Возраст или мой разговор с одиночеством

Иногда бывает так:
«Вечерами становится так одиноко, что сердце сжимается от тоски. Это чувство — словно старая вещь, которая давно потеряла свой цвет и яркость. Почему я всё жду чего-то? Зачем мне это одиночество?
Я не хочу быть одна. Вечерние часы тянутся бесконечно долго, а дни похожи друг на друга. Я слышу зов других жизней, других возможностей, но сил идти к ним уже нет. Устала просто существовать.»

Или так:
 "Вечерами накрывает такая грусть, будто ты забыла, какой бывает радость. Одиночество кажется привычным одеялом, которое хочется сбросить, но оно такое тяжелое...
Но ведь жизнь не должна быть серой! Когда смотришь на мир вокруг, понимаешь: где-то там есть место для тебя, где будет тепло и светло. Просто нужно набраться смелости сделать шаг навстречу этому новому дню».

А еще так:
 Одиночество: Почему ты снова ждёшь? Ты знаешь, что ничего не изменится.
Я: Нет, я больше не хочу этого «ждать». Мне надоело, что вечера проходят впустую, а дни сливаются в одну бесконечную ленту. Я устаю слышать о том, как живут другие, потому что сама стою на месте.
Одиночество: Ты боишься перемен.
Я: Да, боюсь. Но ещё сильнее я боюсь остаться такой навсегда.
 Я смотрю на часы и вновь:
 Ещё один вечер, ещё одна пустая комната. Холод пробирает не от старых скрипучих дверей и сквозняков, а изнутри — прямо в сердце.
 «Почему я жду?»

 Это чувство одиночества давно стало привычным, как старая одежда, которую носишь годами. Она уже потеряла яркость красок, стала серой и бесформенной, но ты продолжаешь её надевать по инерции. Потому что страшно выбросить: вдруг под ней ничего нет?

 Вечера тянутся бесконечно долго. Я хожу из угла в угол, пытаясь заполнить пространство хоть чем-то. Но оно остаётся пустым. Не новым пространством для жизни, а просто вакуумом, который высасывает силы.

 Иногда мне кажется, что за окном есть другие миры. Они звучат иначе, пахнут иначе. Там люди смеются, там горят огни, там кто-то ждёт. И тогда я устаю больше всего. Устала стоять на месте. Устала быть одной.

Но я всё равно жду. Жду указаний, когда можно будет перестать ждать.

 Потом ещё один вечер, и опять пустая комната. Холод пробирает не от старых скрипучих дверей и сквозняков, а изнутри — прямо в сердце.

Стучат по стеклу капли дождя.

— Ты опять здесь? — спрашивает Одиночество, усаживаясь рядом со мной на диван. Оно всегда приходит без стука.

— Да, я жду, — отвечаю я, глядя в окно.

Оно вздыхает, устраивается поудобнее и начинает перебирать мои мысли, как старые вещи.

«Почему ты всё время ждёшь?»
— Не знаю…
Одиночество кивает, соглашаясь с моим страхом.
 И мы сидим так вместе, слушая дождь, пока ночь окончательно не поглотит город.

 В этот момент раздаётся звонок телефона. Я вздрагиваю. На экране высвечивается имя. Мы не виделись несколько месяцев.

 «Эй! Слушай, у меня тут идея. Давай завтра сходим куда-нибудь? В парк, в музей или просто погуляем. Мне кажется, тебе нужно отвлечься».
 Голос звучит так тепло и искренне, что даже Одиночество морщится и слегка отстраняется.

 «Не знаю...»

 «Так давай выйдем! Посмотрим эти твои миры вместе. Почему ты устаёшь больше всего именно тогда, когда слышишь зов других жизней? Может быть, пора перестать ждать указаний и самой стать тем самым звоночком для кого-то другого?»

 Одиночество хмурит брови и потихоньку растворяется в тени дивана.

 «Знаешь, пожалуй... Пожалуй, да. Завтра увидимся».

 И впервые за долгое время я закрываю глаза не с тяжестью ожидания, а с лёгким трепетом предвкушения.
 Телефонная трубка опускается.
 Душа смотрит на своё Одиночество и впервые за долгое время улыбается ему не тоской, а лёгкой благодарностью.
 Ведь это был его дом, но теперь пришло время открыть дверь.