Цена кристаллина. Глава 1

Делия обмакнула кисть в краску и стала усердно смешивать на палитре цвета. Взглянув на полученный результат, она недовольно поморщилась: получалось слишком тускло, слишком однообразно. Она добавила капельку лазури, затем еще немного синего, пытаясь уловить ту самую глубину, которая играла в воде перед ней. Глубоко вздохнув, девушка перевела взгляд с палитры на бушующее море, а затем снова критически осмотрела свой холст.
Конечно же, добиться желаемого было почти невозможно. В её распоряжении были лишь обычные пигменты — дешевая смесь масел и минералов, лишенная искрящейся магии кристаллина. Такие краски годились разве что для вывесок да плакатов на городском рынке. Ими нельзя было воссоздать живое дыхание волн, запечатлеть пылающую красоту заката, дрожащего в морской глади, или передать тот самый внутренний свет, который делает картину живой. Но это всё, что могла позволить себе её семья. Глупо мечтать о нереальном.
Пусть многие и восхищались её работами, Делия знала, что с кристаллином они бы ожили, стали бы гораздо более естественными, и усилий потребовалось бы гораздо меньше. Но приходилось работать с тем, что есть, вкладывая в каждый мазок частичку своей души.
Все свободное время Делия проводила у мольберта. У неё была мечта — поступить в королевскую академию, признанную лучшей во всем мире и находившуюся в столичном городе. Для этого нужно было предоставить свои работы и пройти конкурс, в котором участвовало огромное количество таких же мечтателей. Но шансы Делии по сравнению с остальными были совсем мизерными. Она слишком сильно отличалась от других поступающих. Да и с такими красками...
Делия решительно тряхнула головой, отгоняя удручающие мысли, и постаралась сосредоточиться. Ветер усилился, морские волны вздымались всё выше, превращаясь в белые гребни. Резкий порыв с озлобленным воем едва не вырвал мольберт из её рук. Девушке удалось вовремя ухватиться за подставку и плотнее вдавить деревянные ножки в мокрый песок. Судя по всему, начинался настоящий шторм. Следовало закончить работу и возвращаться домой, пока небо окончательно не рухнуло.
— Ты так красиво рисуешь! — вдруг раздался за её спиной звонкий голосок, перекрывающий шум прибоя. — Я так не умею... Как у тебя это получается?
Обернувшись, Делия увидела худенькую белокурую девочку лет восьми-девяти. На ней было легкое цветастое платьице, совершенно не подходящее для такой погоды, а в волосах забавно покачивались заколки в форме улыбающихся дельфинчиков. Девочка вся дрожала от холодного ветра, но её глаза, широко раскрытые от неподдельного восторга и явной зависти, не отрывались от картины.
— Я рисую с детства, — ответила Делия, поправляя прядь длинных волос, развевающихся на ветру. — Но мне не очень нравятся мои работы.
— Почему? Они прекрасны! — с искренним изумлением спросила девочка, словно не веря услышанному.
Делии стало тепло от этой похвалы, пусть даже исходящей от ребенка.
— Спасибо, — ответила она с мягкой улыбкой. — Но ты тоже можешь научиться. Главное — не бояться.
Девочка робко кивнула, но её взгляд тут же скользнул обратно к мольберту, задержавшись на изображении волн.
— Но всё же почему они тебе не нравятся?
— В них мало жизни, — печально улыбнувшись, призналась Делия и сменила тему: — А что ты здесь делаешь одна?
— Гуляю, — просто ответила девочка, пожав плечами. — Тай разрешил, а сам не захотел идти со мной. Он сказал, что надо готовиться к школе, а я уже всё собрала и прочитала, поэтому отпросилась. Кстати, я — Лея, а тебя как зовут?
— Я — Делия. Послушай, Лея, ты же замерзнешь и простудишься! Да и шторм надвигается. Нельзя гулять у моря в такую погоду, это очень опасно. Делия и сама почувствовала, как пронизывающая прохлада начала пробираться сквозь её платье из ветрозащитного материала.
