На руинах семейной жизни

Глава 25

А Женя выздоравливала. И если бы её спросили, кто помогал ей в этом, она, не задумываясь, ответила: работа и ещё раз работа. Дело, за которое она взялась, получила такой широкий резонанс, о котором не мечтал даже сам клиент, Горский Денис Андреевич. Когда Евгения Михайловна практически закрывала этот вопрос, её вызвал Тимур Алексеевич

– Присаживайтесь, Евгения Михайловна. Как у вас продвигается дело Горского.

- На заключительной стадии.

– Вам может быть кого-то в помощь дать, кто понимает в производстве, там ведь много именно таких вопросов.

– Помощь мне не нужна, спасибо, я справлюсь. А вопросы о производстве в деле фигурируют вскользь. Как всегда при разводе – это грязь, измена, шантаж, жадность, различные подставы – все человеческие пороки здесь вылезли наружу. Как закончится процесс, мне придётся долго отмываться.

– Понял. Вы пробовали досудебное урегулирование?

– Конечно. Это первое, что я решила сделать. Но Галина Степановна – супруга Горского, ни на какие уступки идти не захотела, хотя Денис Андреевич повёл себя в этой ситуации как истинный мужчина. Я встречалась с её адвокатом и говорила, что она проиграет всё, что требует, адвокат на меня обиделся

– Вы думаете москвичи самые умные, мы тоже щи не лаптем хлебаем.

- Больше я с ними не встречалась.

– Вы так уверены в своей победе?

– Абсолютно.

– Очень интересно, никогда не хожу на процессы своих сотрудников, а к вам схожу, не возражаете?

– Не возражаю.

– Вот это выдержка – подумал Малышев и отпустил Женю.

Горский не возражал, чтобы процесс был открытым.

– Мне кажется, Евгения Михайловна, пусть люди правду услышат, вы себе не представляете, что обо мне говорят в городе стараниями моей супруги.

– Представляю, вы не последний человек, вас знают, да и СМИ хорошо поработали, вы сейчас стали популярнее любого артиста.

– Согласен, мне бы работой заняться, а приходится отбиваться от назойливых журналистов.

– Ничего, осталось немного.

– Вы готовы?

– Готова, завтра ещё раз пройдусь по свидетелям и в бой!

– Вы такая спокойная, а меня прямо колотит

– Вам кажется, но если вы увидите, что и меня колотит, вы от меня просто откажитесь.

– Нет, что вы, Евгения Михайловна. Я Вольского каждый день вспоминаю добрым словом.

– Спасибо, но надо ещё выиграть процесс.

Народу пришло много, Женя увидела Тимура Алексеевича, тот ей кивнул и одними губами произнёс – Удачи!

В этот раз Женя изменила своей тактике, она действовала, скорее как Вольский, потому что знала, что в этом процессе по-другому нельзя. Она действовала агрессивно, напористо, азартно атаковала оппонентов и вела себя на суде как львица, сражаясь за интересы Горского до тех пор, пока не почувствовала, что противник чуть смягчился. Супруга требовала заморозить все банковские счета мужа и приостановить производство его компании до тех пор, пока он не предоставит всю информацию, необходимую её адвокату для уточнения условий развода, иначе как говорила она, он меня оставит с голым задом.

– Возражаю, Ваша честь, — сразу вступила в бой адвокат, — господин Горский предоставил все отчёты из налоговой, всё прозрачно, нет необходимости останавливать производство, госпожа Горская скорее хочет насолить своему мужу, чем узнать его доходы.

Всё вышло так, как хотела Евгения Михайловна. Выслушав её тщательно продуманное и аргументированное выступление, судья приняла сторону Горского и ответила

– Протест принимается. Вижу все отчёты. Спасибо.

А дальше Женя пошла в наступление, чем испугала Тимура Алексеевича своей бескомпромиссной напористостью, однако он полностью доверял своему сотруднику и с интересом наблюдал за процессом. Работа была филигранная, ему нравилась эта женщина: хрупкая, красивая, но с таким стержнем внутри, что не всякий мужик потянет такую женщину. Результат превзошёл все самые смелые ожидания Горского. Он не поверил тому, о чём говорила судья в своей заключительной речи. Галина повела себя по-хамски, в отношении к своему адвокату, бросив ему в лицо какие-то бумаги, и со словами – Идиот – вышла из зала.

