Молчаливое предательство

1
Известие

Екатерина выглянула из кухни с телефоном в руках.
— Слава, Машуня мальчика родила! — сказала она. — Теперь мы бабушка и дедушка!

Славик встал с дивана, молча оделся потеплее и вышел из квартиры. Екатерина вышла из кухни и посмотрела ему вслед, вышла на площадку.
— Славик, ты куда идёшь? В магазин? — крикнула она, перегнувшись через перила.

Славик махнул рукой и вышел на улицу. Екатерина осталась стоять на площадке. Она смотрела вниз, на лестницу, потом вернулась к двери. Не успела она переступить порог, как зазвонил стационарный телефон. Она подняла трубку. Сначала послышался кашель.

— Алло! Кто вы? Что хотите? — спросила она.

— Екатерина, ты? — раздался требовательный женский голос. — Хорошо, что ты подняла. Слушай. Славик ушёл от вас. Ему ваши крики и распашонки с пелёнками только помешают. Он со мной решил жить. Дома с мамой всё лучше. А ты мужа запустила, а теперь и вовсе следить за ним перестанешь. Короче, он с тобой разводится. Вещички его собери. Смотри, я проверю, всё ли цело.

— Клавдия Петровна, что вы такое говорите? Кто это решил? — сказала Екатерина.

Она положила трубку и села на табуретку у тумбочки в прихожей. Руки лежали у неё на коленях. Из спальни вышла Валентина Ивановна.

— Екатерина, что случилось? На тебе лица нет.

— Мама, ты проснулась? — голос Екатерины дрожал. — У нас две новости… Ты стала прабабушкой. — Она всхлипнула. — А меня бросили. Предстоит развод.
— Дела-а, — сказала Валентина Ивановна. — Ничего страшного. Моя пенсия, твоя зарплата. Муж Машуни зарабатывает прилично. Сдюжим. А этот охламон всегда эгоистом был. Ты ему лучший кусок, а он на сторону смотрел. Ты его обихаживаешь, а он на гулянку с друзьями. Как говорится, лентяй уходит из семьи — жене в радость. Займёшься собой. Кто там родился-то?

— Мама, родился мальчик. Здоровый ребёнок, богатырь, — сказала Екатерина Михайловна.
— Екатерина, пойдём завтракать, а потом поедем в роддом, — сказала Валентина Ивановна, взяла дочь под руку и повела на кухню.

Мать и дочь завтракали молча. После завтрака Валентина Ивановна принесла тетрадь и ручку.
— Возьми, пиши, что тревожит, — сказала она.
Екатерина открыла тетрадь и взяла ручку. Она писала, зачёркивала и снова писала. Валентина Ивановна смотрела в окно. Через некоторое время в комнате запахло дымом, и она обернулась. Екатерина сидела спокойная, с сильной усталостью на лице; под глазами у неё были тёмные круги. Она неотрывно смотрела на тлеющие листы на подносе.

Валентина Ивановна подошла к дочери, обняла её сзади за плечи и поцеловала в голову:
— Что ты, что ты. Нельзя так нервничать. Ты большая молодец, а теперь переодевайся. Идём к внучку.

— Да, мама, пойдём в роддом. Но сначала зайдём в гастроном. Купим молока и булочек, — сказала Екатерина, встала и пошла одеваться.

Глава 2
Секрет Полишинеля

На улице светило солнце, морозный воздух щипал за щёки. Дворники расчищали снег. Прохожие брели гуськом по узкой тропинке. Екатерина взяла под руку маму, и они отправились в продуктовый. У входа в гастроном они повстречали соседку по площадке.

— Доброе утро! — весело приветствовала она женщин. — Что это вы так рано в магазин, да ещё вдвоём?
Валентина Ивановна зыркнула на соседку. Та осеклась и попятилась.
— Рано, — значит, так надо. Идите своей дорогой.

Екатерина Михайловна крепко сжала руку матери и произнесла:
— У нас большая радость. Внука идём проведывать. А без подарка нельзя.
— А я думала, что беду заливать поспешили, — съехидничала соседка.