— Очень приятно познакомиться! — радостно воскликнула Лея, словно и не слыша предостережений Делии об опасности и надвигающейся буре.
— Мне тоже, но давай лучше я провожу тебя домой. Кажется, скоро гроза начнётся. — Делия указала на стремительно темнеющее небо.
Лея запрокинула голову, вглядываясь в нависшую над горизонтом свинцовую тучу.
— Я люблю грозу… это так красиво! И волны! Они такие сильные, особенно во время бури!
— Это и правда завораживающе, но любоваться стихией лучше из безопасного места, — улыбнулась Делия, быстро собирая кисти и тюбики с красками в походный этюдник.
Лея кивнула, соглашаясь с её доводами, и принялась помогать, поднимая упавшую тряпку. Ветер усилился, принося с собой запах озона и соли, а клочья тяжёлых облаков окончательно закрыли солнце, погрузив пляж в сумрак.
Вдруг Делия краем глаза заметила быстро приближающуюся фигуру. Молодой светловолосый юноша, примерно её возраста, решительно шагал к ним, преодолевая сопротивление ветра. Его лицо выражало смесь тревоги и облегчения.
— Лея, вот ты где! Я тебя везде ищу! — парень подлетел к девочке. — Как ты здесь оказалась? Я думал, ты в саду около дома.
— Но, Тай, ты сам разрешил немного погулять. Я спросила: «На пляже?» Ты кивнул. Но тут как-то прохладно. — Лея снова поежилась, обнимая себя руками.
— Я кивал, но не тебе. Я же говорил по связному устройству с отцом. Ты разве не видела? — Тай стащил с себя плотную куртку и накинул на плечи сестре, укутав её с головой.
Обернувшись к Делии, он виновато улыбнулся:
— Прошу прощения, моя сестра, наверное, тебя утомила? Она умеет быть невероятно назойливой.
— Неправда! — запротестовала Лея, выглядывая из воротника куртки. — Я только смотрела, как Делия рисует, я не мешала!
— Всё хорошо. Твоя сестра очень милая. Только не стоит ей гулять без присмотра в такой шторм, — улыбнулась ему Делия.
— Ты права, это я виноват, — Тай тяжело вздохнул, и в его голосе прозвучала неприкрытая усталость. — Понимаешь, мы только-только приехали. Родители остались на континенте, и я просто не представлял, как сложно уследить за маленьким ребенком в чужом городе. Особенно за моей гиперактивной сестренкой.
— Я не ребенок! — тут же возмутилась Лея, надув щеки.
— Как скажешь, — усмехнулся брат, бросив на нее мимолетный, но тёплый взгляд.
— Значит, вы тут одни? — удивленно спросила Делия.
— Не совсем. Мы у бабушки, — ответил Тай.
— Тётя Эстр просила не называть её бабушкой, — поправила Лея, нахмурив тонкие брови.
— Да, я помню, но её же здесь нет, — усмехнулся Тай и продолжил, обращаясь к Делии: — Мы живем у тёти Эстр, но она либо в своём саду занимается цветами, либо в магазинчике пропадает. А Лея клятвенно пообещала вести себя тихо, чтобы ей не нанимали няню. — Тай с укором посмотрел на сестру, которая тут же принялась усиленно изображать раскаяние, отводя глаза в сторону. Получалось у неё это так же неубедительно, как у Тая — играть роль строгого старшего брата.
Делия, наблюдая за этой забавной парочкой, невольно расплылась в улыбке.
— Ладно, считай, я поверил, — сдался Тай, легонько потрепав Лею по голове. И, снова повернулся к Делии, с интересом поглядывая на картину, которую она успела прикрыть холщовой тканью.
— А могу я увидеть, что заставило мою сестру замереть на месте от восторга? - спросил он.
Делия колебалась, но в глазах Тая не было ни насмешки, ни праздного любопытства, лишь искреннее желание увидеть то, что так заворожило Лею.
