18. 10. 26 без любви Не важно ничто

18.10.26 без любви Не важно ничто
https://t.me/flavianow/78201
https://vk.ru/wall773377_14415






Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

Сегодня у нас читалось два евангельских отрывка. Один был посвящён воскресному чтению — о том, что надо делать всё то, чего мы хотели бы себе: хотим, чтобы кто-то проявлял по отношению к нам прощение за какие-то наши косяки — значит сами должны прощать; хотим, чтобы нас любили — значит и сами должны любить.

Второй отрывок был посвящён святителям — о том, чтобы мы поминали наставников наших и подражая их жизни стали такими же, как Отец наш Небесный, как Христос говорил: «Будьте совершенны! Будьте милосердны, яко Отец ваш совершенен и милосерден есть».

Оба этих отрывка можно соединить одним словом: мы с вами делаем всё то, что любим делать. Если мы, например, любим ссориться... То как это изменить? Вот мы вроде не любим ссориться, да? Но ведь ссоримся же. Значит, любим. Значит, мы любим ругаться, любим выяснять отношения, любим делать другим людям какие-то неудобства. Например, даём обещания и не выполняем их. А человек надеется, ждёт-ждёт, а этого так и не происходит. Получается, мы любим давать напрасные слова. Любим лентяйничать, любим покрывать себя какими-то оправданиями: ну вот я как-то был занят или у меня там самочувствие было какое-то...

И у нас масса всего этого, чего мы любим. Но при этом хотим, чтобы нас любили. Теперь смотрите, что получается: любовь — это не существительное, это глагол, действие. Любовь не может ждать. Она не ждёт. Это очень хорошо видно на маленьких детях, в районе трёх-пяти лет. Он не ждёт, когда папа или мама обнимет его. Он идёт ребёнок и сам обнимает. Так или не так?

Ему не важно, папа может быть алкоголик, а мама уже совсем опущенный человек. Ребёнок любит — и точка. И попробуй только скажи этому ребёнку, что это вообще не мать, а это вообще не отец — ребёнок будет плакать горькими слезами: «Как это так?! Это самая любимая мамочка, это самый любимый папочка!» Но так?

Мы теряем эту любовь. Видите, да? Вот мы были все такими детьми, замечательными ангелочками. Теперь с нас пример они возьмут? Мы хотим, например, чтобы китайцы (их полтора миллиарда) стали христианами. Индусов тоже почти полтора миллиарда. Давайте тоже начнём воцерковлять, будем крестить и объяснять, как надо веровать во Христа. Сможем? Может быть в других храмах найдутся другие православные христиане, которые смогут. Что-то у нас происходит с православием, что-то со всеми нами происходит. Мы забыли на самом деле, что человек живёт верой и только верой и только может жить. Соответственно, какие наши поступки — такова наша вера.

Ругаемся — значит мы верим, что это нам помогает. Значит, мы любим выяснять отношения, потому что считаем, что здесь вся наша правда и заключена. Но ведь Христос так себя не вёл. Смотрите: если мы хотим с него подражать, он сделал верёвки, помните, выгнал всех торгующих. И теперь все будем с верёвками ходить и всех выганять? Но он это один раз только сделал, и только тогда, когда уже шёл на Голгофу, когда осталось ему жизни пару дней. Когда он уже перестал заигрывать, образно выражаясь. Раньше он всех грешников любил, а теперь кое-кого ставил на место: «Так, тебе вот всё, хватит, заигрался». И он уже ни с кем не играл, образно говоря. Он показывал, что Бог — Бог!

Мы помним по Ветхому Завету, что там погибали за одночасье несколько тысяч человек. Земля разверзлась — и погибли, зарезали несколько тысяч человек, опять на несколько тысяч человек погибло, опять несколько тысяч человек погибло. Читаете Ветхий Завет — он прямо сочится кровью. Тяжело читать Ветхий Завет, да? Но ничего не изменилось в Боге, Он неизменен. Он каким был, таким и остался. Если мы Его сегодня называем Богом любви, то Он и в Ветхом Завете Бог любви. Но там мы этого не видим. Однако это тоже любовь. В Новом Завете мы не видим строгости, не видим разверзающуюся землю и обрушивающееся небо, но Бог по-прежнему строг. Ничего не изменилось в Нём. Мы всё время это забываем и по отношению к себе применять не можем.