А Женя почувствовала, как устала. Зрители расходились тихо, много нового они узнали из этого процесса.

– Спасибо вам, Евгения Михайловна! – тряс её руку Горский. Я ваш должник, вот возьмите это ваша премия, заслуженная! – смеясь, сказал мужчина.

– Спасибо.

На следующее утро Малышев, зайдя к ней в кабинет, скажет

– Я рад, что у меня такой сотрудник. Вы были великолепны.

- Спасибо.

– В какой-то момент я испугался за напористость, с которой вы загоняли в угол противника.

– Вообще, это не моя тактика. Так, всегда работает Вольский. Но вчера по-другому было нельзя.

– Отдохните завтра, я видел, что вы допоздна задерживались.

– Нет, нет, завтра я опять на работе буду вовремя.

– Я понял, это ваш спасательный круг.

– Да.

Неделю назад она сняла квартиру, совсем недалеко от офиса и сейчас прогулочным шагом шла к дому, вспоминала процесс и улыбалась

– Глупая эта Галина, а могла получить много, но жадность сгубила, поэтому не получила ничего.

Перед сном Женя долго стояла под душем, желая смыть с себя всю грязь, которую она услышала в процессе подготовки к суду. На работу Женя пришла, как всегда, вовремя и сразу принялась за дело. А вот после работы её ждал сюрприз. Горский стоял с огромным букетом роз:

- Евгения Михайловна, пожалуйста, не отказывайте мне, я заказал столик в лучшем ресторане, давайте отдохнём вместе.

– Хорошо – не стала мучить Горского Женя – Поехали, я и правда проголодалась.

Домой она приехала уже за полночь.

– Спасибо вам, Денис Андреевич, за прекрасный вечер.

– Евгения Михайловна, а у меня на завтра есть два билета в театр, я вас приглашаю.

– Да вы никак за мной стали ухаживать?

– Да, но я немного забыл, как это делается, но поверьте, всё от души.

– Я согласна – ответила женщина, чем привела в восторг взрослого мужчину.


Глава 26 Эпилог 1

Спектакль был неплохим, что больше удивило Женю, так это то, что Горский оказался заядлым театралом. Когда-то они с женой даже позволяли себе выезжать в Москву на какую-нибудь премьеру, а потом до хрипоты спорить, что было не так или наоборот, что понравилось.

– У меня мама бывший учитель русского и литературы. Это она мне привила любовь к театру и русской литературе

– Похвально, Денис Андреевич! Вы интересный человек – совершенно искренне сказала Евгения.

С ним её сердце оттаивало, но не откликалось на его горящий взгляд и попытки понравиться. Мужчина терялся, отчаивался, не знал, чем ещё можно заинтересовать такую женщину, читал специальную литературу и однажды решился. Купил цветы, небольшой подарок и приехал к её офису. Посмотрел на часы и подумал, что ждать осталось недолго.

Женя вышла, взглянула на Дениса, который улыбался и ждал с такой надеждой, потом перевела взгляд на другого мужчину, который тоже улыбался, сложив руки на груди, и помчалась к нему. Улыбка сошла с лица Дениса, он проследил, куда бежала Женя, и увидел крутую машину с московскими номерами:

- Герман! – сказала Женя и обняла его за талию. Подожди. Денис Андреевич, можно вас на минутку.

Он казался себе просто идиотом, с этими цветами, пакетами, но деваться было некуда.

- Познакомьтесь, это мой большой друг из Москвы, это он не побоялся взять вчерашнюю студентку в свою фирму и научить всему. А это – и она повернулась к Денису – мой первый серьёзный клиент, мы с ним выиграли процесс

– И он тебе до сих пор благодарен

– Да, мы с ним подружились. Извините, Денис Андреевич.

– Ничего страшного – и он отошёл к своей машине.

– Ты надолго?

– Как встретишь.

– Хорошо встречу, поехали домой, я тебя буду кормить.

– Садись в машину – сказал Герман и открыл двери. На заднем сидении лежали цветы и много пакетов.

– Пахнет вкусно – сказала Женя.

– Я в ресторан заезжал и набрал всего понемногу.

– Значит, пир горой!

– Значит, так – и они уже обнялись в машине

– Я очень по тебе соскучилась – сказала Женя – Очень.

