Туннель в аду

Я познакомился с нею в Майнкрафте. Я строил туннель в Незере между двумя базами, а она добавилась через Friends of Friends. Ник у нее был KiTa.

Я тогда учился в седьмом классе. Когда начались обстрелы, нас перевели в онлайн. Отец уехал в Германию, а мы с мамой и бабушкой остались. У нас был большой загородный дом, с хорошим подвалом. Мы там прятались, когда объявляли тревогу, а потом я и совсем остался там жить. Мне даже нравилось. Я увлекался ниндзя, читал только про это, сочинял истории про разные подвиги, рисовал их на листах из альбома цветными фломастерами и завесил рисунками всю стену. У меня в подвале была кровать, но я стаскивал матрас на пол и спал там – настоящий ниндзя должен уметь спать на земле. Я почти не выходил из подвала. Родителям я говорил, что делаю уроки, но на самом деле я рисовал или играл в Майнкрафт. Ник у меня был Hatsumi, так зовут одного из ныне живущих великих воинов-ниндзя.

Мы с Китой строили туннель из меди и обсидана, получилось хорошо. Сначала болтали в чате, а потом стали созваниваться. Кита оказалась девочкой моего возраста,  худой, с очень белой кожей, очень темными глазами и черными вьющимися волосами. Она была очень красивая, но немного странная. Она все время что-то сочиняла, и поэтому я не мог понять, правду ли она говорит или придумывает.

Кита рассказала, что мама у нее русская, а папа армянин, что раньше они жили в Петербурге, а теперь в Ереване. Она ходит в русскую школу, но все учебники на армянском. Она уже понимает, но не очень. Говорить на армянском пока не может. У нее есть два подруги – одна Гуля, из езидов, а другая Сусана, из молокан. Сусана все время ходит в платке, и это очень красиво, и Кита тоже захотела ходить в платке, но мама ей не разрешила. Кита сочиняла рассказ про то, как внутри одной девочки жил другой человек и надо было следить за тем, чтобы он не выбрался наружу, иначе может случиться беда. Но может и не случиться, может, наоборот все будет хорошо, тут не угадаешь.

Кита все время разговаривала со мной из крошечной комнатки, где у нее стояли стол с компьютером и кресло-кровать. Однажды во время нашего разговора я услышал какие-то нечленораздельные крики и стук в стену. Когда я спросил, что это, она ответила, что так, не обращай внимания. Но потом рассказала, что у нее есть брат-близнец, он больной. Когда принимает лекарство, то тихий, сидит и смотрит мультфильмы или ходит кругами. Но иногда на него находит, и он начинает кидаться на нее и родителей. Поэтому Ките сделали комнату, в которой она может закрыться на время припадков.

Хотя мы с Китой довольно много общались, мы не знали настоящих имен друг друга. Как-то не было необходимости. Кита и Хацуми, вот и все.

Вскоре моя жизнь сильно изменилась. Обстрелы становились все сильнее, вы забрали самое необходимое и уехали к папе в Гамбург.  Папа устроился работать автомехаником и стал зарабатывать так, что смог нас содержать.  Нам выделили социальное жилье, небольшую квартиру, и мне стало не до Майнкрафта. Я пошел в здешнюю школу. Немецкого поначалу я совсем не знал, меня буллили дети эмигрантов. Но я стал ходить на карате и научился отлично драться. Знакомые рассказали, что в наш дом попала бомба и теперь его совсем нет.

Спустя пару лет жизнь немного наладилась. Мама с бабушкой занимались на курсах немецкого языка и даже смогли найти работу. Мы стали путешествовать по Европе, видели Италию, Францию и Испанию. Особенно мне нравилась Испания на самой крайней своей оконечности, где маяк на Финистерре, где нескончаемо дует ветер и холодный океан.

Я пытался найти Киту, но она больше не заходила в Майнкафт. Однако я все же нашел ее через друзей друзей. Я позвонил ей в Вотсап. Она обрадовалась. Она выросла, ее лицо стало четче и печальней, но она все еще была очень красивая. Кита рассказала, что отец с матерью развелись и теперь она живет с отцом в другом месте, ходит в другую школу, научилась говорить по-армянски и учит английский язык, потому что хочет уехать учиться за границу. Я рассказал ей о своих приключениях, и, к моему удивлению, она слушала их так, как будто я пересказываю давно известный ей сюжет.

 Вдруг Кита сказала что-то по-армянски, а я ответил ей по-немецки, и мы засмеялись. Я не знаю, что сказала она,а я сказал: "Я все же тебя нашел."

- Слушай, я все никак не соберусь спросить тебя. А почему тогда, в самом начале, когда я строил туннель в аду, ты добавилась ко мне?
- А что, ты так и не понял? – Кита грустно улыбалась. – Твое Имя. Кими но на ва.