Цена кристаллина. Глава 2

— Делия, где ты была? — с порога начала отчитывать её мама. Женщина стояла в полумраке прихожей, скрестив руки на груди, и её лицо казалось бледнее обычного при тусклом свете настенного кристалла. — Я пыталась достучаться до тебя весь вечер! Ты слышала вызовы? Я уже собиралась идти тебя искать.
— Мам, я просто рисовала на пляже, — устало ответила Делия, стряхивая с мокрых волос песок. — Хотела закончить картину до заката. Извини, я не слышала. Раковина связи не нагревалась, не гудела. Я проверяла её, но она молчала.
Делия полезла в карман платья и достала свою ракушку-коммуникатор. Она была забита мокрым песком. Вытряхнув его, девушка нажала на активационный кристалл. Прибор лишь слабо мигнул тусклым оранжевым светом и погас. Она потрясла его в руке, словно надеясь, что это поможет, но внутри что-то тихо щелкнуло, и устройство окончательно умерло.
Мать смотрела на эти манипуляции с очень грозным выражением лица.
— Делия, ты должна быть осмотрительнее! — голос матери сорвался почти на крик, эхом отдаваясь в маленькой гостиной. — Ты стала совсем беспечной и рассеянной с этими мыслями о поступлении. Гуляешь одна в самый разгар шторма, без работающей связи. Случись что — никто не узнает, никто не придёт на помощь! Сколько ещё нервов я должна потратить? Ты же слышала новости о пропавших вентрах. Уже семеро исчезли бесследно за последний месяц. Ни следов, ни тел. Я бы не пережила, если бы с тобой случилось то же самое.
— Ты права, мам. Прости, — виновато проговорила Делия. Ей было стыдно. Она не хотела заставлять мать волноваться и уж точно не специально сломала связную ракушку.
Действительно, в последнее время на улицах стало небезопасно. Жители её деревни старались возвращаться домой до темноты и не ходить в одиночестве по безлюдным местам. За последний месяц пропали уже семеро совершенно не связанных друг с другом вентров. Поиски ни к чему не привели. Официальные власти разводили руками, списывая всё на «несчастные случаи в шторм». Конечно же, все подозревали, что в исчезновениях замешан сам король. Рабочая сила для рудников ему была нужна. По крайней мере, этот вариант был не таким ужасным, как другие предположения.
— Я не хочу на тебя давить, дочка, но… — мать подошла ближе, её голос стал тише, но от этого не менее тяжёлым. — Возможно, эта Академия не для тебя. Ты хорошо подумала? Стоит ли оно того, если цена — твоя безопасность?
— Но, мама, как это — не для меня? — воскликнула Делия. — Как же моя мечта?
— Да, я понимаю. Ты очень талантлива, Делия, никто с этим не спорит. Твои работы… они особенные. Но у меня дурное предчувствие. Как только представлю, что ты будешь там одна, среди этих… людей, в их логове…
— Там есть и нормальные люди, мама! Не все нас ненавидят, — резко перебила её Делия.
Мать замерла, её взгляд мгновенно стал настороженным и пронзительным.
— О чём ты? Ты знаешь кого-то?
Делия бегло, сбивчиво рассказала о случайной встрече на пляже: о девочке Лее, о её брате Тае, об их реакции на её рисунок и на саму Делию. Она говорила с теплотой, пытаясь передать ощущение надежды, которое подарил ей этот разговор.
Но мать её радости не разделила. Наоборот, её лицо окаменело.
— Будь осторожна, Делия. Очень осторожна, — произнесла она медленно и вкрадчиво. — Ты ещё не сталкивалась близко с людьми, не видела их истинного лица. Они умеют втираться в доверие, улыбаться, дарить подарки, а потом… Они хитры и жестоки. Их доброта — это маска. Помни об этом.
— Но разве стоит судить о всех? — попыталась возразить Делия, но её голос звучал неуверенно.
— Я живу намного дольше тебя, дочка. Я видела, как менялись законы, как исчезали друзья. Поверь мне… — Мать отвернулась, тяжело вздохнув.
