Взросление

На втором этапе взросления принудительный атеизм советского периода вылетел из меня, как пробка из бутылки шампанского. Слишком долго душа моя не получала ответы на главные вопросы. И теперь перечитывая роман «Война и мир», я всякий раз делаю удивительные открытия. Есть ещё куда расти (взрослеть).

Помните Платона Каратаева? В школе нам упоминали о нём в весьма расплывчатой форме – незаметный герой войны и всё в таком духе. Читала, но не прочувствовала. Со всей своей пролетарской откровенностью я ни минуты не сомневалась в том, что говорили старшие товарищи. Мы становились пленниками чужих заблуждений. Есть своего рода сходство. Пьер Безухов воспитывался в Европе под руководством гувернёра-аббата. Вера в масонство и превосходство западной культуры держалась в нём крепко до той поры, пока не началась война. И там он встретил своего главного учителя – Платона Каратаева. Это теперь понимаю, почему нас так аккуратненько уводили в сторону классового противостояния. А никакого противостояния не было, пока не пришли заинтересованные люди, и не внушили народу мысль о классовой борьбе. Попав в плен граф Безухов получил возможность изучить истинное лицо русского человека. Он тянется к Каратаеву не только потому, что тот помогает ему сохранить жизнь, сам он мало к чему приспособлен, а ещё и потому, что любуется его христианским смирением. Платон живёт просто и так же незамысловато молится: «Положи, Господи, камушком, подними калачиком». Каратаев говорит с Богом, ни секунды не сомневаясь, что Бог есть. Что он может обращаться к нему лично и его жизнь для Бога имеет значение. Он робеет перед господами и офицерами, потому что не понимает их. А с Богом чувствует себя свободно. И простота этого открытия поразила Пьера до глубины души. Граф Безухов сохранил воспоминания о Платоне Каратаеве и рассказывал о нём своим знакомым. Это имя запомнил даже сын Андрея Болконского Николенька. Впрочем, пересказ любой истории вряд ли передаст хотя бы незначительную часть личного опыта.