В сердце аномалии

Два борта шли крыло к крылу на восток, где над горизонтом вздымались заснеженные, суровые пики Памира. Марина Никифоровна Беленькая уверенно вела модернизированный F-16, то и дело делая круги над идущим ниже Ми-2. За штурвалом вертолёта сидел Смекайло-де-Цопфи, а рядом, внимательно отслеживая приборы и координируя маршрут спасателей, находилась бортинженер Анжела Власенко.
На подлёте к ущелью, где находилась застрявшая метеостанция, небо резко потемнело. Облака приобрели странный, багрово-фиолетовый оттенок, а по стеклам фонарей кабины поползли ветвистые статические разряды — «огни святого Эльма».
— Внимание, Двойка! Входим в зону аномалии! — скомандовала Марина в ларингофон. — Приборы начинают плясать!
— Понял вас, Никифоровна! — отозвался Смекайло. — На «Мишке» стрелки компаса пошли по кругу, но движок держит. Анжела, следи за КИПиА!
В этот момент мощный электромагнитный импульс ударил по машинам. На F-16 разом погасли основные многофункциональные дисплеи. Цифровая система управления истребителя на секунду ослепла, и капризный Falcon резко клюнул носом, устремляясь к скалам.

Испытание гибридной системы

В КДП на базе замерли у мониторов Володя Пиняев и Василий Васильевич. Связь оборвалась с треском. Лидия Беленькая, Татьяна Трофимова и Ангелина Мельник сжали кулаки, вглядываясь в пустые экраны радиообмена.
Но в небе над Памиром гибридная система КИПиА, рожденная в споре молодости и опыта, уже вступила в бой:
1. Защита Пиняева: Пермаллоовый экран и гальванические изоляторы Володи приняли на себя основной удар импульса. Микросхемы не сгорели — они лишь ушли в защитную перезагрузку.
2. Дубляж Анисимова: Пока бортовой компьютер перезапускался, Марина Беленькая не потеряла контроль. Она мгновенно перехватила управление, рванув на себя тот самый аварийный трос, который Мирон и Василий Васильевич проложили к гидроприводу. Механика сработала безотказно: сопло послушно раскрылось, стабилизировав полет вручную.
3. Советское реле: Тяжелое реле ТКД-501, установленное Анисимовым, щелкнуло в тишине и принудительно подало питание на резервные цепи.
Через пять секунд экраны F-16 снова зажглись.
— Володька, твой экран выдержал! Компьютер чист! — закричала Марина. — Васильевич, трос спас нам жизнь! Система работает!
Тем временем Анжела Власенко на Ми-2, используя дублирующие аналоговые приборы, ювелирно вывела вертолет сквозь магнитную бурю прямо к посадочной площадке метеостанции. Смекайло, проявив мастерство, посадил машину на обледенелый пятачок. Спасатели быстро эвакуировали замерзших, но живых метеорологов.

Триумфальное возвращение и празднование

Когда оба борта победно приземлились у авиационного гаража Марины Беленькой, братва устроила им настоящую овацию.
Мирон Токарев первым подбежал к самолету и помог Марине спуститься. Василий Васильевич и Володя Пиняев стояли рядом — старый техник обнимал молодого КИПиАшника за плечи.
— Ну что, студент, — гордо ухмылялся Анисимов. — Твоя наука да мое железо — сила!
— Наша общая победа, Василий Васильевич! — улыбался сияющий Пиняев.
Вечером в ангаре столы ломились так, как никогда прежде. Ангелина Викторовна Мельник приготовила не просто таз, а целое ведро фирменных пельменей с ядреным перцем, чесноком и уксусом. Лидия и Татьяна Трофимова красиво расставили бокалы, а в центре гордо красовался целый ящик легендарного портвейна «Три Топора».
Марина Беленькая подошла к столу, взяла микрофон и объявила:
— Авиационная братва! Сегодня за безупречную инженерную мысль, спасшую экспедицию на Памире, орденами за заслуги награждаются: слесарь КИПиА Владимир Михайлович Пиняев и старший техник Василий Васильевич Анисимов!
Марина пристегнула ордена к их комбинезонам и крепко расцеловала обоих в обе щеки под оглушительное «Ура!». Анжела Власенко и Смекайло-де-Цопфи первыми подняли бокалы за своих техников.
Выпили все. Подняли тосты за дружбу, за сплав опыта и молодости, за надежные руки Мирона и заботу Ангелины. Дружно посидели, покушали горячих пельменей, допили свои «Три Топора» и с чувством выполненного долга легли отдыхать. А утром их, как всегда, ждали новые предполётные задания.
Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!