На этой нерадостной ноте разговор был окончен. Делия не сумела изменить настрой матери. Слова женщины, словно холодная вода, погасили её внутренний огонь, добавив сомнений и тревоги. Возможно ли, что она сама обманывается? Или мама права, и мир действительно настолько чёрен? Делия решила пока не думать об этом.

***

На следующий день небо было чистым, но воздух оставался свежим и колючим после вчерашней бури. Делия вновь собиралась на пляж, методично складывая кисти, тюбики с красками и палитру в видавшую виды тряпичную сумку. Ей всё ещё не давал покоя вечерний разговор с мамой, и она стремилась как можно быстрее сконцентрироваться на работе.
Не забыв взять старую связную раковину, которую вчера вечером торжественно вручила ей мать (отыскав её в глубине кладовки взамен сломанной), Делия вышла из дома. И тут же наткнулась на фигуру, поджидавшую её у калитки.
Керис стоял, опершись плечом о деревянный столб, с совершенно мрачным видом. Он был облачён в свой излюбленный серебристо-серый костюм из дорогой ткани, отливавший холодным металлическим блеском. На голове красовался тонкий металлический обруч с изображением символа акулы, обведённой золотой каймой, обрамлявший тёмные коротко остриженные волосы. На его демонстративно открытой шее сверкал новенький воздухопреобразователь последней модели, усыпанный россыпью  изумрудных кристаллов, которые ловили каждый луч света.
Делия замерла на мгновение, затем, собравшись с духом, подошла ближе. Керис был её провозглашённым женихом. Этот союз был решён их родителями ещё в далёком детстве, когда они едва научились ходить. Свадьба должна была состояться через год, к наступлению её совершеннолетия. Делия никогда открыто не спорила с решением родителей, хоть и не испытывала к Керису ничего, кроме привычной привязанности. Они постоянно ругались, их характеры были слишком разными, но она понимала: в условиях их изолированного сообщества это был лучший, самый безопасный вариант. Таковы были законы их народа.

Она уже давно не виделась с ним — Керис словно избегал её в последнее время, после своего вступления в Сопротивление, о котором активно судачили местные. Делия очень беспокоилась из-за этого. Она много раз умоляла жениха держаться подальше от этой группировки, бросившей открытый вызов королю, но он не внял её мольбам. Он был непоколебим, горд и слеп в своём решении.
— Здравствуй, Керис, — мрачно сказала она.
— Доброе утро, Делия, хотя вряд ли его можно назвать таковым, учитывая обстоятельства. — Керис выпрямился и посмотрел ей прямо в глаза. В его взгляде плескалось плохо скрываемое осуждение и какая-то жёсткость, которой раньше не было. — До меня дошли слухи. Слухи о твоём намерении поступать в Королевскую академию искусств.
— И что же тебя так смущает? Ты же знаешь, что я занимаюсь рисованием, — с вызовом спросила Делия.
— А как прикажешь мне реагировать? Моя невеста идёт учиться к этим... С этими… Что мне говорить остальным? Особенно сейчас? — яростно ответил он.
— Да, Керис, я слышала, ты все-таки вступил в Сопротивление, — бросила она, глядя ему прямо в лицо. — Тебя можно поздравить? Ты давно мечтал об этом, так же как и я мечтаю попасть в Академию. И мне неважно твоё мнение на этот счёт. Ты мне ещё даже не муж, чтобы диктовать и указывать.
Делия понимала, что ведёт себя ужасно грубо. Но сдержаться не было сил. Миллион раз она умоляла Кериса одуматься, не связываться с этой группировкой, которая играла с огнём. Но он не слушал. Теперь же её жених официально станет участником всех тех кровопролитных вылазок, диверсий и нападений, о которых она с ужасом читала в газетах.
— Я сделал то, что должен был, — твёрдо сказал он, сжимая кулаки.
— Неужели? — прищурилась она.
— Я думаю о нашем будущем, Делия! — почти закричал он, делая шаг к ней. — Я борюсь за наш народ, за наши права, за конец этому рабству! А тебя, видимо, всё устраивает? Ты хочешь служить этим людям, угождать им своими картинками? Или ты просто… глупа и не видишь реальности?