— Какую такую беду? — возмутилась Валентина Ивановна. — У нас радость в семье. А вы не можете, чтобы гадость не сказать.
— Как же, гадость! Ваш Славик слинял! — засмеялась соседка.
— А вы откуда знаете? Подслушивали? — удивилась Екатерина.

— Очень надо! Клавдия сообщила, похвасталась. Сын, мол, будет жить с ней. Значит, вас бросил. Надоел ваш балаган. Да ещё крикуна Машка принесёт через неделю. Табор, да и только. Хоть кибитку покупай и путешествуй, — выпалила соседка.

— Знаете, Кира Андреевна, — вспыхнула Екатерина, — идите аккуратно по ступенькам, а то скользко. Ненароком упадёте, ноги переломаете.

— Ну ты, провидица, держись от меня подальше. Я знаю, где полиция находится, — ответила Кира Андреевна, развернулась и стала осторожно спускаться по ступенькам, держась двумя руками за перила.

— Молодец, дочка. А Клавдия — змеюка. Она такой и в молодости была, — Валентина Ивановна развернула дочь к себе. — На губах лесть, а в глазах злоба лютая. Завистливая и жадная. И как тебя угораздило за её сына выйти? Ладно, не горюй. Всё к лучшему.

Валентина Ивановна замолчала, приложила руку к груди и на несколько секунд задержала дыхание.

После разговора с соседкой Екатерина немного отстала от матери, прижала ладонь к груди, достала из сумки успокоительное и проглотила таблетку.

В магазине было малолюдно. Екатерина прошлась вдоль рядов с продуктами и подошла к кассе. Валентина Ивановна уже стояла в очереди и переговаривалась с кассиром:

— Да, Людочка, иду в больницу к внучке и правнуку. Всё разузнаю, потом позвоню и расскажу.

— Валечка, жду звонка. Если что надо, всё закажу. Пелёнки, подгузники сама принесу, — улыбнулась кассир. — Катенька, поздравляю!

— Спасибо большое, Людмила Васильевна, обратимся обязательно, — Екатерина улыбнулась, но голос звучал напряжённо.

У роддома Валентина Ивановна и Екатерина увидели Дениса, мужа Маши.

— Здравствуй, зятёк, — поздоровалась Екатерина. — Ты прямо с работы в больницу, похвально. Пускают к ней?

— Ага, как же! Просил, очень просил, сказали, что не положено. Стою и снежки в окно бросаю. Хочу через стекло жену увидеть, — Денис быстро ходил взад-вперёд мимо входа.

— Дениска, что надо передать? Давай мне. Я всё сделаю. Пиши записку, — сказала Валентина Ивановна. — Воспользуюсь знакомством с заведующей.

Она достала телефон и стала звонить:

— Ниночка, приветик! Это Валентина! Помнишь ещё? — Валентина Ивановна засмеялась. — Ага, я, а как ты догадалась? Фамилия-то другая, мужнина. Похожа на меня? Спасибо.

— Мама, что там? — Екатерина подошла к матери и нагнула голову к трубке.

— Доча, Денис, сейчас всё сделаем, пойдёмте внутрь. — Валентина Ивановна направилась к дверям больницы.

В пропускнике их ждала Нина Николаевна, заведующая:

— Надевайте бахилы, халаты, маски, на голову шапочки. Вы комиссия из горздравотдела, проверяете санитарное состояние отделения. Я вам показываю палаты. Всё понятно? — предупредила заведующая. — Почва подготовлена, подыграйте мне.

«Комиссия», нервно хихикая, отправилась за Ниной Николаевной. В отделении шла обычная работа: одни роженицы завтракали, другие стояли в очереди в процедурный, третьи — медленно двигались вдоль стен, держась за животы. «Комиссия» шла по коридору, заходила в палаты.

3
У Маши

В конце коридора, у служебного выхода, находилась двухместная палата. Её занимала Маша с сыном.
— Маша с сыном одна, соседку вчера выписали, — сообщила заведующая.
 В палате было тихо. Маша кормила ребёнка и смотрела в окно. Малыш сосал грудь и причмокивал.

