Насчет цитат о союзниках и госинтересах

С некоторых пор у нас в России приобрело популярность высказывание, приписываемое государю-императору Александру III:

«Во всем свете у нас только два верных союзника - наша армия и флот»,
которое нередко дополняется словами:
«Все остальные при первой возможности сами ополчатся против нас»

Собственно, когда эта цитата обрела в нашей стране популярность? В 90-е годы прошлого века, когда российская общественность осознала, что бывшие союзные социалистические страны Европы перестали быть нашими союзниками, а бывшие союзные республики распавшегося СССР превратились то ли в недружественных соседей, то ли стали и не друзьями и не врагами, а так...  Сверх актуальность царского суждения наша общественность почувствовала только после публикации в 1991 г. двухтомной "Книги воспоминаний" Великого князя Александра Михайловича (1866-1933), известного в клане Романовых по прозвищу Сандро,  двоюродного дяди и шурина последнего русского царя Николая II, адмирала и генерал-инспектора флотов (военно-морского и военно-воздушного, соответственно), дельного стратега, хотя, говорят, и склонного к авторитарным методам руководства.

Правда, сами великокняжеские "Воспоминания" увидели свет на русском языке в Париже в феврале 1933 г., и интересующее нас высказывание приводилось в них в следующем контексте:

 «Александр III не принадлежал к числу тех государей, которые преклоняются перед чужеземной культурой...
Он не упускал ни одного случая, чтобы подчеркнуть, что он — русский царь и что его заботы ограничиваются благополучием русского народа. Во всем свете у нас только два верных союзника, — любил он говорить своим министрам, — наша армия и флот. Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас.
Он не доверял ни французскому радикализму, ни прусскому милитаризму, ни коварной британской дипломатии. Он сознавал, что Россия одинока и что ее колоссальные богатства вызывают зависть Европы».

Почему же царское суждение стало известным у нас спустя без малого 60 лет? Да потому, что мемуары Александра Михайловича были строжайшим образом запрещены в Советском Союзе. Неправда ли странно, ибо Великий князь, своего рода патриот и государственник, в своей "Книге воспоминаний" доказывал нечто удивительное для "принца крови":

«На страже русских национальных интересов стоял никто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы протестовать против раздела бывшей Российской Империи, апеллируя к трудящимся всего мира...;
... хотя я и не большевик, однако не мог согласиться со своими родственниками и знакомыми и безоглядно клеймить всё, что делается Советами, только потому, что это делается Советами. Никто не спорит, они убили трёх моих родных братьев, но они также спасли Россию от участи вассала союзников...»

Ввоз вышеупомянутого парижского издания 1933 г. в СССР карался у нас по закону, а немногочисленные изъятые экземпляры хранились исключительно в секретных спецхранах крупных библиотек. Но почему? Точных объяснений найти не удалось. Возможно, потому, что Великий князь заявлял:
 
- "Нынешние правители России - реалисты. Они беспринципны - в том смысле, в каком был беспринципен Пётр Великий";
- «Могу ли я, продукт империи, человек, воспитанный в вере в непогрешимость государства, по-прежнему осуждать нынешних правителей России? Ответ был и «да» и «нет»;
- "Советы вынуждены проводить чисто национальную политику, которая есть не что иное, как многовековая политика, начатая Иваном Грозным, оформленная Петром Великим и достигшая вершины при Николае I..."

Однако оставим в покое Его Императорское Высочество и вернемся к нашим баранам, а, точнее, к фразе, приписанной Александру III. Начиная с 1993 г., некоторые отечественные политики, публицисты и историки разных мастей принялись  безапелляционно утверждать:

- "... истину, которую в конце позапрошлого века высказал император Александр III...";
-  "В современной геополитической обстановке актуальным остается высказывание российского императора Александра III Миротворца...";
- "... император Александр III любил повторять...";
- "Русский государь Александр III Александрович говорил...";
- "Николай II не только на словах, но и на деле продолжил политику своего отца Александра III и в полной мере разделял его убеждение: ..."