Она медленно откинула ткань, открывая холст, и отошла в сторону, давая обзор. Делия отметила, что издали картина смотрелась не так уж плохо; возможно, игра света и тени могла бы создать иллюзию глубины, достаточную, чтобы конкурировать с работами, написанными кристаллиновыми красками. Но всё равно она казалась ей плоской и мертвой. Делия перевела взгляд на Тая, ожидая критики или разочарования.
— Это невероятно, — прошептал Тай чуть слышно, словно лишившись голоса. Он сделал шаг ближе, не отрывая взгляда от полотна. — Ты настоящий талант. Как возможно так рисовать?
Делия была польщена, видя его неподдельную реакцию, но одновременно чувство неловкости сжало её грудь.
— Она не слишком получилась, — попыталась она снизить градус восхищения. — Да и не закончена немного. Сегодня помешал ветер.
— Не слишком получилась? Ты шутишь? — Тай поднял на неё глаза, в которых плескалось искреннее удивление. — Здесь каждая волна дышит. Я словно чувствую соленые брызги на лице, слышу шум прибоя. Это не просто картина, Делия, это портал в бушующее море. Так может чувствовать море только тот, кто его по-настоящему любит.
Он говорил тихо, но с такой убежденностью, что Делия невольно засомневалась в собственной оценке. Может, она действительно слишком строга к себе? Или просто привыкла видеть недостатки там, где другие видят красоту?
— А я и люблю по-настоящему, — мрачно вздохнула Делия, наконец перестав удерживать волосы руками и дав им свободу. Ветер мгновенно обнажил её шею, и на коже блеснул металлический диск прибора преобразования воздуха.
Делия на секунду зажмурилась, но, открыв глаза, вместо отвращения увидела на его лице выражение искреннего интереса.
— Ты вентра? Настоящая? — завороженно прошептал он, сделав шаг к ней.
Делия инстинктивно отступила назад, вновь закрывая волосами шею.
— Да не бойся, — Тай мягко улыбнулся, поднимая руки в примирительном жесте. — Извини, пожалуйста. Я как дурак себя веду. Просто я только в книжках о вас читал. Всегда мечтал увидеть вживую.
— Мечтал? — Делия решила, что ей послышалось. — И что же это за книги такие?
— «Былины и сказки о морском народе», — ответил Тай, и его глаза загорелись. — В детстве зачитывался. Они меня просто завораживали.
— Неужели? Ты, наверное, один такой на миллион. Обычно нас презирают. Мы, скорее, привыкли к такой реакции. По крайней мере, она нас не удивляет.
— Ну, видишь ли, мы с сестрой не здешние, — задумчиво произнес Тай. — На моей родине, за океаном, к вам относятся… скорее нейтрально, с уважением. Да и вентров у нас теперь и не встретишь.
— Здесь множество знатных семей, чья власть держится на кристаллине, что, конечно, многое объясняет. Но я думала, эта ненависть распространяется куда шире. На все земли, подконтрольные королю Варлоку.
— Мы с Леей прибыли из земель короля Анора, — пояснил Тай, глядя на темнеющее море. — Там вентры не появлялись уже много лет, но живет множество других рас, в мире и согласии. Кстати, наши родители — антропологи, они изучают обычаи разных народов.
— Хотела бы я переехать жить в твою страну, — тихо вздохнула Делия, хотя прекрасно знала, что это невозможно, пока их народ находится в полной зависимости от кристаллина и приборов преобразования воздуха.
— Я слышал, что король Варлок достаточно суров, но не знал, что здесь так плохо относятся к вентрам, — покачал головой Тай. — Тем не менее, мне кажется, тебе не стоит отчаиваться. Уверен, со временем и этих зазнаек удастся убедить в их предвзятости и… тупости. Да им только бы увидеть твои картины, и они бы забыли о предрассудках.
— Скоро увидят, — тихо сказала она. — Я поступаю в королевскую академию искусств.
— Серьёзно? Это же превосходно! — воскликнул он, искренне радуясь. — Похоже, мы будем учиться вместе! Я, правда, на актерском факультете, но это совсем рядом, в том же корпусе.
— Актерском? Ты актер? — удивилась Делия.