Нина Николаевна приоткрыла дверь и пропустила гостей. Маша не обернулась.
— Так-так, — нараспев произнесла Валентина Ивановна. — Вы нас не ждали, а мы приперлись.
— Доченька, это мы, — прошептала Екатерина. — Гостинец принесли.

Денис подошёл к жене, осторожно обнял её за плечи и склонился над сыном.
— Какой богатырь! Эй, обжора, ты мою жену не съешь, — тихо засмеялся он.
Когда малыш уснул, Маша осторожно положила его в кроватку. Молча повернулась к родным и раскинула руки. Сидя на кровати, она обнимала их и молчала.
— Доченька, как ты себя чувствуешь? Чего тебе хочется поесть? — Екатерина села рядом.

— Мои любимые, у меня всё хорошо. Через неделю нас с сыночком выпишут. — Маша прижалась к матери.
— Маня, я в нашу спальню купил кроватку и пеленальный столик. Думаю, тебе понравится. — Денис сел рядом.

— А папа не пришёл? Он же хотел внука! — Маша посмотрела на родных.
— Знаешь, внученька, твой папка оказался слабаком. Он сбежал из дома под крылышко матери, — сказала Валентина Ивановна.

— Что ты, что ты, — Екатерина дёрнула мать за рукав. — Не слушай, дочка. Папа пока поживёт у бабушки Клавы. Потом вернётся.
— Екатерина, не глупи. Твоя жалость до добра не доведёт. Правда всегда лучше. Тем более что соседка, я уверена, уже всем растрепала. — Валентина Ивановна сложила руки на груди. — Ушёл твой отец, Маша, к своей матери. Он сказал, что внук помешает ему отдыхать. Вещи пока не забрал, но я ему их сама отнесу.

— Не надо, бабушка, — попросила Маша и опустила голову. — Плакать не стану. Он всегда жил обособленно. Ел вместе с нами, а жил для себя. Подождём, поглядим, что он станет делать. И я вас прошу: не звоните ни ему, ни бабе Клаве.

Маша встала, подошла к кроватке, где спал сын.
— Денис, ты не станешь возражать, если я назову сына Вадимом? Вадим Денисович. Звучит?
— Конечно, звучит. — Денис обнял жену. — Вместе мы со всем справимся.

4
 Скандал

Через неделю Машу и Вадима выписали. В квартире пахло борщом, котлетами и стиральным порошком. Валентина Ивановна стояла у плиты, Екатерина стирала пелёнки, Денис мыл полы в комнатах. Маша кормила сына в спальне, когда в дверь позвонили.

Денис открыл. На пороге стоял Славик с матерью. Взгляд Славика скользнул мимо зятя.
— Я за вещами, — сказал он.

Денис оглядел гостей, но с места не сдвинулся. Из-за спины Славика показалась дородная женщина — его мать.
— Посторонись, за своим пришли. Ты здесь не хозяин, — сказала она.
Клавдия Петровна подтолкнула сына вперёд.
— Вещи заберём и с радостью уйдём. Слава, шевелись, иди же.

— Вы нас не предупреждали. Мы не собирали ваши вещи, — ответил Денис, продолжая загораживать проход.
— Это и Славика дом тоже, поэтому незачем разрешение спрашивать, — баба Клава попыталась отодвинуть Дениса телом.

Он расставил руки и позвал жену:
— Машуня, тут твой родственник пришёл за вещами с группой поддержки. Выйди, пожалуйста.

Маша вышла из спальни:
— Что тут за шум? Я ребёнка только уложила. Если пришли, то не скандальте. Бери, папа, свои причиндалы и уходи.
— Внученька, а со мной поздороваться не хочешь? Всё-таки я твоя бабушка, — баба Клава уставилась на Машу.

— Я с предателями разговаривать не хочу, не то, что здороваться. Это же надо сказать, что родной внук будет мешать дедушке отдыхать! Кому сказать — не поверят! — голос Маши становился громче.