Вот мы всё время меняемся: по отношению к себе проявляем прощение. Всё, что я не делаю — «ну у меня так получилось», любите меня таким какой я есть. Вот такого вот засранца, извините за выражение. А вот по отношению к другим — нет, не прощу даже если ты пахнешь как-то не так, посмотрел как-то не так. Ну что ты делаешь, ты ж некультурно себя ведёшь, всё, не разговариваю с тобой. Нет, сегодняшнее Евангелие говорит именно о безусловной любви — любить без всяких кавычек, без купюр, без оглядок на себя.

А вот как раз таки если мы себе разрешаем многое, то почему мы другим не разрешаем? На каком основании? Если себе разрешают практически всё, и всё время врём и всё время обманываем, причём кому? Опять же себе в первую очередь. Так получается. Вот как у нас всё перевёрнуто, дорогие мои, действительно у нас очень всё сложно. Но православие именно об этом — чтобы честно хотя бы раз на исповеди оплакать свои прегрешения и понять, что любовь она о другом. Она даже не про объятия и поцелуи. Она про то, чтобы любить других грешных людей и именно их обнимать и целовать, как бы тебе противно не было. А ещё в идеале, чтоб и противно не было. Вот любить их искренне, как это делают маленькие дети. Можем так? Если не можем, то тогда и говорить о православии бессмысленно. Совершенно бессмысленно. Потому что на самом деле мы только учимся православию. И у нас очень мало что получается. Очень мало. Но для начала хотя бы научимся честности, тому чему мы учим опять же маленьких детей:

Кто варенье съел? Ребёнок мне что говорит? Коза. Да? Я ж козу не выгоню, я понимаю прекрасно, коза не виновата. Да мы улыбаемся и смеёмся. Точно так же улыбался и смеялся Господь Бог, когда Адам и Ева согрешили: «Ну чё вы тут делаете? Ну давайте пойдёмте чай уже пить там с вашими яблоками несчастными...» Нет, у меня вот здесь уже ад образовался, никого не хочу видеть и слышать. Чё тут поделаешь. Мы же с этим тоже сталкиваемся с нашими же детьми, когда наши дети от нас отворачиваются. Что мы им плохого сделали? Понять не можем. Вроде выкладывались. А оказывается не надо было. Надо было драть больше или меньше, даже не знаем где граница эта. Теряемся иной раз. Но в любом случае православие говорит о любви. О бесконечной любви, которой конечно у нас её нету, но мы знаем где её взять. А теперь я достойный сосуд для этой любви? Могу вместить этот дар божественный?

Мы мечтаем об этой самой любви. Мы приходим на исповедь и просим прощения, да? И мы понимаем, что Господь и есть эта самая любовь, которая всегда нас простит. Простит, но не значит, что не накажет. Так ведь? Так ведь? И мы видим, что мы где-то кто-то из нас наказанный. Кто-то пошёл и не вернулся с войны, кто-то раз — и заболел тяжелейшей болезнью. Иной раз удивляешься — почему так? А кто-то петлю на шею накинул, не выдержал испытания этой жизни. Тяжела эта жизнь. Но она тяжела без Бога. С Богом она не тяжела, потому что Господь Бог родившись здесь на земле, Он уже с этой земли не уходит. Он несёт на Себе этот самый крест каждого из нас. Вместе с нами Он несёт этот крест, несёт на Своих собственных ручках. И нам тяжело уже только ровно столько, сколько Господь нам чуть-чуть дал, образно выражаясь.

На нас летит целая лавина камней — всякие проклятия, всякие зависти, унижения, клевета — масса, вот целая лавина этой злобы, которая летит на нас. А Христос стоит руками защищает, грудью своей защищает, и только маленький кусочек какой-то камешек как-то пролетел мимо, ударился в человека, и человек сидит плачет. А Христос держит всю лавину и говорит: «Ну извини, чуть-чуть только пропустил. Вот только чуть-чуть. Извини пожалуйста.» Ещё извиняется Господь перед нами, хотя Он перед нами не виноват.

Задумались ли мы об этом? Скорее всего нет. Бог продолжает нас любить и даже перед нами извиняться, хотя Он перед нами не виноват. Видите, как интересно получается. Бог есть любовь. Бог есть высочайшая культура. Бог есть высочайшая духовность. Всё, что только нам не хватает — есть у Бога. Поэтому дерзайте просить, но не забывайте работать над собою, чтобы мы не превращались в сараи, а были действительно храмами живущего в нас Христа, живущего в нас Духа Святого.

С праздником вас! Дай Бог всем нам воскресения из мёртвых и доброй вам рабочей недели на предстоящую неделю. Даже хочу отцов поздравить с днём вашим, отцовством. Да. Дай Бог, чтобы дети вас любили, чтобы дети вас уважали, помогали вам и вы могли ими гордиться, вашими детьми. У нас есть кого поздравить.