Право решать

         Ольга привыкла, что в её кабинете всё подчинено порядку: инструменты лежат строго по местам, свет падает ровно, без резких теней. И тишина, и можно начинать работу.

В тот день Алексей пришёл с острой зубной болью, сел в кресло, стиснул подлокотники и, не глядя на доктора, сказал:

- Простите, что без записи. Просто терпеть уже не мог.

Ольга мягко ответила:
- Ничего. Сейчас станет легче. Откройте рот шире, хорошо?

Она работала спокойно и уверенно. А когда всё закончилось, пациент тихо произнёс:

- Спасибо, вы … ангел в белом халате, - он улыбнулся, и в этой улыбке было столько искренности, что Ольга вдруг почувствовала, как её обдало жаром…

На следующий день Алексей ждал Ольгу у поликлиники, и только она вышла, шагнул навстречу.

- Можно я провожу вас? Сегодня такой чудный вечер.

Они молча шли по осеннему городу, где листья уже лежали плотным ковром. Молчание не тяготило, словно они понимали друг друга без слов.

Так началась дружба, которая переросла в большое чувство. Со стороны на них было приятно смотреть - красивая пара: крепкий, солидный мужчина и рядом - стройная белокурая женщина. Нравился даже не внешний вид, а их бережное отношение друг к другу, которое замечалось во всём: в наклоне головы, в сплетении рук, во взгляде.
Нередко случается, что один в семье позволяет любить и заботиться о себе, а сам не дарит ответного тепла. Здесь же было не напускное - супруги и дома проявляли обоюдную нежность. 
 
Прожив восемь лет без детей, удручённые, они искали причину бесплодия у медицинских светил, но никто ничего вразумительного им не сказал.

            А потом случилась командировка, и Алексей как специалист по внедрению новых технологий уезжал на родственный завод. Командировка была долгой, и дни Ольги тянулись, словно ноябрьский вечер: длинные, серые, скучные. Как назло, у неё произошли подряд несколько неприятностей: в съёмной квартире не закрывалась балконная дверь. А ноябрь в северных широтах легко мог выстудить всю квартиру. Вдобавок ещё и книжная полка оборвалась!
-  Книги они с Алексеем любили, приобретали подписные, красиво оформленные издания, произведения классиков, школьную и детскую литературу, да и хозяин квартиры  заполонил места технической литературой, так что полке было отчего падать.
И тут, как всегда, в бытовые неприятные моменты рядом оказался Сергей - сосед из соседнего подъезда, с которым Ольга когда-то занималась в кружке художественной самодеятельности.  Он играл на гитаре и пел романсы, а Ольга читала стихи - мягко, задушевно, да так, что даже самые простые строки для слушателя звучали сердечным признанием.

Сосед пришёл, деловито-молча починил дверь, повесил полку, помог собрать книги. А потом они пили чай и говорили о пустяках.
Серёга был свойским человеком, к нему можно было обратиться за помощью по-приятельски, без стеснения. И в этот раз, он снова пришёл повесить очередную упавшую полку. Дело шло споро! Ольга то и дело подносила инструменты, суетилась рядом. В какой-то момент она потянулась за тяжёлой дрелью, рука дрогнула - и инструмент едва не упал. Сергей резко шагнул вперёд, поймал дрель и…  успел удержать потерявшую равновесие Ольгу за локоть. Она, того не замечая, прильнула к нему, их взгляды встретились, и - на секунду всё замерло... Он обнял её осторожно, будто боялся отпугнуть, а она уже не хотела, чтобы её отпускали… Всё остальное было, словно не с ними…

- Серёжка! Мы с тобой с ума сошли! Всё! Забудь! Ничего не было! Уходи, - Ольга почти насильно вытолкала соседа за дверь. Прислонившись спиной к холодной стене, она обхватила голову руками, зажмурилась и медленно сползла на пол: "Что же я наделала!"