– Я тоже всё ещё тебя люблю.

А Денис стоял и ждал, когда они отъедут первыми.

– Как у тебя дела на фирме?

– Всё хорошо, на твоё место взял опытного мужчину, хорошо, даже красиво работает.

Она гордилась таким другом, как Герман, он отлично справлялся со своими обязанностями и как руководитель, и как отличный адвокат, и в отличие от неё его настроение никогда не влияло на его работу, он умел отделять личное от важных дел, был полон сил и энергии. Квартира Жени находилась совсем рядом с офисом и понравилась Герману. С большими окнами, не заставленная мебелью, в ней было много света и воздуха.

– У тебя уютно

– Спасибо, я мало бываю здесь, только сплю практически.

– Так нельзя, госпожа адвокат, надо отдыхать.

– Я должна была вылезти из того дерьма, куда попала, и работа меня буквально вытащила за волосы, прямо как барона Мюнхгаузена.

Герман вынимал всё из пакетов, а Женя накрывала на стол

– Герман, ты может быть, хочешь принять душ с дороги, а я пока на стол накрою.

– С удовольствием

– А чего молчишь, иди.

Он взял с собой чистое бельё и направился в ванную комнату. Через полчаса он вышел обновлённый, в домашнем костюме красивого синего цвета и белоснежной майке

– Ничего, что я так по-домашнему.

– Я рада, что ты себя чувствуешь как дома – и они опять обнялись.

Стол был накрыт, а Женя тоже переоделась и стала такой уютной и домашней. Она изменила немного причёску, а её глаза, эти огромные озёра снова были ясными и живыми, и Герман радовался, что видел перед собой прежнюю Женю.

– Ты хорошо выглядишь – сказал мужчина.

– А ты помнишь, какой я была до всей этой московской истории? Так вот, я снова хочу стать прежней Женей. Никакого прошлого, никаких плохих воспоминаний – ничего. Я стала от этого свободной женщиной.

Что ж, её ответ ясно говорил Герману, что рана, нанесённая Вольским, явно затягивается, но, скорее всего, будет напоминать о себе всегда. Но ему показалось, что Женя, по крайней мере, перестала казнить себя за совершенные ошибки, думать постоянно о том, чего она не смогла дать Максу, что его потянуло не туда. В эти долгие месяцы затворничества она пристально наблюдала, что творится у неё внутри себя. Впервые с тех пор, как Женя уехала из Москвы, Герман вдруг понял, что она поступила абсолютно правильно. Он видел перед собой новую Женю – повзрослевшую, выросшую как профессионал, более мудрую и сильную. Она справилась.

Женя была не так напряжена, не оглядывалась с опаской и стала уверенной в себе. Беспокоило Германа лишь то, что Женя, будучи красивой, необыкновенной женщиной, оградила себя от общения с мужчинами. Ведь ей всего тридцать четыре – совсем не тот возраст, когда надо отказывать мужчинам.

– Женя, по Москве не скучаешь?

– Я скучаю только по тебе, если бы ты был здесь рядом со мной, мне ничего более было бы не надо. Но я знаю, что это эгоизм, тебе надо жениться

– Так давай поженимся, кто нас может остановить?

– Герман, но я уже не смогу любить тебя так, как любила Максима, а на меньшее ты не согласен

– Женя, меня не надо любить как Максима, люби меня как Германа. Да, это будет другая любовь, взрослая, выстраданная, осознанная, проверенная временем. А той юношеской, пылкой, конечно, не будет, ты повзрослела, стала более женственной, красивой, и я тебя очень люблю

– Я тоже тебя люблю, но поняла я это, когда осталась без тебя, но подумала, что не имею права тебе мешать устраивать личную жизнь.

– Женька, какая же ты глупенькая, какая личная жизнь без тебя.

– Правда?

– Правда, моя хорошая.

От выпитого вина и таких разговоров Женя раскраснелась, стала говорить более громко и смелее признаваться в любви Герману. Теперь и он мог позволить себе быть с ней более откровенным, Женя изменилась, она отлично справлялась с ситуацией. И она выжила, чёрт побери, выжила, и он её любит. Герману нравилась Женя – такая, какой она стала. Впрочем, она нравилась ему всегда. Появившись в его жизни, она влюбила его в себя сразу и на всю жизнь.

