Арест. лето 1708 года

Мы помним интриги тех давних времён,
Предательство, ложь и обман.
От королей благородства не ждём,
Для тех, кто попался в капкан.

Тайных интриг колесо закрутилось
Жаль, поздно, измена Мазепы раскрылась.

В Диканьку офицер прибыл,
Послание от царя вручил.
Царево повеление
Не терпит промедления.

Полковнику Ивану Искре
Приказ был: Витебск выезжать
Явиться к государю быстро
Пред очи царски предстать.

А следом и Судья Василий
К Петру явиться приглашен.
Коварным манит царь расчётом,
Чтоб не рассеять тихий сон.

Они не знали, впереди
Для них раскинуты тенёта,
Что вместо чести в по пути
На них объявлена охота!

Исполнен был приказ Петров,
Солдаты схватят казаков.
Кнут первый, тому кто напишет донос.
И тащат обоих уже на допрос.

Двух верных, преданных мужей,
Что правду о Мазепе знали,
Велит царь Пётр допросить,
Чтоб клевету, навет, признали.

В подвалы Витебска сырые
Их слуги царские везут.
В оковы заковав стальные
На скорый да неправый суд.

В узилище, веленьем царским,
Два паука ждут стариков.
Головкин, выходец боярский,
Шафиров, он птенец Петров.

Сам канцлер и советник тайный,
Вельможи высшего разряда.
Здесь появились не случайно,
Средь сырости земного ада.