Сказка про интеллектуальную элиту

В одном известном городе, название которого я позабыл, градоначальник поздравил с профессиональным праздником шаманов с указками, которых в свободном городе по недоразумению называли педагогами.

Педагогами они давно перестали быть, а были именно шаманами. Ибо изо дня в день они, как мантру, повторяли на уроках различные заклинания, некогда произнесенные градоначальником и прочно впечатанные в анналы свободного города. И тем самым искали себе денег, а градоначальнику славы.

Произнеся несколько дежурных слов, градоначальник вдруг сказал о самом сокровенном, о том, что он вымучил во время бессонных ночей: «Меня это очень волнует. Вот честно! Нельзя допустить ситуацию, при которой у нас возникнет интеллектуальная элита, которую научили думать».

Услышав эти слова, шаманы с указками впали в ступор. О чем говорит градоначальник? Какая интеллектуальная элита? В свободном городе к интеллектуальной элите можно было отнести только одного человека – городского сумасшедшего. Но он давно вышел из школьного возраста, да и вообще категорически отказывался учиться правильному образу мыслей.

Если же и были другие интеллектуалы, то они предпочитали помалкивать и никогда не заявляли о своей элитарности. А то мало ли – рвешься в элиту и как раз окажешься на эшафоте. История свободного города немало знала подобных примеров.

Возможно, градоначальник понял состояние шаманов, а потому решил пояснить, что главное в его фразе не словосочетание «интеллектуальная элита», а слово «думать».

«Думать нельзя! Думать не сметь!» - подчеркнул градоначальник и с экрана телевизора погрозил своим маленьким толстым пальчиком.

Погрозил, конечно, шутя, но все свободные граждане, даже и шаманы с указками, давно усвоили, что градоначальник шутить не любит.

Но и слово «интеллектуальный» градоначальнику очень нравилось, хотя он постоянно запинался, когда его произносил. Видимо, лишь недавно его услышал и потому еще не успел это слово освоить, не понимал его истинного значения. Но звучит-то красиво!

«Наша интеллектуальная элита не должна быть разнородной, - продолжал градоначальник. – Не должно быть свободных граждан, которые по своему интеллектуальному развитию выдвигаются на первый план, а другие остаются на втором или даже на третьем уровне. Нужен один, общий уровень! К этому вам и необходимо стремиться в своей работе, дорогие мои, как вас там, педагоги».

Собственно говоря, вся система образования свободного города и была построена по этому принципу: всех учеников уравнять под одну гребенку. Двоечников подтягивали под троечников, а хорошисты и редкие отличники очень часто до троечников опускались автоматически.

С двоечниками худо-бедно получалось, им, закрывая глаза, просто ставили тройки. А вот с хорошистами и отличниками обстояло хуже: некоторые умники не довольствовались теми скудными знаниями, которые они получали на уроках, а упорно занимались самообразованием.

И как с этим бороться? Да и не пытались шаманы бороться, они наивно полагали, что чем больше хорошистов и отличников, тем лучше и для школы, и в целом для свободного города.

Теперь же градоначальник им всё доходчиво объяснил.

И всю систему образования свободного города решено было кардинально изменить. Шаманы с указками получили указание плюнуть на всякие математики, физики, химии и уж тем более на литературы. Напирать надо исключительно на патриотизм.

И вот для этого указки оказались весьма кстати. Теперь это не просто неизменный атрибут, а, так сказать, производственное оружие. Указки требуются не для того, чтобы что-то показывать и разъяснять, ими надо бить по голове нерадивых учеников. Так что дисциплина в школах свободного города должна быть идеальной. Без всякого преувеличения – армейской дисциплиной. Ну, вы, наверное, понимаете: упал, отжался…

В общем, патриотизм, один сплошной патриотизм и ничего, кроме патриотизма. Благо, что и примеров истинного патриотизма в свободном городе было предостаточно.

Шаманы стали приглашать на свои уроки героических участников осушения болота. И те, не успев даже отмыться от болотной тины, грязные и вонючие, рассказывали о леших и кикиморах, проживающих в этом ужасном месте. А также о том, как приятно грабить первых и насиловать вторых.

«Кикиморы, конечно, очень некрасивые и даже уродливые, но куда деваться? Других-то нет», - заявляли болотные герои, подмигивая симпатичным старшеклассницам.

Ничего другого и не могли рассказать эти осушители. Все они в прошлом – грабители и убийцы и на болото отправлялись прямиком из тюрьмы, чтобы получить амнистию.

Но старшеклассницы млели от удовольствия. Да и как не сомлеть? Ведь перед ними были не прыщавые подростки, а защитники, богатыри, авантюристы, от которых исходил подлинный дух свободного города. Вот с такими и надо поднимать демографию с колен! Поднимать, не отходя от парты!

Некоторые шаманы с указками морщились от этих слов, но им тоже некуда было деваться. Деньги не пахнут.

Чуть реже на уроки приглашали строителей башни для воссоединения с Луной. Эти были более благородных кровей – не чета осушителям. Они не грабили и не насиловали уже только потому, что на строительстве не было ни леших, ни кикимор. Да и на строительство они отправлялись не ради амнистии, а по более возвышенным причинам - ради хорошего заработка. Хотя нельзя исключать и идейные убеждения: многие из строителей были истинными патриотами и действительно мечтали оказаться на Луне. Куда угодно, лишь бы подальше от свободного города!

Эти рассказывали о не менее славных подвигах: как строители часто срываются вниз с огромной высоты из-за нехватки монтажных поясов, как погибают они под обвалами, но при этом, глядя на Луну, не устают мечтать о светлом будущем, которое рано или поздно обязательно наступит. Но без Луны такого будущего быть не может, потому не может быть никогда.

От этой романтики млели уже не старшеклассницы. а прыщавые подростки. И не просто млели, а впадали в экстаз патриотической гордости. И готовы были сию же минуту взять в руки мастерки и кувалды и тоже отправиться на воссоединение с Луной.

И образование в свободном городе оказалось на небывалом доселе интеллектуальном уровне – ниже среднего. Или же, если называть вещи своими именами, ниже плинтуса. Зато с раздутым донельзя патриотизмом.

Но все-таки оставались еще упертые ученики, которые тайно продолжали читать учебники математики, физики, химии и, страшно сказать, литературы.
 
И не догадывались, что судьба им уже приготовила путь сложный, долю горькую - чахотку и тюрьму.