— Я глупа? — возмутилась она, чувствуя, как в груди сжимается ледяной, болезненный комок. Делия закашлялась, судорожно пытаясь выровнять дыхание, инстинктивно коснувшись старого потёртого преобразователя на своей шее. Почувствовав слабую вибрацию и убедившись, что устройство работает нормально, она списала нехватку воздуха на бушующую бурю эмоций.
— Вот видишь, не стоит так нервничать, — тон Кериса внезапно изменился, став чуть мягче, но в этой мягкости сквозило пренебрежение. Он скользнул взглядом по её шее, задержавшись на архаичном устройстве. — Твой кислородный прибор никуда не годится. Ему уже сто лет, если не больше. Корпус потрескался, фильтры забиты. Того и гляди, он выйдет из строя прямо на улице. И кто тебе тогда поможет? Эти твои людишки? Сомневаюсь, Делия. Они бросят тебя при первой опасности. А я… я смогу устроить наше будущее.
Он подошёл совсем близко, нарушая личное пространство, обхватил её плечи своими сильными руками и заглянул прямо в глаза. Его зрачки были узкими, вертикальными, как у хищника.
— Ты не будешь ни в чём нуждаться. У меня есть связи, ресурсы. Я обеспечу тебе безопасность, о которой ты даже не мечтаешь. Просто перестань упрямиться.
Делия не отводила взгляда, в упор глядя на Кериса. Он был ещё очень молод, всего на год старше её, но жизнь рано заставила его повзрослеть, ожесточить сердце. Жестокие нравы его семьи, древнего воинственного рода Стриоллов, были у всех на слуху. Их хищная природа, казалось, проступала даже сквозь тысячелетия эволюции и адаптации к жизни на суше. Пусть их род, как и род Делии, давно лишился настоящей чешуи и плавников, всё больше уподобляясь людям внешне, у Кериса всё ещё сохранялись эти звериные черты: узкие хищные зрачки, чуть заострённые клыки. А ещё — вспыльчивость, которая, как правило, ни к чему хорошему не приводила.
Вдобавок ко всему, с самого детства ему внушали ненависть к людям. А три года назад его отец погиб на рудниках. С тех пор Керис не говорил ни о чём, кроме Сопротивления, мести и крови. И Делию это пугало до дрожи. В его глазах она видела не любовь, а одержимость.
— Ты подумал о матери? — наконец спросила она тихо, но твёрдо, сбросив его руки со своих плеч. — Она уже потеряла мужа. Хочешь, чтобы она оплакивала и сына?
— Не неси чушь! — резко оборвал он, и в голосе прорезалась сталь. — Я всегда о ней думаю. Ничего со мной не случится. А вот если ты продолжишь в том же духе, меня вышвырнут из Сопротивления.
— Вот и прекрасно, — ядовито бросила она, чувствуя облегчение от того, что наконец сказала это вслух.
Делия подхватила свою сумку, развернулась и быстрым, решительным шагом направилась к главной дороге, прочь от него, прочь от этого давления. Она не желала больше слышать ни слова.
— Разговор ещё не окончен, Делия! — крикнул Керис ей вслед, но в его голосе уже не было уверенности, лишь растерянность и злость.
Делия лишь ускорила шаг, не оглядываясь. Сердце колотилось в рёбра, словно пойманная птица. Сейчас ей как никогда хотелось оказаться одной, наедине с морем, ветром и своей недописанной картиной. Только там, среди ревущих волн, она чувствовала себя живой.
До вступительных экзаменов оставалась всего неделя. Это ожидание с каждым днём терзало её всё сильнее, превращаясь в постоянный фон тревоги. А тут ещё и Керис со своим внезапным вступлением в эту ужасную группировку выбил почву из-под ног. Ей было страшно. Страшно за него, страшно за своё будущее, которое вдруг стало туманным и опасным. Страшно провалить экзамен и потерять единственный шанс вырваться из этого замкнутого круга страха.
Мысли метались в голове, словно потревоженные чайки над штормовым морем, рисуя картины мрачного, безысходного будущего.