Глава 4. Внутренняя битва

— Что с господином? — боязливо спросила Энэби.

— Да мне откуда знать? — воскликнула Сурэноха. Пусть она и была практиком, следовательно, старшей, вне зависимости от разницы в годах, а всё же ей ещё шестнадцати не исполнилось. И она вправду не знала, что с Валеном. Его тело пылало жаром, почти как печь. Она запихала ему в рот пилюли, которые подобрала с пола — раз учитель сам хотел, но не успел их съесть, они не причинят вреда. Теперь оставалось лишь каждые пару минут менять холодные компрессы у него на лбу и ждать.

*****

В своём внутреннем мире, Вален медленно поднялся на ноги.

— Спасибо, что показал мне то воспоминание, — сообщил он двойнику. — Приятно знать, что в прежней жизни, я не сдавался несмотря ни на что. Не знаю, правда, с чего ты решил, будто узнав об этом, я тебе сдамся сейчас.

Последняя фраза была ложью. Внутренний враг подошёл чрезвычайно близко к успеху. Не столько убеждая Валена рационально, сколько давя на его слабости и смешивая мысли. Но не говорить же такое самому врагу.

Двойник тоже выпрямился. Покачал головой:

— Неужели даже сейчас ты полон бессмысленного упрямства? Неужели ты хочешь остаться слепцом и калекой? Неужели ты готов рискнуть всеми, кто тебя полюбил, кто тебе доверился, отказываясь от знаний и силы, когда их предлагают на блюдечке? Да что ты, чёрт побери, за самовлюблённый безумец??!

Двойник развёл руками, словно охватывая простиравшееся от горизонта к горизонту море разлагающихся трупов.

Вален поводил указательным пальцем в неодобрительном жесте:

— Чёрт, который может побрать — он из моего прежнего мира. Не тебе пользоваться этим ругательством, Зеффар. И ты снова доказал, что между нами нет ничего общего, кроме позаимствованного тобой облика. Ты смотришь на мир моими глазами, ты заглядываешь в воспоминания, что украл прежде, чем они вернулись ко мне. И всё равно не понимаешь.

— И что же я не понимаю, а?

— Например, то, что я не объясняю врагам их просчётов, — Вален скривился. — Ну ладно, сегодня сделаю исключение. Видишь ли, сегодня я трижды поглядел, как действует существо тёмного пути. Один раз в реальности, второй раз, благодаря тебе, в воспоминаниях и третий — на твоём собственном примере. И каждый раз я видел не только подлость, обман и готовность пользоваться любыми средствами ради своих целей, но и жестокость. Почтенная Аланария свою жестокость просто оправдывала красивыми словами, потому, что её позиция была слабой. А всё же, если б ей предложили две идеально равные партии пилюль духовной энергии, я думаю, она взяла бы ту, ради изготовления которой детей резали на части. Ведь поступить иначе, это признать, что резать детей нельзя, а значит сама она — чудовище.

Теперь уже Вален развёл руками, почти так же, как раньше — двойник:

— Один раз — случайность, два раза — совпадение, три раза — правило. Ты предлагаешь знания и силу, чтобы защитить тех, кто мне дорог. Думаешь, так проще надавить теперь, когда у меня появились и семья, и невеста, и друг, и ученики. А надолго ли у меня останется желание хоть кого-то защищать, если я допущу в свой разум такую гниду, как ты? Если вступлю на тёмный путь? Начну жрать людей и гуаев ради силы? Как скоро я превращусь в настоящего демона, вроде Повелителя Душ? Катись к самому себе, Зеффар. Пусть даже окажется, что все Досточтимые и Наставники в тайне идут тёмным путём — я им не пойду. И уж конечно я не сдамся самому убогому из его адептов.

Тут на лице Валена появилась такая мерзкая ухмылка, словно он уже превратился в демона:

— Мне вот хочется кое-что проверить. Чтобы так жёстко на меня надавить, ты должен был войти в особо тесный резонанс с моей душой. Интересно, можно ли этим воспользоваться и отбить тебе желание гадить в мои мысли? Если не навсегда, то хотя бы на несколько лет? Что-то ты всё держишься в сторонке и пятишься с того момента, как твой план провалился. Неужели говоришь, что можно?

— Безумец! — лицо двойника исказилось. — Мозги себе выжечь захотел??!

— Нуууу… — выражение Валена стало ещё более мерзким. — Разве ты раньше не знал, что я — безумец?

— Раз так, то пропади всё пропадом! — заорал двойник. — Игры кончились! Не хочешь по хорошему — давай, сразимся! Посмотрим, что будет, если довести это тело и мозг до последней крайности?

