По Закону Бытия. 7

Эдгар уже ждал меня в аэропорту вместе с Каем. Я так обрадовался встрече, а у него даже слезы выступили на глазах.

По дороге домой я рассказал обо всех своих приключениях.
— Ну, я так и знал, что нельзя тебя одного отпускать: сразу кто-то норовит тебя перехватить — девочки там всякие и красивые дядьки, — весело загоготал он.

Я показал ему фото с Ванессой и Робертом в ресторане — его сделала Ванесса и переслала мне.
— Ого! Вот это красавцы, теперь понимаю. Я бы тоже залип. Но самый красивый из них — ты. А знаешь почему? У тебя душа красивая. Хотя по ним видно, что они тоже ничего, — заулыбался он.
— Да хорош меня расхваливать! Короче, теперь я очень богат и начну содержать тебя — как ты делал, пока я был дома и лечился.
— О да! Всегда мечтал, — захохотал он. — Уже увольняться? А кто будет делать операции? Твой мафиози?
— Вот видишь, какой я эгоист! А ты говоришь — душа...

Мы подъехали к дому. Внутри пахло какой-то вкусной едой, и я стал жадно втягивать носом воздух.
— Да, это мы с Каем так готовились к твоему приезду и наготовили всяких вкусностей — это тебе не ресторан. Ты там немного похудел, будем тебя откармливать, — не унимался Эдгар.

Он начал быстро накрывать на стол, а я распаковывал чемоданы и доставал подарки для него и Кая. Пёс весело прыгал вокруг, а Эдгар поглядывал на вещи и восторгался.
— Нет, ну ты брось стол и разгляди всё хорошенько! Я так хотел тебя порадовать, — попросил я.

Он вытер руки, начал брать подарки по одному, разглядывать их и складывать на диван. Потом поднялся и молча обнял меня.

Честно говоря, мне так хотелось сказать ему о своей братской любви. Думаю, он испытывал то же самое, но вслух это произносить было неловко — звучало бы довольно двусмысленно. Я и сам не мог точно объяснить себе это чувство и не хотел вешать на него ярлыки. Это была глубокая родственная привязанность, ощущение близкой души. И было видно, что это взаимно. Пока я был в отъезде, то каждый день ощущал, как мне его не хватает.

Мы уселись за стол, Эдгар разлил коньяк, и только мы открыли рот насладиться угощениями, как раздался звонок. Это была Ванесса.

Я понял, что стою перед выбором: уважение к другу или внимание к привлекательной девушке. Мгновенно пришло осознание, что это проверка — ведь не зря звонок раздался ровно в тот момент, когда начался наш обед.

Я выбрал друга. Уменьшил громкость, перевернул телефон экраном вниз, и мы приступили к еде. Эдгар пристально наблюдал за мной, и в его глазах я тоже прочел немой вопрос.
— Девушка подождет. Я дома, долетел хорошо, а теперь «моюсь в душе». У нее еще будет время со мной связаться, потом сам перезвоню. От девушек так быстро двумя словами не отвяжешься, а обед — это святое, — отшутился я.

Эдгар взял мою руку и крепко пожал её:
— Спасибо, брат. Ты у меня лучший.

— Я тебе по секрету скажу: меня от нее как током ударило, когда увидел в первый раз. Но потом просто понял, что здорово одичал. А как представил, что снова придется жениться, так и вовсе замутило. Мне еще Галя в кошмарах снится по ночам...
— Ты знаешь, Эрик, мне тоже кажется, что без этого геморроя с девушками как-то спокойнее. Ну, разве что попадется такая, которая полностью резонирует и совпадает по душе.
— Да, с этим согласен. Но эта Ванесса производила впечатление простой и открытой — без жеманства и снобизма. И сестра ее такая же. В общем, не было в них той мути, что обычно прет от девушек. Однако их отец на меня произвел куда большее впечатление. Он был просто шикарен и неотразим... У меня даже слов не хватает, чтобы его описать. Как прекрасный стальной клинок или меч — такое сравнение приходит на ум. От него исходила такая мощная аура, харизма и обаяние, что внутри всё замирает, мозг почти отключается, и ты хлопаешь глазами, как глупый кролик перед удавом. Я и не представлял, что бывают такие необычные люди. Меня в ресторане только Ванесса спасала, пока непрестанно болтала. А если бы я остался с ним вдвоем, точно мямлил бы что-то невпопад, — засмеялся я.
— Да, я и по фото понял, что он очень необычный. Как будто с другой планеты.
— Во! Это самое точное определение! Молодец! — ответил я.

За обедом мы выпили по нескольку бокалов коньяка. Вкусная еда, приготовленная Эдгаром, и домашняя обстановка помогли расслабиться, и я решил перезвонить Ванессе.

Она подняла трубку после второго гудка. Я извинился, соврал, что был в душе и не слышал звонка. Позже я пожалел об этой лжи — надо было просто промолчать, ведь она ни о чем не спрашивала. Но исправить ничего уже было нельзя. Я отметил про себя это новое состояние, когда совсем не хочется поступать против совести или против души. И мне оно нравилось.

