Не удивительно

Уважаемый читатель,
Вашему вниманию двадцатая история  из сборника иронических рассказов "Карикатуры"

***

Весна давно вступила в свои права, распускалась молоденькими листочками и благоухала апрельскими ландышами, ловко собранными в милые букетики и продаваемые  снующими на Садовом кольце  между машинами цыганами.
Мой сосед вышел поздним утром из квартиры напротив в белых кроссовках и белой ветровке, нацепив на голову белую бейсболку с большим козырьком от солнца. Он вяло поздоровался, метнув на меня оценивающий взгляд, внимательно сканируя мою теплую куртку с надвинутым на голову капюшоном и зимние сапоги, когда я вернулась из магазина и вставляла ключ в замочную скважину.
- Вы плохо себя чувствуете? – спросил он на всякий случай, нажав быстро кнопку лифта.
- Отчего же? – стало интересно мне.
- Так весна на дворе. Конец апреля, а Вы в пуховике, - ответил он из уезжающей на первый этаж кабины лифта.
Он еще что-то сказал, но из-за дребезжания лифтового механизма слышно уже не было. Только последнее  прозвучало отчетливо:
-…не удивительно.
Я не знала к чему относятся его слова, но знала, что Марчелло ничего не удивляло с тех самых пор, как он узнал, что его, оказывается, зовут Марчелло.
В детстве он был Мариком и это всех устраивало. Но услышав в школе в первом классе на перекличке странное сочетание Шитиков Марчелло он машинально откликнулся на фамилию Шитиков, продолжая озираться по сторонам в поисках другого ученика с фамилией Марчелло. Но никто не отозвался. Из чего следовало, что Марчелло это он самый и есть.
Сие было уже давно и жить с таким именем он уже привык, хотя внешне совсем не был похож на Марчелло. Он был невысокий, худой, бледнолицый, сероглазый блондин. В общем, не дотянул до облика некогда популярного актера итальянца Мастроянни, который как известно, был высокого роста, со смуглым лицом, с черной шевелюрой и огромными карими глазами.
Шитикову больше подходило имя Пушок, но в силу того, что котом он не был, пришлось смириться в тем, что было.
Шагнув из теплого подъезда на покрытый толстым слоем снега тротуар он провалился по щиколотку в холодную жижу и промочил ноги. Оглядываясь вокруг он отвернул наверх козырек, понимая, что тот ему вряд ли пригодится. И тут же ощутил на лице леденящие порывы северного верта, хлеставшего струями снежного дождя по глазам.
-Не удивительно, ведь конец апреля. Время зимней стужи и новогодних чудес, - произнес Марчелло.
Продвигаясь уже промокшими ногами к своей машине, припаркованной недалеко от дома он увидел много разбросанных сломанных прошедшим ураганом веток  и поваленных деревьев, одно из которых лежало на его машине.
- Не удивительно, что дерево упало именно на мою машину, - стоя рядом с атво бормотал он, продумывая план дальнейших действий.
Из  окон  на него смотрели заинтересованные соседи, наблюдая за ничего не выражающим  лицом одетого не по погоде владельца  находившейся под упавшим деревом машины.
Как ни странно, но из всего многоквартирного дома, несмотря на большое количество упавших под снежным бураном деревьев, пострадало всего две машины. И то, наверно, потому, что другая  пострадавшая стояла рядом с машиной Марчелло.
Многочисленные  соседи, выглядывавшие из окон, с интересом смотрели на произошедшей в апреле снежный Армагеддон и на действия худощавого субъекта, пытающегося сдвинуть  массивное дерево, но никто помочь   не вышел.
Тщетно пытаясь остановить проходивших мимо мужиков, взывая о помощи, Шитиков с каменным лицом схватился за плотно прилипшее к машине бревно и вымазав свою белую крутку в грязи стащил-таки его на землю самостоятельно. Оглядев  внимательно машину Марчелло обнаружил несколько глубоких вмятин,  разбитое лобовое стекло, изуродованный капот и вспомнил слова своего страхового агента, который в январе  в очередной раз приходил  к нему в офис домогаться продлить страховку  на следующий год.
- Ты почему  это не хочешь продлить страховку?  У тебя же пятипроцентная скидка.
- Я плачу эту страховку уже пятнадцать лет. И что? Можно было бы уже купить новую машину. А ты мне предлагаешь пятипроцентную скидку. Не буду и всё тут, - твердо ответил  тогда Марчелло.
А теперь он смог только пробормотать себе под нос, с которого стекали капли продолжающего лупить его холодного дождя со снегом:
- Не удивительно…
Но, как вы понимаете, на этом дело не закончилось. Жительница дома, машина которой стояла рядом с машиной Марчелло ,собрала целую комиссию, дабы разобраться в ситуации, почему ее машина оказалась вдруг под деревом.
Общим собранием постановили, что виноват во всем не обрушившийся на землю циклон со снегопадом, не халтурщики управленцы, которые должны подобные ситуации предусматривать и даже не дерево, которое все-таки упало не только на машину Марчелло, но и на машину соседки. Виновным признали Шитикова, который зачем-то снял дерево с машин собственными усилиями. Постановили:  Шитиков должен оплатить  ремонт машины соседки.
Марчелло было начал сопротивляться, считая себя тоже пострадавшим. Но  решительный  ГУДОК (ГлавУправДомОбщКондоминиум), служивший в былые времена адвокатом, разочаровал его своими глубокими знаниями законодательства и посоветовал согласиться с решением домовой комиссии, пока соседка не притащила право охранителей.