Денис взял её за плечи и повёл в спальню.
— Так вы не покажете правнука?! — баба Клава стояла красная от злости. — Ничего, суд будет на нашей стороне. Ещё посмотрим!

Славик поднял голову:
— Маша, дело не во внуке. Мне надо отдыхать после работы. А тут слишком много народа на маленькой площади.

Маша остановилась у двери спальни:
— Ты решил жить без нас. Живи, как знаешь. Ты для меня умер. Прощай.

— Ты посмотри, как она осмелела! Слава, быстрее собирай вещи, тут очень душно, — баба Клава протянула сыну два больших баула.

Из кухни вышла Валентина Ивановна, вытирая руки о полотенце.
— Вы за вещами приехали? Так берите только своё. А я прослежу. Квартира на Екатерину записана. Мы её купили задолго до свадьбы. Правильно я говорю, Слава?

Славик подошёл к шифоньеру в зале и стал опустошать полки. Затем вышел в прихожую:
— Моя квартира у мамы. А ваша малютка мне не нужна. Но я машину заберу. «Нива» новенькая. Нам с мамой нужнее.
— Согласна, сынок. Машина нам нужна. Ты её за кровные купил. Она же на тебя оформлена? Да? — баба Клава поставила руки на бока.

— На кровные? — усмехнулась Маша. — Машина новая, её покупали в браке. Поэтому она делится пополам. Папа, не забывай, что я юрист. У меня практика была по семейным разводам. Завтра мы тебя с мамой ждём у нотариуса в моей конторе. Не забудь.

Екатерина достирала бельё и вышла из ванной. Она оперлась спиной о стену:
— Что здесь происходит? Слава, что здесь такое? Клавдия Николаевна, вы тут зачем?

— Они пришли за вещами. И машину хотят забрать в вечное пользование, — сказала Маша, сдерживаясь, чтобы не перейти на крик.
— Машина? А зачем тебе, Славик, машина? Любовницам пыль пускать? — Екатерина с трудом выдавливала из себя слова.

Маша обняла её:
— Мама, завтра в девять нас ждёт нотариус. Завтра всё официально решим, не беспокойся. Иди отдыхай, не слушай их.
— Хорошо, дочь, завтра я приду, — Славик не смотрел на жену. — Сейчас разговора не получится. Я не могу. Прости. Я загляну в кладовку, заберу инструменты, что мне на работе дарили.

Баба Клава пошла следом и что-то шептала сыну. Валентина Ивановна стояла у стены, сложив руки на груди. Денис обнимал Машу. Екатерина украдкой смахивала слёзы со щеки.

Наконец Славик вышел в прихожую с тяжёлой сумкой:
— Взял только своё, не переживайте.
— Ничего, мы новые инструменты купим, — Денис смотрел на тестя в упор.

Баба Клава перед дверью повернулась к Маше:
— Слишком резкая ты, Мария. Гляди, как бы участь матери тебя не настигла.
— Всего вам доброго, — Денис сделал шаг к входным дверям. — Не судите о всех по себе.

Маша подошла к Денису и сказала в спину бывшим родственникам:
— Машину мы вскладчину покупали. Там и моя доля, и Дениса. Я не уважаю людей, которые бегут от ответственности, да ещё стараются обобрать семью.

Славик задержался на пороге, оглядел прихожую, словно хотел забрать багеты, которые когда-то сам прибивал к стене. Махнул рукой и вышел вслед за матерью.

Во дворе стояла «Нива». Баба Клава опустилась на новенькие, с плёнкой, сиденья. Славик положил сумки в багажник и сел за руль. Баба Клава, сидя рядом, продолжала поучать сына:

— Правильно сделал, сынок. Она тебя никогда не любила. Только пользовалась твоей доверчивостью. И дочку воспитала злобной. Это ж надо — правнука не показать. Ничего. Встретишь хорошую женщину. А знаешь, у меня на примете есть такая. Живёт одна. Работящая. Продавец в магазине продуктов. Голодным никогда не будешь. Я с ней поговорю. Почву подготовлю.