И так до бесконечности. Однако нашлась, по меньшей мере, пара российских историков, не поверивших в то, что Александр Александрович действительно изрекал приписанные ему слова.

Вот, например, по мнению доктора исторических наук Кирилла Соловьёва, нет достоверных источников, которые подтверждали бы авторство этого изречения. Кандидат исторических наук, культуролог, переводчик, специалист по крылатым выражениям Константин Душенко, отметил отсутствие других свидетельств о том, что император в действительности произносил эти слова. Оба историка подчеркивают, что в конце 1890-х гг. именно при Александре III оформился русско-французский союз, ставший важным военно-политическим блоком, направленным против Тройственного союза (Германии, Австро-Венгрии и Италии). Да и сам Александр Александрович на торжественном приеме, устроенном 18 мая 1889 г. в столице Империи в честь прибытия в Россию князя Николая Черногорского, заявил во всеуслышание на глазах и в уши представителей дипкорпуса:

«Я пью за здоровье моего друга, князя Николая Черногорского, искреннего и верного союзника России вне её территории!»
 
Выходит, среди своих мудрый монарх говорил одно, а для чужих - другое? Ну, что ж, бывает. "И ещё как бывает!" - уточнял в таких случаях Коровьев. Но К. Душенко не унимается и сообщает далее, будто в канун Первой мировой войны в русской печати широко цитировались слова германского императора Вильгельма II: «Основная опора государства есть армия и флот», причем кайзер, дескать, в свою очередь, перефразировал слова короля Пруссии Фридриха Великого. Согласно "преданию", после победы над австрийцами и саксонцами в битве при Гогенфридберге (1748), тот якобы сказал: «Наши лучшие союзники — наши собственные войска».

Беда, однако, в том, что "предание" - старо, и в него верится с трудом, поскольку никем, кроме К.Душенко, не подтверждается. В доступных документах лишь приводятся слова из победной реляции Фридриха о том, что "армия превзошла саму себя". Что касается высказывания кайзера, то, действительно, в период с августа по декабрь 1914 г. подобные цитаты появлялись в различных отечественных изданиях, включая, например, «Русское слово». Как указывала газета "Новые Известия" (статья от 23 февраля 2017 г.), это высказывание можно также найти в книге российского историка и философа М.А. Рейснера «Вильгельм II и железная империя»,  впервые изданной в 1914 году в Петрограде, т.е. после начала Мировой войны.

Впрочем, ничего особенного в кайзеровских словах нет. Кто же будет отрицать, что вооруженные силы - опора государства? Так, 23 февраля 2024 г. председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко в своем заявлении по случаю Дня защитника Отечества заявила:
 
"Вооруженные силы Российской Федерации являются надежной опорой в обеспечении национальной безопасности и суверенитета страны."

На мой взгляд, все эти высказывания, реально произнесенные или приписанные, насчет истинных союзников государства восходят к известному и надежно задокументированному высказыванию британского государственного деятеля XIX века лорда Генри Джона Темпла Пальмерстона (1784-1865). Это произошло 1 марта 1848 г. в Лондоне. Палмерстон, в то время министр иностранных дел Великобритании, выступая в английском парламенте в прениях по вопросам британской внешней политики, заявил, в частности, следующее:

«I say that it is a narrow policy to suppose that this country or that is to be marked out as the eternal ally or the perpetual enemy of England. We have no eternal allies, and we have no perpetual enemies. Our interests are eternal and perpetual, and those interests it is our duty to follow»

вариант перевода:
 
"Я говорю, что было бы недальновидно считать ту или иную страну вечным союзником или заклятым врагом Англии. У нас нет вечных союзников и нет вечных врагов. Вечны и неизменны наши интересы, и мы обязаны следовать этим интересам."