Итоги. Глава - 10

Поскольку мы видим, что развитие Китайской Народной Республики, её экономический и политический курс играют очень существенную роль в нынешних мировых изменениях, нам следует более подробно посмотреть на Китай с точки зрения мирового революционного процесса.

Основное уже сказано в 5-ой части основного текста. Сейчас же было бы очень удобно использовать для кое-каких выводов состоявшуюся сравнительно недавно (23.08.2026) открытую дискуссию двух пропагандистов-активистов, равно причисляющих себя к  марксистам, но в отношении Китая стоящих на противоположных позициях. [Ссылка на видео - https://vk.ru/wall-230624983_7527].

Первый дискутант (Антон Пономарёв) изо всех сил пытается доказать социалистичность Китая, а его оппонент (Олег Комолов) так же уверенно считает Китай капиталистической и даже империалистической державой.

И тот, и другой участник дискуссии на своём примере хорошо показывают нам, какие теоретические неточности и неправильности имеются, к сожалению, в нынешнем так называемом марксистском движении.

                - - - -

Сначала посмотрим на аргументы сторонника китайской социалистичности. Сразу обращает на себя внимание странная формулировка: «Китай социалистический, но в обществе существует несколько экономических укладов». Ведь производственные отношения составляют базис строя, и, следовательно, наличие нескольких укладов придают базису не однородный, а составной характер. Тот факт, что один из укладов (в данном случае – социалистический) главенствует, лишь придаёт составляющим элементам неодинаковость силы и неодинаковость доли в обществе, но не отменяет составной характер. Известно, что строем мы называем взаимосвязанную совокупность базиса и надстройки. Но надстройка не может не отражать характер базиса, - составной базис неизбежно придаёт не чисто социалистический характер и надстройке, и тот факт, что и в надстройке социалистические составляющие элементы могут господствовать над прочими её элементами, точно так же не отменяет её составной характер.

Таким образом, тов. Пономарёв должен был не употреблять огульно и безапелляционно термин «социализм», а сказать то, что есть: в Китае имеет место составное состояние, сочетающее в одной взаимосвязанной системе как уже социалистические, так ещё и несоциалистические элементы, - и если социалистические элементы действительно господствуют (а это надо предметно показать), то просто добавить это к основной формулировке, но термин «составное состояние» не отбрасывать.

Составное состояние является естественным и нормальным делом при революционной смене строев. Смена частнособственнического строя на строй с общественной собственностью – это дело не лет или десятилетий, а целая историческая эпоха. Это справедливо и для революции, начавшейся в развитой капиталистической стране, а тем более для Китая.

Далее тов. Пономарёв, понимая, что остаточность несоциалистических или не вполне социалистических элементов всё-таки означает неполномерность социализма, говорит так: «Китай находится на начальной стадии социализма». Можно ли так говорить? Можно ли употреблять слово «социализм», если он ещё далеко не полномерен? Да, можно, если социалистические элементы преобладают и господствуют и употребить слово «социализм» очень хочется. Но ни в коем случае нельзя употреблять это слово в одиночку, без важного, существенного прилагательного, показывающего, что это ещё не тот социализм, каким он будет в своей полномерности. «Неразвитый», «начальный», «неполномерный», «частичный», - может быть, как-то ещё. Сказать можно по-разному, но такое прилагательное обязательно должно быть, причём в нераздельном смысловом соединении со словом «социализм» в одном цельном выражении.

Могут возразить, что тов. Пономарёв слово «начальная» всё же употребил. Да, но он употребил его по отношению к стадии, а не по отношению к социализму. Кто-то скажет: зачем такие придирки? это же мелочь. Нет, не мелочь. Это пусть и действительно небольшой, но всё-таки очень важный нюанс.

Далее тов. Пономарёв говорит, что главным здесь является социалистичность государства, социалистичность государственной диктатуры, а каковы именно уклады (пусть и несоциалистические или не вполне социалистические) и каковы именно производственные отношения (пусть и рыночные) – это обстоятельство общую социалистичность не отменяет. Во-первых, говоря так, он спутывает два разных явления – социалистичность государственного механизма и социалистичность производственных отношений, а во-вторых, характер государственной диктатуры не может не отражать характер производственных отношений, и особенности производственных отношений так или иначе должны проявиться и в характере государственной диктатуры. Как бы ни хотелось ему обозначить состояние Китая одним компактным словом – «социализм», но всё же, если стоять на правильных теоретических позициях, никуда не деться от менее компактной формулировки – «составное состояние с политическим господством социалистических элементов». Такая формулировка более многословна, но зато более правильная.

                - - - -

Теперь посмотрим на аргументы второго дискутанта, убеждающего нас в капиталистичности (и даже империалистичности) Китая.

По непонятной причине он начинает не с доказательства капиталистичности, а с доказательства империалистичности, хотя доказать империалистичность можно только при условии уже доказанной капиталистичности. Это очень большая неправильность.

Империалистичность Китая он доказывает будто бы наличием в его действиях известных ленинских признаков империализма, главным из которых считается вывоз капитала. И вот тут он делает серьёзную теоретическую ошибку – путает понятие «вывоз капитала» и просто вывоз материальных средств для вкладывания их в производство вне своей страны. Это совсем не одно и то же.

В выражении «вывоз капитала» по отношению к империализму имеется в виду вывоз именно «капитала» - в марксовском смысле этого понятия. Капитал есть известное, исследованное Марксом производственное отношение, лежащее в основе капиталистического способа производства, и говоря «вывоз капитала», марксисты подразумевают вывоз именно этого производственного отношения и применение его за рубежом со всеми его соответствующими капиталистическими, эксплуататорскими свойствами.