Следующие дни она заполняла делами - обычной уборкой: мыла окна, переставляла книги, стирала шторы, вытирала пыль с каждой полки, будто надеялась, что чистота в доме сможет вернуть ей ощущение внутреннего покоя. Но покой не возвращался.

Приехал Алексей, отметил, что жена похудела, погрустнела, подумал: "Скучала".
  Они жили как раньше: готовили вместе, смотрели старые фильмы, читали друг другу вслух любимые книги. Но между ними появилась тонкая, почти незаметная трещина — не в словах, а в том, как Ольга отводила взгляд, когда Алексей смотрел на неё слишком внимательно, в том, как она вздрагивала от резких звуков, будто ждала, что правда вот-вот прорвётся стоном и слезами. О Сергее старалась не думать, а тот при встрече, глаз не отводил и виноватым себя не чувствовал, наедине признавался, что он любит её давным-давно, и то, что с ними произошло, это не случайность, это – судьба.

Через два месяца Ольга утвердилась в своих догадках: она была беременна. И в этот момент мир снова изменился. Радость, удивление, страх и стыд сплелись в такой тугой узел, что она не знала, как его развязать. Ей хотелось кричать от счастья и плакать от отчаяния одновременно. Ребёнок — это чудо, которого они с Алексеем так долго ждали. Но это чудо пришло не так, как должно было прийти. И теперь перед ней стоял самый страшный выбор: солгать и сохранить семью, или сказать правду - муж имеет право знать! Но эта правда разрушит то, что было самым дорогим в её жизни.
 И когда она, наконец, решилась, слова дались тяжело. Они сидели за кухонным столом, и Ольга, глядя на свои сцепленные пальцы, тихо, но твёрдо произнесла:

- Лёша, мне нужно тебе кое-что сказать.

 И она рассказала всё, не оправдывая себя. Когда подняла заплаканные глаза на мужа, то увидела глубокую, почти физическую боль - боль человека, которому нанесли смертельную рану.
 Её признание  бурю не вызвало, но отчуждение произошло. Алексей был задумчивым и мрачным. Однажды он тихим голосом спросил:

- Кто отец? Ребёнка буду любить, и воспитывать, как своего.

Однако Ольга уклончиво сказала:

- Достойный человек. Поверь.

           На этом выяснения закончились. Жизнь текла ровно, но холодно, прежняя лёгкость пропала. Всё чаще и чаще Ольга стала прислушиваться к пылким речам Сергея. За бессонные ночи она пришла к выводу: ребёнок должен расти в семье, где нет недомолвок, секретов, где есть мама и папа, которые всем сердцем будут его любить. Она дала согласие Сергею выйти за него замуж, тем более что он звал её уехать после регистрации в Германию к родителям - те давно перебрались из России на историческую родину.

После своего решения она вызвала Алексея на серьёзный разговор:

- Лёша, ты меня прости за всё. Ты был хорошим мужем, я предала тебя. Прости. Сейчас взвесила всё и поняла: нам надо расстаться. Не ради нас с тобой, ради ребёнка. Он должен расти не во лжи. Ты стал бы хорошим отцом, я в этом уверена, но есть и родной отец, который меня любит, и полюбит нашего с ним малыша. Так правильнее, когда в семье нет обмана и недосказанности. Давай спокойно разведёмся и останемся друзьями.

 Ольга, не шелохнувшись, сидела за столом, ждала его последнего слова, хотя, для себя она уже сделала выбор: уедет с Сергеем.

- Хорошо. Возможно, ты и права: ребёнок должен расти в семье, где заведомо нет обмана, - Алексей тяжело поднялся со стула и, сгорбившись, направился на балкон покурить, у двери обернулся и твёрдо сказал:

- Избранника зови на разговор, и чем быстрее, тем лучше.

Новый год. Квартира Алексея и Ольги. Раздался звонок в дверь — это Сергей.
   
- Серёга, сегодня не до тебя. Извини, друг, – вышел в коридор Алексей.

