Друг, который всегда возвращается в сентябре

Мой друг сбежал куда-то в сентябре. Куда-то туда: за алый периметр, за большие деревья, за багровые облака, за россыпь багряных звезд, за границу мыслей, страхов и мечтаний.
Тихо исчез, не предупредив никого. Ускользнул солнечным зайчиком, ослепив глаза колючими брызгами ветра. Без следа, без объятий, без взмаха руки, без письма, без прощания и без прощения, оставив мрак и горечь густой патоки тишины в бессонных странствиях души в звездных галактиках прошлого.
Но каждый год он возвращается. Он не может иначе, когда его так ждут.
Он парит над отринувшим его серым городом на окропленных красным крыльях, разгоняя осеннюю хандру и печаль. Он спускается в сумраке рассвета вместе с грозой и танцует каплей дождя на оконном стекле. Он тает в ладони вместе с сорвавшимся с дерева кленовым листом. Он смеется в амфитеатре луж. Он сливается с полуденным солнцем и разносится по бульварам опавшей листвой.
Качающиеся на ветру цепи мостов в утренней мгле, вальс фонарей на вечернем балу и гул прожитого пути в водосточных трубах – всё это о нем и для него. Все это он. Мы.
Он разбрасывает над улицами и домами осколки летнего тепла. В его парящей душе яркий серпантин вишневых деревьев и прощание плакучих ив.
Он ушел в сентябре, но его застывшие в памяти глаза — это молодая трава на покрытой снегом земле, но его застывшие в памяти глаза — это майский дождь, разбивающий лед на замёрзших лужах, но его застывшие в памяти глаза — это звездное лето с тысячами улыбок и сияющих детских глаз.
Мой лучший друг, ушедший в сентябре, согревает ненастный день, словно озябшего маленького котенка, дрожащего у уличной витрины. Он наполняет короткий миг бытия магией вечности. Он делает этот день сильнее. Он превращает котенка в тигра, которому больше не страшна наступающая злой поступью старуха.
Его последний аккорд и долгое До звучат на высоком холме с ветрами, туманами и грозами. В пути к нему меня сопровождает Орфей, а обратно – несут облака.
В его пустом доме старый клен бьет ветками в окна и желтые листья летят в открытую форточку. Бог водосточных труб не дает уснуть и бродит до утра по комнатам. Туман плывет по серой скатерти стен морской волной. Туман танцует фанданго, отдает поклон и рассыпается в вечности, разрезанный напополам лучом солнца словно праздничный торт.
Мой оставшийся в вечном сентябре друг тончайшими иглами впивается глубоко под кожу лишь при одной мысли о грусти и скорби.
Снова спасай.
Теперь снова улыбнемся.
Лети. Возвращайся.

2026