Стихи, черные, как ночь. Тихон Чурилин

Имя поэта серебряного века Тихона Чурилина встречается, хоть и редко, в энциклопедиях, некоторых словарях и книгах – в частности, в книге Николая Гумилёва «Письма о русской поэзии», где дана достаточно высокая оценка его творчеству: «Стихи Тихона Чурилина стоят на границе поэзии и чего-то очень значительного и увлекающего. Издавна повелось, что пророки вкладывают в стихи свои откровения, моралисты – свои законы, философы – свои умозаключения. Всякое ценное или просто своеобразное мироощущение стремится быть выраженным в стихах. Причины этого было бы слишком долго выяснять в этой короткой заметке. Но, конечно, это стремление в большинстве случаев не имеет никакого отношения к поэзии. Тихон Чурилин является счастливым исключением. Литературно он связан с Андреем Белым и – отдалённее – с кубо-футуристами. Ему часто удаётся повернуть стихи так, что обыкновенные, даже истёртые слова приобретают характер какой-то первоначальной дикости и новизны. Тема его – это человек, вплотную подошедший к сумасшествию, иногда даже сумасшедший. Но в то время, как настоящие сумасшедшие бессвязно описывают птичек и цветочки, в его стихах есть строгая логика безумия и подлинно бредовые образы».
Марина Цветаева о Тихоне Чурилине: «В первый раз я о Наталье Гончаровой – живой – услышала от Тихона Чурилина, поэта. Гениального поэта... Ему даны были лучшие стихи о войне, тогда мало распространённые и не оценённые. Не знают и сейчас...».
К сожалению, имя поэта и прозаика Тихона Чурилина, часто встречающееся в воспоминаниях знавших его людей, почти не упоминается ни в литературоведческих работах, ни в статьях по истории футуризма. Его стихи не включаются в сборники конца XIX – начала XX века, которых немало выходило в разных издательствах. А жаль, иногда надо переступить  через свои литературные пристрастия, во имя справедливости.


ВО МНЕНИЯ

 Урод, о урод!
 Сказал - прошептал, прокричал мне народ.
 Любила вчера.
 - Краснея призналась Ра.
 Ты нас убил!
 - Прорыдали - кого я любил.
 Идиот!
 Изрек диагноз готтентот.
 Ну так я -
 - Я!
 Я счастье народа.
 Я горе народа.
 Я - гений убитого рода,
 Убитый, убитый!
 Всмотрись ты -
 В лице Урода
 Мерцает, мерцает, Тот, вечный лик.
 Мой клик.
 - Кикапу!
 На свою, на свою я повел бы тропу.
 Не бойтесь, не бойтесь - любуйтесь мной
 - Моя смерть за спиной.


КОНЕЦ КИКАПУ

 Побрили Кикапу - в последний раз.
 Помыли Кикапу - в последний раз.
 С кровавою водою таз
 И волосы, его.
 Куда-с?
 Ведь Вы сестра?
 Побудьте с ним хоть до утра.
 А где же Ра?
 Побудьте с ним хоть до утра
 Вы, обе,
 Пока он не в гробе.
 Но их уж нет и стерли след прохожие у двери.
 Да, да, да, да, - их нет, поэт, - Елены, Ра,
 и Мери.
 Скривился Кикапу: в последний раз
 Смеется Кикапу - в последний раз.
 Возьмите же кровавый таз
 - Ведь настежь обе двери.


СМЕРТЬ ЧАСОВОГО

 У гауптвахты,
 Гау, гау, гау - уввв… - ах ты… -
 Собака воет глухо, как из шахты.
 - Враг ты!
 Часовой молодой слушает вой.
 Молодой -
 Скоро ему домой.
 К жене.
 А по стене… а по стене… а по стене
 Ползет, ползет, как тень ползет во сне,
 - Враг.
 Б - бабах
 - Выстрел - веселый вылетел пламень.
 Бах -
 Ответ,
 Глухой.
 Ой -
 Светы…
 Гаснет, гаснет светлый мой пламень.
 Сердце твердо, как камень.
 Пламень мой… пламень…
 Потух, темно.
 Снег скрипит… коня провели - к мертвым
 Ноо! но…


ПЬЯНЫЙ

 Бывшим друзьям

 Средь ночи, во тьме, я плачу.
 Руки в крови…
 Волосы, платье - в ёлочных блёстках.
 Я болен, я болен - я плачу.
 Как много любви!
 Как жёстко, холодно, в ёлочных блестках
 Шее, телу…
 Окно побледнело.
 Свет, скажи им - ведь руки в крови -
 - Я убил от любви.
 Ах - гудок в мозг, в слух мне врезался.
 Я пошутил - я обрезался.


ОДИН

 В форточку, в форточку,
 Покажи свою мордочку.
 Нет - надень прежде кофточку…
 Или, нет, брось в форточку марочку…
 Нет, карточку -
 Где в кофточке, ты у форточки, как на жердочке.
 Карточку!
 Нету марочки?
 Сел на корточки.
 Нету мордочки. Пусто в форточке.
 Только попугайчик на жердочке
 Прыг, прыг. Сиг, сиг.

 Ах, эта рубашка тяжелее вериг
 Прежних моих!


Жар

Красные огни.
Плывут от вывески гарни,
Светящейся - как угли ада:
           Отрада.
Вспомнилось гаданье мне,
Вспомнилось - тоскливо мне:
     Туз - десятка пик!
          Жар велик,
          Жар во мне,
          - Весь в огне.
Сестра сон вспоминала - ... выпал крепкий зуб.
Сестра всё мне сказала трепетаньем губ.
     Плакала...
     Рядом нищая заквакала:
          Ква, ква...
     Разболелась голова, раскололась голова
          - Два меня.
          Плачу, стеня.
     А-ааа, а-ааа, аа.
     Качай, качай, качай - а то в сердце боль.
          Стук - солонка... просыпалась соль.
     Подожди... подожди, подожди - сам умру, не неволь.