— Мама, не беги впереди паровоза. Пусть всё идёт чередом. Дай отдышаться. У меня отпуск с завтрашнего дня. Надо завтра машину отстоять, — Славик завёл машину и выехал со двора.

Из окна зала за ними наблюдали Маша с Денисом. Они видели, как «Нива» выпустила газ и медленно поехала.
В спальне заплакал Вадим. Маша пошла к сыну, взяла его на руки. Денис обнял их обоих.
— Всё, — сказала Маша. — Пусть едут.
Екатерина стояла у окна и смотрела вслед машине. Валентина Ивановна вздохнула:
— Скатертью дорога.
— Не надо, бабушка, — тихо сказала Маша. — Завтра, я надеюсь, последний раз его увижу. Теперь у меня другая семья. И я её никому в обиду не дам.

5
Нотариальная контора

Екатерина подошла к зданию, оглядела его. впервые пришла на работу дочери. Она вошла в отдельно стоящее здание и оказалась в квадратном коридоре с четырьмя дверями. На одной из дверей висела табличка «Нотариус».
Маша уже стояла в коридоре. Она открыла дверь и заглянула внутрь:
— Семён Семёнович, разрешите?

Маша скрылась за дверью, а через пять минут пригласила Екатерину. Екатерина протянула файл с документами:
— Семён Семёнович, я подготовила бумаги. Заверьте их, пожалуйста.

В дверь постучали. Екатерина опустилась на стул и сцепила руки в замок. Маша открыла дверь и впустила отца. Кабинет сразу наполнился запахом дорогого одеколона. Славик отказался садиться и встал у стены. Его лицо светилось от радости. Екатерина смотрела на него, не скрывая удивления.

Нотариус заверил бумаги, затем пригласил Екатерину и Славика подписать документы. Славик танцующей походкой подошёл к столу и, не читая, подмахнул их.

Нотариус, пожилой мужчина в строгом костюме, поправил очки и вопросительно посмотрел на Марию. Та кивнула.

— Вячеслав Григорьевич, — обратился нотариус к Славику, — теперь подпишите документы о разделе имущества и выплате компенсации за машину.
— Конечно, выплачу, как деньгу получу, — Славик быстро расписался.

Маша и Екатерина переглянулись.
— Славик, что с тобой? — Екатерина вопросительно посмотрела на мужа. — Последний раз предлагаю вернуться и радоваться внуку.

Славик сел напротив жены на стул, откинулся на спинку и ехидно улыбнулся:
— У меня начинается новая счастливая жизнь. Перспектив уйма. Любая рада со мной познакомиться.
— Мама подсуетилась? — Екатерина усмехнулась. — Молодец.
— Я могу идти? — Славик обратился к нотариусу.

— Если вы не хотите мириться, идите, — Семён Семёнович положил бумаги в папку.

Славик поднялся. Екатерина встала у него на пути:
— Слушай, вижу, что тебя уже пристроили. Поэтому завтра жду тебя в ЗАГСе, подпишем документы о разводе.

Славик скривился:

— Как скажешь. Развод даже лучше, чем с тобой жить. А может, у тебя кто-то есть?
— У меня никого нет. Но не переживай за меня. Не пропаду.

В кабинете наступила тишина. Славик оглядел присутствующих и вышел из конторы.

6
 В ЗАГСе

Утром Екатерина волновалась. По тому, как она то и дело поглядывала на дверь и поправляла сумку, было заметно, что она боится: муж может не прийти, может прийти с бабой Клавой и устроить скандал, а может передумать разводиться, решит потянуть время и потрепать напоследок нервы.

Работник ЗАГСа оглядела вошедших:
— Кто из вас разводится или женится? Что-то не пойму!
— Мы разводимся с мужем, — спокойно проговорила Екатерина.

Славик переступал с ноги на ногу и то и дело смотрел на часы:
— Давайте быстрее, я спешу. Где расписаться?
— Эх, какой вы быстрый! Сначала заполните документы. Заявление напишите. Потом я сверю со своими записями.
— Нам бы без ожидания. Можно сегодня развестись? — Екатерина вопросительно посмотрела на регистраторшу.