Время подходило к двенадцати, когда Женя зевнула

– Ты устала, иди ложись, а я уберу со стола.

– Давай, быстро вдвоём уберём, и я в душ

-Иди, я справлюсь.

Она ещё в душе решила, что сегодня она выйдет замуж за Германа, хватит мучить его и себя, надо, наконец, решаться. Когда она вышла из душа, Герман вытирал последнюю тарелку.

– Я справился, сказал Герман

– Ты молодец, я всегда это знала, пойдём спать.

Мужчина внимательно посмотрел на неё, но не успел ничего сказать, Женя его опередила

– Да, это серьёзно, и я так решила.

– Женечка, ты никогда не пожалеешь об этом

– Я знаю, Герман, знаю.

Утро было по-настоящему добрым, хотя и оба не выспались.

– Я тебя хорошо встретила? – спросила она – Ты останешься ещё на пару дней.

– Мне надо ехать, но я не могу, поэтому остаюсь. А ты решай с работой, пиши заявление по собственному желанию и собирайся в Москву.

– Хорошо – ответила счастливая Женька.


Глава 27

Герман задержался в Волгограде, чтобы побыть С Женей, познакомиться с её родителями и получить от них благословение. Он не верил, что это происходит в его жизни, что Женя скоро станет его женой. А когда он уехал через два дня, Женя, подав заявление об увольнении по собственному желанию, чем очень огорчила Малышева, с удвоенной энергией взялась за работу: надо было сдать документацию, закончить новое дело, за которое она взялась месяц назад. Визит Германа был для неё глотком свежего воздуха. Как она могла так долго жить без него?

Лёжа одиноко в своей постели, она думала о том, как постоянно откладывала разговор с Германом. Потом скажу, потом поговорю, ещё успею... Но потом так и не наступило, она уехала, и Герман имел полное право устроить свою жизнь, а уж как на него смотрят женщины, Женя знала прекрасно. Те, кто откладывает постоянно что-то важное, думая, что у них ещё будет день, будет шанс, но жизнь не дает им ни этого дня, ни этого шанса. Жене с Германом повезло. Они получили этот шанс и не упустили его. Всё держали в себе столько времени, наконец-то сказали, те главные слова, которые решили судьбу обоих.

Они продолжали ежедневно общаться: то по телефону, то всю ночь по видеосвязи. Но совсем другое дело, когда Герман мог к ней прикоснуться, прижать к себе и ещё раз спросить

– Ты не передумала выходить за меня замуж?

– Не дождёшься, Герман Валентинович. От меня не так просто отделаться.

– Я счастлив.

Ровно через две недели Женя попрощалась с коллективом, зашла к Тимуру Алексеевичу

– Вы не обижайтесь на меня, мне хорошо с вами работалось, если нужна будет моя помощь, я всегда рада вновь с вами сотрудничать.

Он обнял её по-дружески – Счастья вам, Евгения Михайловна.

– Спасибо.

Вроде все дела сделаны, но сердце было не на месте, и она решила позвонить Денису Андреевичу. С тех пор как он увидел Женю в объятиях москвича, он больше у её офиса не появлялся. Но он был прекрасным человеком, так красиво ухаживал за ней и в том, что она ему не ответила, вовсе была не его вина, а её.

– Слушаю, Евгения Михайловна!

– Здравствуйте, Денис Андреевич! Не смогла уехать, не попрощавшись с вами. Я возвращаюсь в Москву и выхожу замуж. Спасибо вам за всё, вы прекрасный, умный и настоящий мужчина

– Но замуж вы выходите за другого?

– Да, за того, кого давно люблю, и разлука с ним это только подтвердила. Вы обязательно встретите свою женщину, такие мужчины, что называется, штучный товар.

– Спасибо вам за все и будьте счастливы.

Теперь все дела сделаны, квартиру она покинула, последние дни жила у родителей. Герман звонил каждый день:

- Гер, я свободна. Билеты на руках, завтра выезжаю, встречай.

– Обязательно.

Германа она увидела сразу, а он пытался рассмотреть её в окне, но вот поезд остановился, и мужчина подошёл к двери

– Молодые люди – позвала их проводница – вы за сумками смотрите, целоваться дома будете, это же московский вокзал.