- И не удивительно, - только и мог печально констатировать Марчелло.
Пошарив у себя в коробочке, которую он периодически заполнял наличностью, чтобы потом конвертировать оную в отпуск, он не обнаружил той суммы, которая покрывала бы все затраты  даже на ремонт автомобиля соседки.
- Ну вот, теперь точно без отпуска. И не удивительно… - прошипел он.
Слегка поразмыслив, он принял решение использовать-таки кредитную карту. И влез в долги.
«Ладно как-нибудь справлюсь. За шесть месяцев выплачу» - подумал он, еще раз пожалев о несостоявшемся отпуске.
Он оплатил ремонт машины соседке, а свою машину затянул полиэтиленовой пленкой и поставил на прикол до лучших времен.
И все было бы хорошо, если бы через день  руководство офиса не объявило бы о сокращении штата.
- Мы тут подумали, что ты у нас один не женат, у тебя нет семьи,  нет детей, поэтому приняли решение, что сокращаем тебя.
- Почему это меня, - возразил было Шитиков, - у меня кредит! Мне надо его выплачивать.
- У тебя кредит, а у нас дети. Чувствуешь разницу? – парировал коллектив.
«И не удивительно», - подумал Марчелло, покидая офис безработным.
В растрепанных чувствах он побрел в супермаркет купить свои любимые апельсины. Единственное, что его сейчас могло привести в более-менее стабильное  состояние, так это изысканное блюдо из красных апельсинов и натертого горького шоколада, залитых пятьюдесятью граммами Хеннеси и присыпанных корицей. Собрав волю в кулак он набрал нужные ингредиенты и побежал домой.
Выходя из лифта он закопошился, доставая из рюкзачка ключи. И резко дернул их вверх. Вместе в ключами вылетел пакет с Хеннеси,  а выпавшая  на  кафельный пол  бутылка разбилась вдребезги.
Я услышала резкий звук стекла и открыла входную дверь. Передо мной стоял Марчелло, держа в одной руке ключи, а другой с яростью рылся в рюкзачке. На лестничной площадке раздавался умопомрачительный запах французского напитка.
Взглянув на меня остолбеневшим взглядом Марчелло произнес:
- А шоколадку я видимо забыл на кассе. И не удивительно даже.
Я молча проводила Шитикова до его двери и помогла ее открыть.
- У Вас нет случайно кусочка шоколадки и чего-нибудь горячительного? – произнес он  и посмотрел на меня таким взглядом, что через две минуты я ему принесла припасенный  на всякий случай киндер-сюрприз и остатки перцовки, которую держала для растираний поясницы.
— Вот спасибо, - сказал он, - присаживайтесь. Я Вас угощу французским изысканным блюдом, но в варианте «le muli-melo». Однако, самое важно всё же есть. Это апельсины.
Разрезав  ножом один из них, Марчелло изменился в лице. Сказать, что это лицо выражало враждебность было бы не верно. Оно выражало полный ужас. А дело было в том, что апельсины оказались не красными, а  обычными оранжевыми.
- Ну, и не удивительно, - промямлил он, начиная пожевывать отрезанную кожуру.
- Не расстраивайся Марчелло, - пыталась успокоить его я.
-Я не Марчелло, «я Себастьян Перейра»*, - вдруг сказал он, покручивая в руке нож.
После чего я быстро ушла, чтобы не стать свидетелем дальнейшего перевоплощения.
Выглянув в окно я увидела бегущего в супермаркет Шитикова в тапках.
Через пятнадцать минут раздался звонок в дверь. Я открыла. Передо мной стоял  разгоряченный Марчелло.
- Я купил! Все что надо купил! Только сдачу мне, конечно, не дали. Всучили  это бумажное надувательство -  лотерея «Мечта».  Спрашиваю: Что выигрываем? Мечту?  Говорят: Что задумаете, то и выиграете. А номер-то какой  у билета– тринадцать! И не удивительно даже.
Он пригласил меня в квартиру:
- Заходите. Сейчас Себастьян Перейра сделает для Вас полный восторг «la delectation».
Мы сели на его кухне, съели сделанный им восторг. А когда он захмелел, после третьей порции, то демонстративно выбросил лотерейный билет в окно.
- Что задумаете, то и выиграете! Ха-ха-ха! – оскалился Марчелло, - Моя мечта машина!
Спустя недели две   я испугалась от того, что на лестничной площадке  раздавались ужасно громкие звуки работающей болгарки.  Приоткрыв дверь я увидела, что рабочие ломают входную коробку квартиры Шитикова.
Увидев меня он уныло произнес:
- Я потерял ключи. И не удивительно даже.
Я вздохнула и пошла заниматься своими делами. Наступил май, радостно пели птички. Город готовился к празднованию Дня Победы.  Я, как всегда в эти дни, мыла окна и разбирала посеревший за зиму балкон. И вдруг обнаружила спокойно лежащий на балконном стеллаже с цветочными горшками лотерейный билет номер тринадцать.
Не поленившись залезть на официальный сайт лотереи «Мечта» я обнаружила, что билет номер тринадцать выиграл машину  Ланд Ровер.
Обрадовавшись я подбежала к Марчелло,  который в аккурат стоял возле своего поломанного автомобиля.
- Ваша мечта сбылась! – кричала я.
Ошарашенный Марчелло  взглянул на  билет, потом на меня и быстро зашёл на сайт лотереи «Мечта».
В окошке выигрыша билета номер тринадцать красовался  детский электромобиль Ленд Ровер с пультом радиоуправления.
- И не удивительно даже, - услышала я.



*)Известный персонаж-антагонист роман Жюля Верна «Пятнадцатилетний капитан»







Все персонажи выдуманы автором.