— Девушка, вы кто им? — работница ЗАГСа обратилась к Маше.
— Я их дочь, — чётко ответила Мария. — Разведите их, пожалуйста, как можно быстрее.
— Хорошо, вот реквизиты, оплатите пошлину в банке, идите, — женщина протянула картонную визитку.

Маша быстро взяла её и вышла из здания. Она почти бежала в банк наперекор ветру со снегом. Снег бил в лицо, но Маша не сбавляла шага.

Екатерина и Славик ждали дочь в сквере около ЗАГСа. Маша, возвращаясь, издалека помахала родителям квитанцией и зашла в здание. Регистраторша возмущённо покачала головой:
— Родителям скажите, что через неделю пусть заберут свидетельства о разводе.

Мария вышла из здания и подошла к родителям:
— Просили передать, что через неделю вы должны забрать свидетельства. Мама, пойдём. Вадимчика кормить скоро.

Славик молча повернулся, поправил мохнатую шапку, поднял воротник и пошёл с опущенными плечами по улице.

— Наконец-то я свободна, — Екатерина расставила руки и посмотрела на небо.
— Да, мамочка, мы все свободны от токсичных отношений. А ты еще можешь встретить настоящего мужчину. Будь сама собой, — Мария говорила с видом человека, умудрённого жизненным опытом.
— Знаешь, девочка моя, мне сейчас никто не нужен, кроме вас и внука. Если кто-то появится, я регистрировать отношения не стану, незачем, — решительно ответила Екатерина.

— Мама, пойдём за тортиком! Надо отпраздновать событие! — Мария потянула, как в детстве, Екатерину за руку в ближайший продуктовый магазин.

В обед семья собралась за столом. Мария радостно рассказывала в лицах, как они за день сделали большое дело. Екатерина сидела молча и улыбалась. По её лицу было видно, что она ощущает себя счастливой.  Она встала и пошла в комнату, где мирно посапывал внук, села, облокотилась на бортик кроватки и задремала.

7
 Неожиданная встреча

Прошло пять лет. Екатерина с внуком гуляла в парке на детской площадке под летним солнцем. Внезапно за спиной она услышала знакомый мужской голос. Она обернулась и увидела Славика с какой-то женщиной. Та стояла перед ним и отчитывала его, как нерадивого ребёнка.

Екатерина увидела, что Славик осунулся и постарел. Прежнего холёного вида не осталось, глаза больше не сияли от радости. Екатерина пошла в тень от раскидистого дерева и села на скамейку. Оттуда ей был отчётливо слышен их разговор:
— Славик, где деньги? Опять с друзьями пропил?

— Что ты говоришь, я снасти обновил, ты же рыбку любишь, — оправдывался Славик. — И на бензин отложил. Тебя же с мамой надо на дачу возить.
Женщина властно взяла Славика под руку и потянула на выход из парка.

Екатерина увидела, что Вадим полез на горку, и закричала:
— Вадимчик, подожди бабушку! Не спеши!
Славик остановился, отстранился от женщины и стал смотреть, как Екатерина ловит внука с горки.

— Вячеслав! — недовольно закричала женщина.
Екатерина обернулась на крик. Взгляды Екатерины и Славика встретились.

Екатерина обнимала внука и смотрела на аллею.
— Бабушка, куда ты смотришь, давай кататься! — закричал Вадим.
Славик сделал шаг в сторону Екатерины, но женщина схватила его за рукав и резко дёрнула, не поняв, почему муж задержался.

— Ты меня слышишь? Чего застрял? Мы спешим в магазин, — выговаривала женщина.
Славик вздохнул и поплёлся за ней.

Екатерина смотрела на удаляющуюся пару. Она медленно кивнула сама себе.
— Бабуля, куда ты смотришь? Кто там? — Вадим вывел Екатерину из оцепенения.
— Никто, просто давнишний знакомый, — Екатерина махнула рукой в сторону.
Потом взяла Вадима за руку:
— Идём домой. Нас ждут Алёнка, мама, папа и бабушка Валя.