— Ну, еще нет, но планирую им стать, — Тай смотрел на нее с искренней, добродушной улыбкой, которая несколько смущала Делию. Особенно после того, как она, сама не понимая зачем, открыла свою тайну. Позже, размышляя о своем поступке, она решила, что наверно просто не хотела его обманывать, боясь, что он переменит свое отношение к ней и её картине, узнав правду. Но, к её удивлению, это возымело обратный эффект. Его интерес лишь усилился.
— Эй, смотрите, что это? — послышался вдалеке звонкий голос Леи, которая всё это время исследовала пляж вокруг них.
Делия и Тай мгновенно обернулись. Девочка указывала на море. Там, над поверхностью воды, виднелось что-то темное и огромное. Оно покачивалось на волнах, медленно приближаясь к берегу.
Подойдя ближе, Делия и Тай вгляделись пристальнее. Сердце Делии ёкнуло. Она увидела огромный, изломанный плавник.
— Какая-то рыба, — неуверенно произнес Тай. — Тут небезопасно, Лея, пойдем домой. И бабушка скоро вернется из магазина.
— Нет, я хочу посмотреть, ну пожалуйста! — взмолилась сестра, хватая брата за рукав куртки.
— Ладно, но через пять минут уходим, без обсуждений, — вздохнул Тай.
Через несколько мгновений мощная волна с ревом выбросила на берег огромное существо. Оно тяжело плюхнулось на песок, поднимая фонтаны брызг. Существо было покрыто темно-зеленой чешуей, но вся поверхность его тела была испещрена страшными отметинами — не то ожогами, не то язвами. Чешуя местами отсутствовала, обнажая мертвенно-серую плоть. Существо не подавало признаков жизни; его огромный глаз, мутный и стеклянный, был устремлен в небо.
— Что это? — всхлипнула девочка, крепко сжав руку брата. Тай также недоуменно и с опаской разглядывал чудище.
— Рифозуб, — грустно сказала Делия, подойдя ближе к гигантской рыбе. — Они почти все вымерли после заражения морей. Видимо, это один из последних.
— Действительно похож, — пробормотал Тай, — хотя в книгах они изображаются немного иначе.
— Они и должны выглядеть иначе, — голос Делии дрогнул. — Это очень красивые создания. У них была серебристая переливающаяся чешуя, сверкающая, как жемчуг, и вуалевые плавники, прозрачные, как крылья стрекозы. Они пели, когда плавали стаями.
— Очень печально, как жаль, что мир вот так изменился, — сказал Тай, всматриваясь в темную поверхность моря.
— Как же его жаль, бедный, — всхлипнула Лея, сделав робкий шаг вперед и дотронувшись пальцем до холодной головы гигантской рыбы. — Его точно никак не вылечить?
— Слишком поздно, Лея, — тихо ответил Тай, обнимая сестру за плечи и мягко, но твердо уводя её от мрачного зрелища. — Ему уже не помочь.
Начался дождь, небо окончательно потемнело, волны яростно бились о берег.
Делия быстро сложила вещи, привязала мольберт к ближайшему искореженному дереву, чтобы ветер не унес его, и повернулась к новым знакомым.
— Мне пора, — крикнула она, перекрикивая шум стихии.
— Я очень рад знакомству с тобой, Делия! — крикнул в ответ Тай, натягивая капюшон на голову Леи. — До встречи в Академии!
Он тепло улыбнулся, и эта улыбка, пробившаяся сквозь ливень и мрак, осталась в памяти Делии ярче любой картины.
Девушка смотрела им вслед, пока их силуэты не растворились в серой мгле. В душе Делии вспыхнула слабая, но упрямая надежда. Неужели в Академии найдется хоть кто-то, кто не будет смотреть на нее с презрением? Или даже станет другом?
Но тут же она одернула себя, приземляя полет фантазии. Не стоило радоваться раньше времени. Велика вероятность, что Тай просто перестанет ее замечать, увидев враждебность окружающих, просто чтобы избежать неприятностей. Да и она не хотела, чтобы он пострадал из-за общения с ней. Мир был слишком враждебен к её народу, и чудеса случались редко, хоть она и порой так хотела в них верить.