За спиной у него появилось сразу восемь летающих мечей. А девятый меч возник в руке. Ухмылка Валена сделалась счастливее. Признаться, его уверенность в себе только что была не слишком прочной, а значит, здесь, во внутреннем пространстве разума, он уступал двойнику в силах. До момента, когда сумел его спровоцировать.

Вален повёл рукой — и в ней тоже появился меч. И за спиной ещё восемь.

— И то правда. Что-то мы заболтались. Пора выяснить наши отношения как практик с безмозглым паразитом.

Летающие мечи противников устремились вперёд одновременно. Часть из них столкнулись с громким звоном и снопами искр. Но атаковать летающим мечом куда проще, чем защищаться. По четыре меча с обеих сторон достигли цели. То есть, места, где цель только что была. Вален и двойник вовремя переместились Лёгким Шагом. Оба попытались ударить друг друга в момент выхода из техники. Обоим это не удалось — клинки, в зеркальном движении, столкнулись друг с другом. На секунду оба замерли, обмениваясь смертоносными выпадами — и вновь переместились, прежде чем их успели достигнуть взаимно вызванные летающие мечи. Движения бойцов теперь стали лёгкими, их ноги скользили по мерзкой жиже, как если бы они ступали по твёрдой брусчатке.

Вторая сшибка, третья, десятая, сотая, тысячная. Звон металла о металл, снопы искр, бегущий по лбу пот. Перемещения настолько быстрые, что в воздухе остаётся по полдюжины Остаточных Образов и со стороны кажется, будто сражается отряд с отрядом. Коварные финты и попытки продавить защиту силой. Брызги крови, когда клинки достигают цели — но наносят лишь поверхностные раны, не мешающие сражаться.

Сражения между противниками, привыкшими друг к другу, хорошо знающими приёмы и хитрости друг друга, например, учениками одного учителя, часто затягиваются. Что уж говорить о сражении между зеркальными отражениями друг друга. Тем более сражении, где бойцы не чувствуют усталости, где мелкие раны исчезают сами по себе. В реальном мире исход могла бы решить случайность, подвернувшаяся одному их противников выгодная позиция. Но во внутреннем мире такое невозможно.

Вален отшатнулся, когда остриё летающего клинка рассекло ему левое предплечье. Но и двойник отшатнулся, получив ровно такую же рану. Уже через мгновение оба атаковали с прежней яростью. Это сражение нельзя выиграть ни силой, ни техниками, ни боевым искусством, ни удачей. Так как же его выиграть? Как одолеть Печать Личины? Прежде, чем мозг и нервы Валена вправду сгорят от перенапряжения. Или меридианы окажутся безвозвратно повреждены этой внутренней борьбой.

*****

Вален очень удивился бы, если б узнал, что в это же самое время Люме и Наттар также оказались втянуты в схватку не на жизнь, а на смерть.

Но чтобы понять, как это произошло, следует вернуться немного назад.

*****

Горный лес вечером был местом красоты и гармонии. Для тех, кто любуется на него с почтительного расстояния. А так-то тихие сумерки, когда каждый звук разносится далеко, были временем охоты. И залюбовавшийся на красоту рисковал гармонично попасть кому-то на ужин.

Как та крупная, пёстрая птица, чью остывающую тушку деловито тащила ярко-рыжая лиса.

Практик, парящий выше деревьев на летающем мече, мрачно оглядел охотницу с добычей. Его собственная охота шла куда хуже. Отверженные богами и предками прислужники архидемона будто сквозь землю провалились. Раскинутые сети волшебного слежения не зацепили ничего. Теперь старейшины требовали хоть по камушку разобрать эти горы, но найти беглецов. А ведь и дураку ясно, что те давно скрылись. Как-то перехитрили облаву, проскользнули через сети и скрылись.

Через пять секунд практик уже думать забыл о простой лисе. Даже не глянул, как та нырнула в глубокую нору со своей добычей. Он не допустил этим никакой ошибки. Просто, полученная им информация была неполна. Он знал, что одна из преследуемых — гуай-лиса. Но и понятия не имел, что она способна принимать полностью звериную форму.

Люме Лин хранила этот секрет– хранила даже от Валена, ото всех, кроме материи и сестры — не из прагматических соображений. Просто сама идея обращения в маленького четвероногого зверька её глубоко смущала. Право слово, проще раздеться на публике. Повезло Наттару — его звериная форма была устрашающим змеем, теперь достигавшим в длину метров пяти. Не повезло ей — так как про эту форму преследователи знали, и подобных змеев в этих горах не водилось, она теперь охотилась за двоих. Хорошо хоть, что нашлась старая, глубокая нора, настоящий лабиринт со многими выходами, в которую не мог пролезть человек, но мог проползти Наттар в змеиной форме. Пока им удавалось прятаться от пристальных взглядов практиков. Прошло уже с полмесяца, а те по-прежнему патрулировали в небесах, прочёсывали лес. Порой Люме гадала: не натворил ли Вален чего-то ещё с момента их расстояния. Иначе почему даже за его спутниками охота идёт столь упорно.

