал.
Дэвид подошел к стойке с оборудованием. В отличие от Ричарда, у Дэвида был доступ к «Системе Аякс» — суперЭВМ, занимавшей целую комнату. Но для оперативной работы он использовал терминал «Honeywell 6080» и бобинный магнитофон «Ampex», подключенный напрямую к линии.
— Ладно, давай посмотрим на их чудо, — Дэвид вставил кассету в считыватель.
Моторы магнитофона взвыли. Дэвид ввел ключ дешифрования, который Ричард передал ему вчера. Это был «секретный» ключ, якобы общий для МИ-6 и ЦРУ.
— Запуск парсинга, — скомандовал Дэвид.
Данные хлынули потоком. Зеленый текст на черном экране терминала побежал с бешеной скоростью.
— Это не просто отчет, — присвистнул Престон. — Это исходники. Полный пакет.
Дэвид прищурился. Он пробежал глазами по первым строкам кода. Математика была... красивой.
— Черт возьми, — выдохнул Дэвид. — Лавров — гений. Алгоритм был элегантным. Он решал проблему компенсации помех, над которой бились лучшие умы Лэнгли уже год.
— Загружай в симулятор, — приказал Дэвид. — Я хочу видеть, как это летает.
Престон перекинул данные на станцию симуляции полета. На главном экране — проекции кабины F-15 — появилась 3D-модель «Сапфира» (как они называли советский истребитель).
— Начинаем тест на вираж, — сказал Престон, беря в руки джойстик симулятора. — Угол атаки 30 градусов. Перегрузка 8G.
Симулятор загудел. Цифры на экране начали меняться. Вектор тяги. Давление в гидравлике. Угол отклонения рулей.
— Работает идеально, — Престон улыбнулся. — Отклик в два раза быстрее, чем у нашего «Скейлфолда».
— Внедрять, — кивнул Дэвид. — Ричард прав. Это золото.
Он уже потянулся к интеркому, чтобы отдать приказ о начале операции по внедрению «Джокера» в их собственные системы наведения, как вдруг...
Симулятор издал резкий, пронзительный звуковой сигнал. BLEEP. BLEEP. BLEEP.
На экране вспыхнула кроваво-красная надпись: FATAL ERROR: DIVIDE EXCEPTION ERROR. ADDRESS: 0x004A1F.
Кабина на экране застыла. Затем 3D-модель самолета «Сапфир» резко клюнула носом и ушла в неуправляемое пике.
— Что за черт? — Престон бросил джойстик. — Сбой питания?
— Нет, — Дэвид уже был у терминала «Honeywell». — Это не железо. Это код.
Он вызвал «Дамп памяти» (Memory Dump) — распечатку того, что именно машина делала в последнюю секунду перед сбоем.
— Коэффициент дельта... — бормотал Дэвид, водя пальцем по строке цифр. — Он пытается разделить на значение вектора...
Он посмотрел на исходный код «Алгоритма Джокер», который всё еще был выведен на соседний монитор. Его взгляд метался между кодом и логом ошибки.
— Вот оно, — палец Дэвида замер на 12-й цифре после запятой в переменной K_stress.
— Это не ошибка округления, — Дэвид побледнел. — Это... это идеально.
— Сэр? — Престон подошел ближе.
— Это не баг, — Дэвид выпрямился, и его лицо стало белым как мел. — Это логическая бомба.
— Вы хотите сказать, Лавров ошибся?
— Нет! — Дэвид ударил кулаком по столу, заставив Престона подпрыгнуть. — Он не ошибся! Он знал.
Дэвид схватил распечатку. — Посмотри на это число. Если перегрузка меньше 8G, всё работает. Если 8G и выше — переменная становится нулем. Компьютер пытается разделить на ноль.
— И сжигает шину данных, — прошептал Престон.
— Это не просто сбой, — Дэвид начал ходить по кабинету, сжимая бумагу. — Если мы внедрим это в наши «F-15» или «Рапторы», первый же пилот, который попытается уйти от ракеты резким маневром, потеряет управление. Самолет просто выключится в воздухе.
— Но зачем МИ-6...
— Это не МИ-6! — рявкнул Дэвид. — Это Лавров!
Дэвид рухнул в кресло. Он смотрел на экран, где застыл разбившийся виртуальный истребитель.
— Ричард прислал нам это, потому что он должен был, — прошептал Дэвид. — Артур приказал. — Но Ричард не программист. Он оперативник. Он не видел закладку. — А мы? Мы — программисты. Мы увидели.
Дэвид посмотрел на Престона. В его глазах плескался холодный ужас. — Мы только что чуть не убили собственную авиацию.
— Что делаем, сэр? — голос Престона дрогнул.
— Звони в «Сигму», — Дэвид ткнул пальцем в красный телефон без диска. — Код «Синий лед».
— Сэр, «Синий лед» — это уровень «Инициация-7». Это означает, что пакет данных является враждебным биологическим или кибернетическим агентом. Это полная изоляция...
— Я ЗНАЮ! — рявкнул Дэвид. — Звони!
Престон бросился к телефону.
Дэвид остался сидеть, глядя на код «Джокера». — Ты ублюдок, — прошептал он в сторону Лэнгли, в сторону Лондона, в сторону Игоря. — Ты знал, что Ричард это пришлет. Ты знал, что мы это проверим. Ты знал, что мы это внедрим.
В этот момент в кабинет Дэвида ворвался дежурный офицер «Сигмы» в сопровождении двух морпехов.
— Директор? — морпех положил руку на кобуру. — Директива «Синий лед». Изъятие носителей.
— Забирайте всё, — кивнул Дэвид. — Кассету, распечатки, всё.
— Что это, сэр? — спросил офицер, сгребая бобину «Ampex».
— Это «Троянский конь», — Дэвид потер лицо руками. — Самый красивый в истории.
— Русский?
— Хуже, — Дэвид посмотрел на офицера. — Это русский, который работает на нас, который работает на них, и который только что заставил нас попытаться убить самих себя.
Когда за офицерами закрылась бронированная дверь, Дэвид остался один. Он подошел к окну.
— Он сделал это, — сказал Дэвид пустому кабинету. — Он заставил ЦРУ и МИ-6 обменяться подарками.
Артур в Лондоне получит идеальный отчет от Ричарда и будет спать спокойно. Дэвид в Лэнгли только что инициировал протокол «Синий лед», что означает полное прекращение обмена данными с МИ-6 до выяснения обстоятельств.
Ричард, посередине, оказался в ловушке. Если он скажет Артуру, что Дэвид прислал вирус — Артур убьет Ричарда за измену. Если он скажет Дэвиду, что Артур прислал вирус — Дэвид спросит, почему Ричард пропустил это.
— Он стравил нас, — выдохнул Дэвид. — Лавров только что начал войну между союзниками. И у нас нет оружия, потому что он держит в руках чертежи обоих.
В кармане Дэвида завибрировал пейджер. Сообщение от начальника управления: "DAVID. REPORT TO DIRECTOR'S OFFICE. NOW. CODE RED."
Дэвид посмотрел на свои руки. Они дрожали. Он только что чуть не угробил национальную безопасность США, поверив в идеальную математику.
А в это время в Ноттинг-Хилле Игорь налил себе еще одну чашку чая, включил «Би-би-си» и с улыбкой сказал Лене: — Ну что, дорогая. Кажется, мы только что купили себе билет в один конец. Но зато в первом классе.