Триумфальное возвращение и признание штурмана

Когда МиГ-9 и Ми-2 один за другим коснулись полосы и подрулили к авиационному гаражу, братва встретила их победным криком. Мирон Токарев, Володя Пиняев и Василий Васильевич первыми бросились открывать фонари кабин.
Уже через час вся команда сидела за огромным столом. Ангелина Мельник превзошла сама себя: на столе дымился свежий, огромный таз пельменей, густо посыпанных перцем, а Лидия и Татьяна Трофимова выставили батарею заветного портвейна «Три Топора».
Марина Беленькая, сияя от гордости, налила всем по полной. Штурман Эдуард Вержбицкий, обычно холодный и молчаливый, долго крутил в руках свой гранёный стакан, глядя на Смекайло-де-Цопфи. Наконец, Эдуард поднялся.
— Братва, я человек науки, верю в графики и формулы, — сухо начал Вержбицкий, но его голос дрогнул. — Там, в ущелье, когда нас едва не размазало по скале, мой планшет выдал системную ошибку. По всем законам физики мы должны были разбиться. Но то, что сделал этот человек... — Эдуард указал на Смекайло. — Впаять медную жилу в обход каскада и откалибровать частоту топора... Это за пределами учебников. Смекайло, ваш авторитет для меня отныне непререкаем. Вы — профессор народной инженерии. Выпьем за ваш гений!
Гараж взорвался аплодисментами. Смекайло довольно ухмыльнулся, похлопал штурмана по плечу и крякнул:
— Учись, Альбертович! Физика — хорошо, а монтировка в умелых руках — надёжнее!
Все дружно выпили, и Марина крепко обняла обоих, радуясь, что новый член команды прошёл проверку небом и портвейном.

Визит инспекции: Операция «Макет»

Тихий вечер прервал резкий звонок на мобильный Марины. Звонил её старый знакомый из штаба:
— Маринка, шухер! К вам с внезапной проверкой выехала комиссия из Департамента авиационного имущества. Кто-то настучал, что ваш списанный МиГ-9 не просто стоит как памятник, а летает. Будут у вас через двадцать минут!
В гараже поднялась паника. Самолёт только что прилетел, двигатели ещё дышали жаром, а в воздухе стоял стойкий запах авиационного керосина.
— Без паники! — скомандовала Марина Беленькая. — Мирон, Володя, Анжела, Смекайло — быстро маскируем птицу под фанерный макет! Василий Васильевич, тащи ветошь и старую краску!
Братва включила режим турбо-смекалки:
1. Маскировка тепла: Анжела Власенко и Смекайло быстро подкатили к соплам двигателей мощные промышленные вентиляторы, чтобы экстренно выдуть горячий воздух, а сверху накинули асбестовые брезенты.
2. Бутафория: Мирон Токарев за пять минут скрутил из обрезков фанеры и старой проволоки нелепые «ракеты» и подвесил их под крылья, чтобы самолёт выглядел как дешёвая декорация для патриотического кружка.
3. Запах: Чтобы перебить запах керосина, Ангелина Мельник оперативно вылила на раскалённую печку-буржуйку пол-литра уксуса и бросила туда охапку лаврового листа. В гараже закашляли все, но авиационное топливо больше не пахло.
4. «Консервация»: Володя Пиняев выдернул из приборной панели кастомные цифровые блоки и воткнул на их место старые, покрытые пылью нерабочие будильники-высотомеры 1950-х годов.
Когда ворота гаража со скрипом открылись, на пороге появились трое строгих инспекторов в серых шинелях с папками. Навстречу им вышла Марина, вытирая руки ветошью.
— Комиссия по учёту госимущества, — строго произнёс старший инспектор, оглядывая помещение. — Поступил сигнал, что списанный истребитель МиГ-9 используется не по назначению.
Инспекторы подошли к самолёту. Один из них постучал пальцем по крылу. Раздался глухой фанерный стук — это Мирон Токарев вовремя подставил с обратной стороны листа кусок доски.
— Помилуйте, товарищи инспекторы! — запричитал старый техник Василий Васильевич. — Какой «используется»? Гнильё одно! Мы из него бутафорию для детского парка делаем. Вон, гляньте, приборы мёртвые, проводка сыплется, ракеты из фанеры Мирон саморезами прикрутил! А пахнет тут — так это мы пельмени варим, обедаем!
Инспектор заглянул в кабину, увидел покрытые пылью старые приборы Пиняева, понюхал воздух, густо насыщенный уксусом и перцем, и брезгливо поморщился.
— Да уж, — протянул старший комиссии, ставя галочку в акте. — Действительно, музейный хлам. Хранение соответствует акту списания. Полёты на этом... исключены. Распишитесь, гражданочка Беленькая.
Марина с самым невинным видом поставила подпись. Как только ворота за инспекцией закрылись, братва рухнула от хохота прямо на крыло МиГ-9.

Глава 3. Новые горизонты: КБ «Беленькая и Братва»

Утреннее солнце пробивалось сквозь вымытые окна авиационного гаража. Но этот день отличался от предыдущих. Стол, где ещё вчера стоял таз с пельменями, теперь был полностью очищен и завален чертежами, спецификациями и лицензионными бланками.
Марина Беленькая подошла к микрофону, но объявлять ничего не стала, а просто постучала по нему пальцем, привлекая внимание команды.
— Братва, — твёрдо произнесла Марина. — Вчерашний визит этих бюрократов натолкнул меня на серьёзную мысль. Нам надоело прятаться, маскировать наши шедевры под макеты и просить разрешения на спасение людей. Наш опыт, золото рук Мирона и Володи, гениальность Смекайло, навигация Вержбицкого и отвага Анжелы — это готовое КБ.
Марина развернула большой ватман, на котором красовался аккуратный логотип с крыльями и надписью: «Частное Конструкторское Бюро авиационных модернизаций "Братва"».
— Я подала документы на регистрацию частного КБ, — продолжила Марина под одобрительный гул команды. — Наш профиль — глубокая модернизация старой техники под экстремальные задачи. МЧС, геологи, метеорологи — все они стоят в очереди за машинами, способными летать там, где пасуют современные пластиковые дроны. Мы официально переоборудуем наш гараж. Расширяем станочный парк, ставим сертифицированный стенд для проверки КИПиА и открываем официальный инженерный отдел.
— Первым делом нужно легализовать наш МиГ-9 как глубоко модифицированный гражданский прототип «Братва-1»! — загорелись глаза у штурмана Вержбицкого.
— А я уже придумал, как поставить на него систему вертикального взлёта по принципу народной смекалки! — потёр руки Смекайло-де-Цопфи.
— Ну всё, держись, авиация, — улыбнулась Анжела Власенко, переглядываясь с Мироном Токаревым. — Теперь мы развернёмся по-взрослому.
Братва закатала рукава комбинезонов. Началась новая глава в истории легендарного гаража — глава официального, грозного и непобедимого КБ.