Может ли социалистическое государство применять свои материальные средства в других странах? А почему же нет? Будет ли это «вывозом капитала» в марксовском смысле? Конечно, нет, так как эти материальные средства капиталом в марксовском смысле не являются.

Как уже говорилось в предыдущих текстах, в современных условиях тесной взаимосвязанности мирового хозяйства практически все страны, от мала до велика, применяют свои материальные средства в том числе и вне своего внутреннего хозяйства, но отсюда вовсе не следует их всеобщая империалистичность.

После этой своей ошибочной аргументации насчёт империалистичности Китая дискутант переходит к доказательству его капиталистичности и тут высказывает очень неграмотную мысль: «Для того, чтобы определить социалистичность, не важно, есть ли рынок или нет, есть ли плановость или нет, - важно, есть ли власть рабочего класса». Здесь он повторяет ту же ошибку, которую мы видели и у его оппонента. И тот факт, что при произнесении этой фразы Комоловым его оппонент согласно кивнул, говорит об одинаковости их ошибки в этом вопросе. Разумеется, без власти пролетариата социализма быть не может, но одно лишь наличие пролетарской власти говорит нам только о характере власти, но не о характере строя в целом. Да, без столяра стол не может быть изготовлен, но одно наличие столяра ещё не означает, что стол уже готов.

Ситуация, когда власть у пролетариата (или у союза дружественных классов, но под главенством пролетариата), а социалистические производственные отношения ещё не найдены и не освоены, вполне обычна при переходе от строя к строю и даже неизбежна на самых первых стадиях революции. Тем более такая ситуация присуща революции пока ещё не социалистической, а народно-демократической, но осуществляемой под руководством коммунистической политической силы.

Высказав свою мысль о единственной важности пролетарскости государства и заявив при этом, что китайское государство на деле государством пролетариата не является, поскольку, мол, не имеет механизмов, обеспечивающих власть пролетарских низов, Комолов не стал углубляться в обсуждение характера китайской диктатуры, а (словно забыв свои слова о неважности того, план или рынок господствует в производственных отношениях) перешёл к перечислению всех несоциалистических (частнособственнических, рыночных) элементов в производственных отношениях китайской экономики.

                - - - -

Итак мы видим, что оба дискутанта, не обращаясь к правильному термину «составное состояние», стараются сделать главным аргументом своей позиции лишь одну часть составляющих элементов, проигнорировав другую: один упирает на наличие элементов социалистических, а другой – на наличие элементов несоциалистических или не вполне социалистических.

Ситуация похожа на то, как если бы, обсуждая конец марта, один утверждал, что это уже лето, но только его самая начальная стадия, а другой, ссылаясь на ночные заморозки и случаи небольшого снега, доказывал, что это ещё зима. Так и хочется крикнуть этим спорщикам: «Ребята, это весна!»

Большой недостаток обоих дискутантов состоит в том, что между полномерным капитализмом и полномерным социализмом они проводят резкую границу в виде чёткой черты и рассуждают по «чёрно-белому» принципу – либо то, либо это. Диалектику, которая требует рассматривать революционное преобразование как длительный внутренне-противоречивый процесс, они почему-то забыли.

Тов. Пономарёв, отстаивающий тезис социалистичности Китая, может возразить, что да, социалистический процесс идёт и ещё не закончен полностью, но именно потому, что социалистический процесс имеет место, мы вправе называть это социализмом. Но и в этом случае он был бы неправ.

Чтобы оказаться на действительно правильной позиции, нужно чётко разложить всё по полочкам, то есть различать, где характер государства, где характер процесса, а где характер системы производственных отношений. Государство с правящей коммунистической партией (если она коммунистическая не только по самоназванию [ведь мы знаем и такое]) мы назовём социалистически-ориентированным государством. Идущий процесс преобразования назовём (по его направленности) социалистическим, но обязательно добавим, что идёт он не непосредственным путём, а через посредство целого ряда переходных этапов, что и нормально, и неизбежно для такой страны как Китай. Систему же производственных отношений, как уже говорилось, мы назовём составной, сочетающей как уже социалистические, так и ещё несоциалистические элементы, а если социалистические элементы политически господствуют над несоциалистическими, то добавочно скажем и об этом.

Наконец, обязательно нужно отметить, что остаточные, ещё не социалистические, элементы в базисе не могут не испытывать влияние со стороны социалистических (тем более – политически господствующих) и поэтому несколько отличаются от чисто капиталистических, а элементы уже социалистические не могут не учитывать сохранение ещё не социалистических элементов, вынуждены (чтобы не разорвать единство экономической системы) приспосабливаться к ним и поэтому несколько отличаются от чисто социалистических.

Как уже говорилось раньше, такой составной характер базиса не может не влиять на надстройку, делая и её в соответствующей мере составной, то есть такой, какая обеспечивала бы нормальную работу составного базиса. Диктатура пролетариата в Китае, таким образом, не может пока быть полномерной диктатурой пролетариата и должна по необходимости сохранять некоторые черты народно-демократической революционной диктатуры, что, кстати, отражено и в Конституции Китая.

И последнее, что хотелось бы сказать обоим дискутантам. То составное состояние, которое имеет место в нынешнем Китае, может, логически рассуждая, быть как результатом движения «туда», к полномерному социализму, так и результатом движения «обратно», движения реставрационного (в чём обвиняют КПК некоторые чересчур радикальные маоисты). Следовательно, мало указать на составной характер китайского общества, - нужно ещё показать его в движении, чтобы увидеть, от чего и к чему идёт этот процесс. К сожалению, в дискуссии это совсем не прозвучало.