Кирилл Владимирович Воспоминания 003-42-44

В.Кн.Кирилл Владимирович Воспоминания - 1898год - Визит в Японию - Прием у Императора - Император Муцухито - барон Розен - орден Восходящего Солнца - Порт Йокогама - Токио - Кобэ - Нагасаки - Прощальный Вечер - Корабль в Америку
Глава 3 Направление на восток с.42-44
Воспоминания 003-42-44
***
-42-
Наша флотилия канонерок патрулировала в тех водах, защищая российские владения от японских и американских браконьеров.

Мне хотелось узнать этот край, но судьба распорядилась иначе.

Было решено, что мне следует нанести официальный визит императору Японии - жест дружелюбия по отношению к стране, в которой, как я уже говорил, чувство враждебности к России достигло опасной точки.

Вот что сказал по поводу этого визита наш посол в Японии - барон Розен[31] в своей книге „Сорок лет дипломатии"[32].:

„... В начале лета они (русское правительство) распорядились, чтобы Великий князь Кирилл (первый кузен Государя и первый наследник престола после брата Государя и еще нерожденного цесаревича), который служил мичманом на одном из кораблей нашей Тихоокеанской эскадры, отправился в Токио с официальным визитом к японскому двору.

Узнав об этом, я послал телеграмму графу Муравьеву, в которой предложил отложить визит Великого князя на несколько месяцев, ибо, учитывая настроение японского народа и помня о том, что на Государя Николая II, когда он еще цесаревичем посещал эту страну, вопреки всем мерам предосторожности было совершено покушение, - японскому правительству будет нелегко взять на себя ответственность за безопасность Великого князя.

Однако мое предложение осталось без внимания, - и через две недели Великий князь на борту броненосца „Россия" прибыл в Иокогаму.

Пребывание Его Императорского Высочества в Токио сопровождалось чередой обычных официальных приемов: государственный обед во дворце, обеды во дворцах некоторых принцев, в дипломатической миссии и т.д.

Молодой Великий князь - по-моему, ему шел 21-й год - всюду производил наилучшее впечатление.

 ... В день прибытия Великого князя мы долго беседовали, и я детально обрисовал ему всю серьезность политической обстановки, подчеркнув, что поддержание дружественных отношений с Японией имеет огромное значение для России.

Великий князь слушал с глубочайшим вниманием и интересом, сразу же оценил ситуацию, и вел себя сообразно ей с безупречным тактом.

 Короче говоря, визит Его Высочества, которого я ожидал с некоторым опасением, увенчался успехом.

Более того, принц Арисугава взял с Великого князя обещание, что во время следующего посещения Иокогамы, тот проведет несколько дней с принцем и принцессой в их токийском дворце.

Такое подчеркнуто радушное гостеприимство никогда не оказывалось ни одному из гостей королевской крови ни одним из членов императорской семьи Японии".

В июне 1898 года „Россия" снялась с якоря и отправилась из Владивостока в Иокогаму.

Мы встали на некотором расстоянии от берега. О моем прибытии возвестили прелестные дневные фейерверки, впрочем, я бы назвал их „смоукверки".

Частая смена разноцветных дымов создавала эффектное зрелище. В Европе ничего подобного не было.

На берегу я был встречен и сопровожден на ожидавший меня специальный поезд.

По прибытии в Токио меня встречал почетный караул во главе с принцем Канином.

В сопровождении принца я был доставлен во дворец, отведенный для королевских особ, посещавших императора.

 Дворец, построенный в традиционном японском стиле, располагал самыми современными европейскими удобствами.

Все здесь, и превосходная французская кухня, и слуги, облаченные в ливреи европейских дворов, было умело и предусмотрительно организовано для того, чтобы пребывание во дворце доставило мне наибольшее удовольствие.

-43-
Насколько я помню, два дня ушло на осмотр всевозможных достопримечательностей.

Меня пригласили посмотреть борьбу, жонглирование и японскую игру, напоминающую поло, участники которой были одеты в народные японские костюмы.

Стояла знойная жара, однако, где бы я ни появлялся, меня ожидали охлажденные напитки, сигареты и опахала, приготовленные предусмотрительными японцами.

Меня принял император Муцухито, в присутствии всего двора. По этому случаю я был в парадной морской форме, а император и его придворные - в европейских одеждах.

Наш посол, барон Розен, устроивший эту встречу, представил меня императору. Моим переводчиком был свободно владевший русским языком барон Маденокоси. Во время этого визита он неотлучно находился при мне.

Император - выдающаяся историческая личность и человек высокого достоинства - сыграл огромную роль в переходный период своей страны, которая многим обязана его мудрости и сильному характеру.

В годы его правления Япония превосходно адаптировалась к стандартам Запада, - однако лишь в той степени, в которой они касались материального благосостояния, даруемого цивилизацией, - и при этом не утратила своей самобытной культуры.

Это произошло благодаря мудрости тех государственных деятелей, которые определяли курс страны.

Позднее в мою честь был устроен банкет, на котором император показал мне серебряный столовый сервиз изысканной работы, -подарок моего Государя.