- Лёш, это я - твоя головная боль. Прости, если сможешь.

Испугавшись потасовки, Ольга затащила мужчин в квартиру, встала между ними.
 
- И что? Будем разговаривать или руками махаться? Может, всё-таки меня спросите?

Эту ночь они провели втроём за празднично накрытым столом, с разными мыслями, но с одним верным ответом - ребёнку будет лучше с родными отцом и матерью.

         Вскоре Ольга и Сергей уехали в Германию. Звонили Алексею, что устроились хорошо, правда, как везде - свои заморочки, но жить можно. На жизнь они не жаловались. Часто звонила Ольга, стараясь поддержать бывшего мужа, интересовалась его здоровьем, у него были проблемы с сердцем. Посылала фотографии сына Саши - кудрявого, голубоглазого ангелочка.

Через год супруги приехали из-за границы в оставленный город - Сергей продавал квартиру, гараж, машину – уезжали-то спешно. Алексей не спускал с рук маленького Сашу, он отпускал родителей малыша по своим неотложным делам, сам кормил ребёнка, гулял с ним, играл, читал ему книжки, укладывал спать. Глядя на то, как Алексей привязался к сыну, Ольга и Сергей попросили его стать крёстным отцом ребёнку. Алексей был счастлив от такого предложения, понимая какое доверие и ответственность возлагаются на него. Подрастающий мальчик, общаясь с крёстным по скайпу, узнавал его, радовался и просился в гости. Чувства были взаимными: Алексей и Саша тянулись друг к другу, часто виделись: то Алексея пригласят к ним, то сами едут погостить и часто оставляли мальчика на всё лето у Алексея, и для обоих эти дни сближения были праздником! - Они ходили в походы, где незабываемо пахнет лес после дождя, где тишина бывает громче любых слов; сплавлялись по реке, где облака купались в широкой глади воды; много читали, играли в шашки и шахматы. Вскоре Саша так играл в шахматы, что старики во дворе с радостью приглашали сразиться с ним в партию – другую.

Шли годы, юноша при первой возможности уезжал в Россию, к своему крёстному - самому лучшему другу. Саша ездил с родителями в европейские страны, с интересом разглядывал старинные соборы, посещал музеи, гулял по знаменитым паркам, но всё это не трогало душу - его неизменно тянуло в Россию, к дяде Лёше, с которым он снова пойдёт в поход, будет сплавляться на лодке и спать в палатке, сидеть у костра и наблюдать, как искры дружной семейкой тянутся в бархатную темень звёздного неба… А утром они снова выйдут в прохладный туман у тихой реки, вскипятят чаёк, позавтракают и настроятся на рыбалку, но прежде заметят, как лучи восходящего солнца разбегутся по бриллиантовой от росы полянке! Красота! Рыбалка была для парня отдельным счастьем: что может быть прекраснее, чем сидеть на берегу с удочкой, слушать, как плещется вода, как шелестит камыш… Иногда они с крёстным забирались туда, где начинались невысокие горы. Тропа вилась между скал, поросших мхом, и с небольшой вершины открывался изумительный вид, от которого замирала душа, внутри разливался покой, и овладевало сознание того, что ты - часть этого огромного, прекрасного мира!
Сашины родители полностью доверяли Алексею, и в этом было что-то очень правильное.

Так бы продолжалось вечно, но сердце Алексея дало сбой и после непродолжительной болезни затихло... Никого не удивило, что в его завещании стояло одно имя - имя крестника-Александра.
 
Для Саши был первый сильнейший удар, первая утрата в жизни! Но осталась память: рыбалка, утренние туманы, звёздные ночи у костра, задушевные беседы, те походы, сплав по реке, партии в шахматы и те книги, которые они с крёстным отцом читали вслух. Остались его любовь и забота - оттуда с неба! Осталось то, что нельзя потерять, даже если человек ушёл…


Благодарю Тамару Петровну Маскалёву за редактирование.