Они сразу вспомнили про багаж и быстрым шагом направились к машине.

– Куда ты меня везёшь?

– Домой, Женечка, домой, где мы с тобой будем жить сто лет и умрём в один день.

– Я согласна.

Квартира у Германа была огромная, в высотном доме на десятом этаже. По цветовой гамме и мебели можно было сразу сказать, что здесь живёт мужчина

. – Жень, если тебе что-то не нравится, можешь делать всё, что захочешь.

– Я подумаю, у тебя всё стильно, но без излишеств.

В этой квартире он жил семь лет, но ни одна женщина не переступила порог этого дома. Если что-то и было, для этого он находил другие места. Женя была первой женщиной, которую он привёл в свой дом.

– Жень, вот гардеробная, можешь здесь развешивать свои вещи, но завтра, сегодня ты устала. Душ, ужин и отдыхать.

– Хороший план – сказала она и направилась в душ.

Ванная комната казалась огромной, потому что по периметру были зеркала, они блестели

– У тебя кто-то убирается?

– Да, Нина Дмитриевна приходит два раза в неделю и ворчит на меня, что два раза ей нечего здесь делать, поэтому мы с ней договорились, что она будет ещё и готовить.

– А что же тогда делать мне?

– Любить меня и больше ничего!

– Это быстро надоест

– Как надоест, я тебе скажу.

– Гера, я хочу работать.

– Раз хочешь, значит будешь – успокоенная таким ответом Женя пошла в душ.

Так, началась вторая попытка московской жизни, и Женя надеялась, что она будет счастливей первой. На роспись приехали родители Жени, и пришли свёкры. Наконец-то все собрались и познакомились. Остановиться у молодых и стеснять их, родители Жени не хотели, Герман уже был готов оплатить гостиницу, когда свекровь предложила новым родственникам поехать к ним

– Познакомимся поближе – сказал Валентин Сергеевич.

Свадьба прошла в лучшем ресторане Москвы, но никаких цветов в зале не было, зато была весёлая музыка, друзья, коллеги и невеста. Белое платье, фата – всё, о чём так долго мечтала Женя и исполнить её мечты смог Герман. Через полгода Женя почувствовала себя не так, как всегда. Но о беременности даже не подумала.

– Женечка, ты себя хорошо чувствуешь? – спрашивал Герман – ты всё время спишь, давай к врачу сходим

– И что мы ему скажем, что я хочу спать?

– Да, именно так и скажем, может быть, это какой-то симптом, а мы о нём не знаем.

Через неделю муж усадил её в машину и увёз в частную клинику

– Иди, я тебя подожду

– Можно?

– Да, заходите.

Через пятнадцать минут она вышла

– Ну что?

– Надо к гинекологу сходить.

– Пойдём

– Ты тоже собрался?

– Я подожду тебя.

Прошло уже полчаса, а Женя не выходила, Герман начал беспокоиться

– Можно?

– Что вы хотели?

– Хотел узнать, что с моей женой?

– Это ваш супруг? – спросила врач

– Да.

– Ну проходите, я вас поздравляю, вы скоро станете папой.

Женя улыбалась и от радости не могла вымолвить ни слова.

– Это надо сдать анализы – и врач протянула Жене стопочку ровных листиков и вставайте на учёт, у вас восемь -девять недель, через месяц узнаем, кого нам ждать.

– Ей, наверное, надо особое питание, витамины и больше гулять?

– Всё верно, витамины я ей выписала, питание обычное, но с уклоном на фрукты и овощи, берегите себя, всё-таки тридцать пять лет первые роды, надо наблюдаться.

– Я сам её буду привозить

– Хорошо и всего вам доброго.

– Жень, может, ну её эту работу, тебе эта баба все нервы измотает, я её сам буду вести

– Хорошо.

Она так радовалась, будто только что уже родила на свет замечательного первенца. Беременность проходила легко, животик чуть округлился, и Женя смогла сопровождать мужа на ежегодный слёт адвокатов. Беременность ей шла, она её сделала ещё краше, розовые щёки, счастливая улыбка – весь вид этой женщины говорил о том, что её жизнь удалась. Поднимаясь на второй этаж и держа Германа за руку, Женя озиралась

– Я в этом зале никогда не была

– Я тоже.