Император попросил меня - передать кузену Николаю, что он восхищен этим подарком.

Я сидел рядом с императрицей[33], обладавшей исключительным очарованием японских женщин, и нашел, что она чрезвычайно мила.

Позднее мне сказали, что я произвел на нее более чем благоприятное впечатление.

Император вручил мне награду императорской семьи - орден Восходящего Солнца и преподнес великолепные подарки - вазы клуазоне, мечи, изысканные ширмы и много других вещей редкой работы, представляющих большую ценность.

 Впоследствии все эти дары находились в моем дворце в Санкт-Петербурге, а из больших ваз получились отличные подставки для ламп.

Город Иокогама подарил мне коллекцию прелестных карликовых деревьев[34], к сожалению, на обратном пути растения погибли.

Через несколько дней после банкета, я принял представителей дипломатического корпуса в Токио.

Встреча состоялась во дворце, где я жил, и доставила мне много хлопот.

В моей памяти остался еще один приятный эпизод, связанный с этим визитом - непринужденный вечер в японском духе, который устроил для меня в своем токийском доме первый секретарь нашего посольства - М. Поклевский-Козелл.

Мы сидели на полу, а гейши, подносившие нам японские кушанья, танцевали и развлекали нас. Этот чудесный вечер прошел в атмосфере, созвучной окружающей обстановке, и явился желанным перерывом в череде официальных мероприятий.

Перед тем как покинуть Японию, я нанес официальный визит в древний священный Киото[35].

Это город храмов и прекрасно ухоженных садов и парков, виды которых сейчас так хорошо знакомы туристам.

 Я посетил несколько любопытных храмов, где меня принимали священнослужители.

-44-
В какой бы храм или святыню я ни заходил, мне предлагали чашечку освежающего цветочного чая, крепко заваренный, он отлично взбадривая меня в изнуряющей жаре.

Эта гостеприимная чудесная страна произвела на меня глубокое впечатление, но даже если бы мне не довелось увидеть ее прославленных памятников, я видел то, что навсегда останется в моей памяти - японских детей.

Это главная достопримечательность страны. Мне они казались маленькими куколками. Я никогда не видел ничего более очаровательного, за исключением, разве что, японских женщин.

В своей любви к детям японцы - уникальная нация. Там нет обществ по искоренению жестокого обращения с детьми, и если Япония, встав на путь „прогресса", многому научилась у Запада, то и Западу еще многому стоит поучиться у нее.

До отплытия „России" у меня оставалось время на посещение модных магазинов, где, среди прочего, я купил несколько шелковых кимоно для моей сестры Елены.

Перед тем как покинуть Японию, я посетил Кобэ и Нагасаки, откуда „Россия" проследовала в Порт-Артур на учения флота.

Остаток лета и начало осени я провел во Владивостоке.

Настало время, когда я должен был проститься с „Россией" и своими товарищами по экипажу: мы были спаянной командой.

В ночь перед прощанием с моими товарищами, офицерами был устроен обед с речами и тостами. Это большое событие не обошлось без веселья и смеха.

Я обратился к нашему командору Доможирову со словами благодарности, за опыт и знания, приобретенные под его опекой.

Я знал, что исполнять обязанность моего опекуна было весьма обременительно, - так как, помимо всего, на командоре лежала ответственность за мою личную безопасность и благополучие.

Обед закончился пением и очень оригинальным номером: наш минер Кербер и другие офицеры, нарядившись в кожаные одежды, исполнили что-то вроде ритуального танца диких гольдов.

Сам Кербер бил в круглый барабан и походил на настоящего шамана - он делал это очень эффектно.

Вечер удался, хотя я был не совсем в форме, - так как незадолго до этого поранил ногу, и ее пришлось туго перебинтовать. Я потерял много крови и чувствовал себя не лучшим образом.

Тем не менее я никогда не забуду с какой трогательностью друзья старались развеять мою грусть по поводу ухода с „России", которая так долго была моим домом.

Кроме лейтенанта Кербера, мне бы хотелось упомянуть адмирала Русина, который в то время был одним из офицеров-артиллеристов „России". Эти люди сыграли неоценимую роль для нашего флота.

В ходе последующих печальных событий многие из моих товарищей нашли свою могилу в море. Они были храбрейшими из храбрых.

„Россия" доставила меня в Иокогаму, где я сел на американское пассажирское судно. Оно должно было перебросить меня в Соединенные Штаты, откуда мне предстояло затем проследовать в Европу.

Я никогда не забуду трогательное прощание, которое устроили мне мои товарищи. Вслед за американским лайнером, они вышли в море на одном из катеров „России" и махали мне до тех пор, пока расстояние не разлучило нас.

Глава 3. Направление на Восток.
с.29-44
_45_

***
#ДомРомановых #КириллВладимирович #Воспоминания #1898год #РусскаяДипломатия #ВизитвЯпонию #ПриемИмператора #ИмператорМуцухито #ОрденВосходящегоСолнца #ПосолРозен #ПортЙокогама #Токио #Кобэ #Нагасаки #ПрощальныйВечер #КорабльвАмерику