Глава 3 Штаб-квартира Бунта

Фигура сбросила маску. Под ней оказалось собственное лицо Азазелло, но искаженное десятилетиями войны. Шрам на месте глаза теперь светился тусклым фиолетовым огнем, а кожа вокруг рта потрескалась от постоянной ухмылки.
— Что значит «нижние миры закрываются»? — Маргарита сделала шаг вперед, заслоняя собой Мастера. Её рука метнулась к спрятанному в складках платья стилету, рукоять которого была выточена из зуба древнего левиафана.
— То и значит, ваше величество, — криво усмехнулся двойник. — Рай перекрыл поставки благодати. Сказал, лимит исчерпан. Наверху решили строить «Эдем-Плаза», элитный жилой комплекс для тихих праведников. А нам отключили сервер молитв. Демоны сидят без дела. Начались профсоюзы. Требуют больничные листы за ожоги кислотой и компенсацию за моральный вред от криков грешников. Дисциплина упала ниже точки замерзания азота.
Настоящий Азазелло вышел из тени, становясь плечом к плечу со своим визави.
— Самозванец неплохо знает детали, — процедил демон сквозь зубы. — Хотя самозванцем тут пахнет слабо. Пахнет предательством.
— Я — это ты из десятого года, дурак, — огрызнулся гость. — Меня прислало сюда само Время, потому что ваша уютная московская бытовуха разрушает структуру причинности. Если Вы не спуститесь туда сами и не наведете порядок, Геенна схлопнется в точку сингулярности. И тогда твой милый домик, Коля, провалится к центру Земли быстрее, чем твоя совесть при написании эротических сцен.
Мастер потер виски. Головная боль, та самая наследственная гемикрания Понтия Пилата, вернулась с утроенной силой.
— Допустим, — сказал он. — Допустим, мы верим. Какова наша роль? Мы гражданские лица. Мой контракт с Вечностью закрыт подписанием книги.
— Твой контракт бессрочный, писатель, — гость-Азазелло достал из внутреннего кармана плоскую флягу, открутил крышку, и по подвалу разнесся запах чистейшего спирта, настоянного на кошмарах содомитов. — Ты создал канон. Любой текст, описывающий страдания чиновника, автоматически становится священным писанием для младшего состава инквизиции. Ты наш Марк Аврелий. Нам нужен идеолог.
Он перевел взгляд на Маргариту.
— А тебе, королева, пора возвращаться на трон. Временный наместник Сатаны, Герцог Бельфегор, проворовался. Украл казну и попытался купить яхту из костей утопленников. Казначейство взбунтовалось. Им нужна легитимность. Им нужна кровь королевского рода. Твоя кровь.
Маргарита побледнела. Желтый огонь в её глазах боролся с человеческой паникой.
— Я ушла оттуда, — прошептала она. — Я выбрала жизнь. Николая. Тепло очага. Я хочу варить борщ, а не пытать лжецов!
— Борщ подождет, — жестко ответил гость. — Там внизу дети плачут настоящим огнем. Буквально. Отдел детской смертности объявил голодовку протеста. Никто не знает, как составлять квартальный отчет о страданиях младенцев, все инструкции сгорели вместе с архивом Содома. Нужен декрет. Ваш декрет, Маргарита Николаевна. Иначе через неделю ваши счета за газ придут вам в глотку в виде раскаленных углей. Система рушится. Порядок должен быть восстановлен. Диктаторским методом.
Бегемот, сидевший на бочке с солеными огурцами (которые квасили еще при царе), задумчиво почесал за ухом.
— Революция — это хорошо, — мяукнул он. — Можно официально ввести комендантский час для привидений. Но у меня вопрос логистический. Как мы попадем туда? Порталы контролируются службой безопасности Эдема. Нас собьют зенитным псалмом еще на подлете к границе облаков.
Гость-Азазелло улыбнулся так широко, что его лицо едва не лопнуло.
— Зачем портал? Есть путь короче. Прямой лифт. Помните старую ТЭЦ, которую мы взорвали ради искусства? Заброшенный ствол шахты №7. Он проходит через все тектонические плиты прямо в литосферный ад. Местечко называется «Мясорубка». Экологически чистый район, отличная транспортная доступность, соседей почти нет — одни мазохисты да бывшие налоговые инспекторы. Собирайте вещи. Выезжаем через час. И да… захватите теплые носки. Там минус двести по Цельсию. Настоящие.
Сбор занял сорок минут. Маргарита сменила бархат на боевой комбинезон из драконьей чешуи, который облегал её фигуру, как вторая кожа, и поглощал свет. Мастер надел свои старые ботинки и взял печатную машинку «Ундервуд», зарядив её лентой, пропитанной чернилами из вен самоубийц — единственные чернила, которыми можно писать законы, обязательные к исполнению мертвецами. Бегемот набил рюкзак динамитом, колбасой и томиком Пушкина.
Когда они вышли во двор, старый черный Rolls-Royce Cullinan превратился в бронированный тягач на гусеничном ходу, ревущий двигателем V16, работающим на перегонке грехов. За рулем сидел грач в сварочной маске.
— Пристегнитесь, господа хорошие, — каркнул он. — Дорога до центра Земли занимает ровно столько времени, сколько нужно, чтобы прочитать молитву наоборот. Кто боится высоты, лучше закройте глаза. Мы едем вертикально вниз. Шахта открыта. Лети-и-им!
Тягач сорвался с места, проломил кирпичную стену забора и нырнул в разверзшуюся посреди улицы бездну, края которой уже лизали языки первородного багрового пламени. Дом остался стоять пустой, охраняемый лишь призраком критика Латунского, который теперь работал бесплатным сторожем и очень боялся темноты.