– Здравствуй, Женечка! – услышала она знакомый голос – Ты опять в Москве?

– Да, Максим, приехала насовсем, и мы так и не придумали ничего с мужем, как следовать старым традициям, жена должна быть рядом с супругом. Вот я и рядом.

– Так, вы поженились?

– Да

– И ждёте наследников?

– Ты уже всё успел рассмотреть.

– Тебе идёт беременность, ты красавица.

– А у тебя как дела?

– Да тоже всё нормально: Миша учится и живёт со мной, дочь родилась, так что семья растёт.

– Так это замечательно! – радостно заключила Женя.

– Да, наверное.

– Ну пока, Максим – сказала Женя и они направились в зал.

Он смотрел вслед этой счастливой паре и до сих пор жалел, жалел, что на месте Германа не он. После встречи с Максимом, которую Женя перенесла на удивление спокойно, видно, отболело всё, прошло пять недель, и Герман поехал с ней на УЗИ.

– У вас будет сын – сказала врач – развивается ребёнок нормально, ручки, ножки, всё у него на месте.

Бабушки и дедушки были в восторге, наконец-то и им скоро будет работа.

– Хорошо бы родить на Новый год, это так символично, новая жизнь, Новый год.

– Не загадывай, природа лучше знает, когда ему появиться.

Двадцать второго декабря Женя чувствовала себя неспокойно:

- Гера, отвези меня в больницу, я чувствую, что скоро начнётся.

– Хорошо, - она еле влезла с огромным животом в машину, и они поехали в больницу.

Переговорив с врачом, Герман проводил жену до палаты, посидел с ней и поехал домой

- Поеду, Женечка, завтра дел много на работе перед Новым годом.

– Иди, я теперь под присмотром, ты не переживай.

Каждый день он к ней приезжал, но ничего похожего на роды не наблюдалось. Только двадцать пятого с утра у неё начались схватки. Сначала незначительные, но к приходу Германа Женя корчилась от боли и звала доктора.

– Всё просто великолепно, Герман Валентинович, ваша жена, молодчина и прекрасно справляется.

– Моя жена, похоже, вот-вот умрёт от боли – повысив голос, сказал Герман.

Видя, что начались потуги, её быстро перевезли в родовую. Герман смотрел на всё широко открытыми глазами и мог поклясться, что ничего страшнее не видел и раскаивался, что он виновник этих ужасных мук. Ему так хотелось её обнять, чтобы эта страшная боль ушла. Врач не хотел прибегать к обезболивающим. Он был сторонником естественных родов, которые считал наиболее благоприятными как для матери, так и для младенца. Герману хотелось убить его на месте.

Скоро Женя родила маленького, но здорового мальчика, с чёрными как смоль волосами и крепко сжатыми кулачками. Он весил три с половиной килограмма, и ростом был, пятьдесят два сантиметра, громко кричал, оповещая о своём появлении на свет.

- Всё закончилось, мамочка, теперь вы можете отдыхать, поработали на славу.

Герман всё сидел в коридоре и думал, как же трудно достаются эти дети, теперь он понимал свою мать, которая трясётся за него до сих пор. Женю вывезли на каталке

– Спасибо тебе, родная, за сына и прости меня

– Ты с ума сошёл, это тебе спасибо, что сделал меня счастливой, за то, что был добр ко мне и так терпелив. Позвони родителям, а я спать.

- Я приду завтра.

– Хорошо – ответила Женя, уже засыпая.

Антон Германович родился под Новый год двадцать пятого декабря, всё, как хотели родители. Детская была давно готова, пока Женя была в больнице, Герман собрал кроватку, коляску, пеленальный столик и накупил гору подгузников. Войдя в дом с сыном, Женя остановилась и поцеловала Германа. Для них это было, не начало и не конец пути, это жизнь и отныне они будут по ней идти вместе, это радость от сознания, что их путь продлится ещё долго, очень долго.

– Спасибо, что поверила в меня и дала мне шанс – прошептал Герман.

Женька закрыла глаза, чтобы запечатлеть в своём сознании память об этом прекрасном моменте, а потом, когда захочет вспомнить, извлекать его оттуда и снова хранить, как реликвию. Герман с обожанием смотрел на свою жену и сына и понимал, что их с Женей связала навсегда любовь, преодалевшая все преграды на своём пути.

Конец.