Мы обсудили полет и немного поболтали. И тут она попросила познакомить ее с Эдгаром. Я ответил, что позову его и перезвоню по видеосвязи, а сам побежал искать друга по дому.
— Братуха, ты где? Тут с тобой девушка хочет познакомиться! — закричал я на весь дом.

Он вышел из своей комнаты:
— Ну и что? Чего ты паникуешь? Познакомлюсь, эка невидаль.
— Я думал, может, ты не в форме и хочешь что-то подправить... — виновато промямлил я, чувствуя неловкость за излишнюю суету.
— Да я и так в порядке. Какой есть — такой есть. Давай звони.

Я открыл ноутбук и набрал номер. Эдгар спокойно сел перед монитором в ожидании ответа. Ванесса не ожидала сразу увидеть его перед собой во весь экран и немного смутилась, но Эдгар не дал ей времени опомниться: сразу поздоровался, представился, произнес пару дежурных фраз и ушел.

Отдуваться пришлось мне. Она удивилась, куда он так быстро исчез, и мне снова пришлось соврать — мол, собака попросилась гулять. Мы еще немного поговорили, и я откланялся.

Испытав огромное облегчение, я окончательно понял: живое общение — это совсем другое, а разговор по телефону, пусть и по видеосвязи, — полная ерунда. По связи мы привыкли говорить только по делу, тогда как встреча лицом к лицу открывает куда больше тем и возможностей.

К тому же я с радостью ощутил, что ее чары через монитор не работают и даже немного напрягают. И снова поймал себя на мысли, что действую наперекор собственной душе, соглашаясь на то, чего делать не хочется.

Я снова разыскал Эдгара — он был на кухне и мыл посуду после обеда — и поделился с ним своими наблюдениями.

— Да, я тебя очень хорошо понимаю. Раньше сам страдал подобной фигней: хотелось быть вежливым, соблюдать приличия. Но потом понял: обозначать свои границы, если тебе некомфортно, — это нормально. Это не нарушает вежливости. Умный человек поймет, а если обидится или не догонит, то это его проблемы, а не твои. И тогда тем более он не стоит твоего внимания.
— Ты прав. Надо мне менять внутренний настрой, стоит попробовать, — ответил я.
— Смотри: допустим, сейчас она позвонила из вежливости, узнать, как ты долетел — и это нормально. Так она слегка обозначила свой интерес. Но это вовсе не значит, что ты должен перезванивать в другой раз. Этим ты тоже покажешь интерес, но если тебе не хочется и есть дискомфорт, делать этого не стоит. Понимаешь? Это уже насилие над собой из ложного чувства долга. Другое дело, если у тебя действительно есть желание пообщаться, услышать голос — вот тогда пожалуйста.
— Что бы я без тебя делал! Снова бы вляпался куда не надо, — воскликнул я.
— А если ты чувствуешь, что обязан ей из-за её отца, который теперь твой босс, то тем более не стоит. Ты ведь не очень хотел эту сделку, а он. Я уверен: как умный человек, он даже не станет интересоваться вашим общением. Проявит внимание только в случае чего-то действительно серьезного.
— О да! В уме ему не откажешь. Вся стратегия компании выстроена просто идеально — насколько я успел заметить при первичном ознакомлении. Кстати, пойду поработаю: надо почту проверить, он обещал прислать материалы.
— Ты там только не закапывайся сразу с головой. Я тебе распорядок составлю, чтобы чередовал нагрузки.
— Слушаюсь, доктор! — улыбнулся я и пошел к себе.

В почте действительно уже были присланы файлы. Я начал их разбирать, и в это время, словно почувствовав момент, позвонил Роберт. Мы стали обсуждать детали. Он переключился на видеосвязь и начал показывать нюансы на своем экране. Я быстро во всё вник.

Разговор с рабочих вопросов плавно перетек на другие темы. Он внимательно меня слушал и увлеченно рассказывал о своем. Я опомнился, только когда понял, что мы обсуждаем кухонные рецепты. Посмотрел на часы — прошло полтора часа! Он тоже мгновенно осознал, что увлекся, засмеялся, извинился и попрощался до завтра, попросив прислать комментарии после проверки.

Я откинулся в кресле и задумался: что это было? Я так увлекся — вернее, мы оба так увлеклись, что забыли обо всем на свете. И мне правда было интересно. Значит, и ему тоже. Почему с девушкой всё натянуто и не о чем говорить, а с ним — так увлекательно и на одной волне? Прямо как с Эдгаром.

Я снова поплелся искать Эдгара, чтобы обсудить это. Голова совершенно отказывалась соображать — я чувствовал, что запутался. Всю эту кашу я и вывалил на него.

— Знаешь что, старик, ты просто устал. Забыл, наверно, что у тебя за плечами перелет, да и ночью ты почти не спал. А тут еще столько впечатлений, новая работа, новые люди... Иди отдохни, а завтра на свежую голову всё обсудим — если еще будет что обсуждать. Думаю, ты просто драматизируешь обычный разговор.
— Окей, брат, ты как всегда прав. Со стороны виднее, а я что-то излишне мнительным стал.

Я позвал Кая, и мы пошли на вечернюю прогулку. Через пару шагов нас догнал Эдгар.
— Эй, я с вами! Тоже хочу прогуляться, надоело одному дома сидеть, — заулыбался он.

Мы снова шли втроем, и нам было классно.