Нора встретила её застарелой вонью. Лишняя причина, по которой Люме не любила лисью форму. Острота обоняния в ней уже почти не возрастала по сравнению с нормой практика её цветов, но вот бороться с дурными запахами становилось сложнее. Особенно если проводишь много дней в тёмной и тсной норе. Протащив тушку птицы внутрь, в глубину, Люме оставила её прямо перед носом Наттара. Тот поднял плоскую змеиную голову, покивал в знак благодарности. Люме обнюхала его нос к носу, фыркнула и скользнула в боковой отнорок.

Все волшебные сокровища пришлось спрятать в нескольких отдельных тайниках, чтобы снизить вероятность обнаружения. Пусть их ауры были слабыми, незаметными под землей А без сокровищ никакого способа продуктивно общаться в зверином облике у них не имелось. Разве что лапой или змеиным носом выстукивать условный код. Но так беседовать уж очень неудобно. Потому Люме предпочитала сидеть в в одиночестве. Всё же, близость настолько здоровенной змеи пугает, когда ты маленькая. Даже если сил в тебе достаточно, чтобы взмахом лисьего хвоста сбить с ног простого человека. Наттар за время их пребывания в этой норе ещё и подрос. Всё же, он получил дар Великого Зверя. А многие дары гуаев можно культивировать. В данном случае — всё увеличивая и увеличивая размер и силу звериной формы.

Увы, тренировать боевые искусства в змеином облике было нельзя. А вот у Люме имелось достаточно вариантов культивации, чтобы скоротать время. Конечно, требовалась осторожность — а то ещё выдашь себя случайным всплеском духовной энергии. Гуайша вытянулась на земле, коснулась лапкой выступающего из стены норы корня. Постепенно её дыхание замедлилось, как если бы она засыпала. Постепенно она всё меньше ощущала собственное тело и всё больше — переплетения корней вокруг…

*****

— Возвращайтесь и ищите! Ищите, ищите пока не разыщите! Перекопайте свой участок до скальной основы, если понадобится! Они не могли далеко улететь! Они спрятались в пределах этих долин!

Очередную четвёрку учеников, явившихся с пустыми руками, как ветром сдуло.

Патриарх Ланновар из Храма Восточного Неба ещё некоторое время стоял на краю скалы, сложив руки за спиной. Отсюда открывался прекрасный вид на горный край. В ясном ночном небе жемчугом и серебром засияли звёзды. Но его глубоко посаженные на суровом, словно топором вырубленном, лице, чёрные глаза застилал гнев. Ему, как признанному специалисту по выслеживанию одержимых и практиков тёмного пути, подчинились представители местных сект. Вот только результаты его руководства пока оставляли желать лучшего. Оставляли желать хоть чего-то.

Ланновар был убеждён, чуял чутьём старого охотника — змей и лиса не сбежали, а затаились. Но где? И насколько ещё хватит терпения у местных?

— Почтенный патриарх! — на этот раз к нему подлетел один из его собственных учеников, в лазоревой рясе Храма Восточного Неба с алой солнечной вспышкой, вышитой и на груди, и на спине. Уже по колебаниям его ауры многоопытный Ланновар понял: новости самые плохие. — Дурные вести!

— Выкладывай, младший!

— Бойня в Полуденной Долине! Примерно километров пятьсот к юго-западу! Я слетал проверить лично — почерк демонического культа. Тела… — ученик запнулся, казалось даже, чуть побледнел. Нет, не может быть. Всё-таки, он охотился за тёмными практиками не первое десятилетие и навидался всякого. Его и деревня, вырезанная до последней мыши в подполе, не впечатлит. — На многих телах следы зубов, соответствуют полузвериной форме гуая-лисы.

Ланновар топнул ногой со злости — дрожь прошла по всей скале. Почти наверняка это попытка отвлечь внимание. Лишь подтверждающая, что они ищут в нужной области. Ну кто же устроит демонстративную резню, едва вырвавшись из кольца! Но даже сумей он это объяснить здешним сектам… Если на попытку не клюнуть, то очень скоро резня повторится.

Что же делать?

*******

Продолжение истории можно прочитать на Boosty (https://boosty.to/stanislav_dementev) или Author Today (https://author.today/work/557177). Там же можно найти иллюстрации к тексту и различные дополнительные материалы. Господа и дамы, помним, что даже простой переход по этим ссылкам способствует оперативному появлению проды!