На пути к себе

   Сегодня начинаю пошагово пуБликовать книгу воспоминаний.Жизнь моя весьма поучительна. Осбенно для людей, входящих в литературу.

ШАГ ПЕРВЫЙ

                НА ПУТИ К СЕБЕ
                (воспоминания)

    Родись я  на полвека раньше, то есть всего на одну не больно-то и долгую человеческую жизнь – и уже в раннем детстве осознавал бы себя воцерковленным христианином, крестьянином. Но мой отец, Смирнов Пётр Петрович 1906 г.р. сумел выучиться на бухгалтера, и Богом для меня стал не Христос, а Сталин. Не совсем Богом, конечно, но неким могучим, мудрейшим Вседержителем.
   В момент неожиданной смерти Вседержителя наша семья, потасканная не только войной, но и собственными внутренними неурядицами, жила во Всеволожском районе, вплотную прижавшись к Питеру. Здесь. в деревне  Ковалёво, где располагалась межрайонная контора «Заготскот», отец работал главным бухгалтером, а я в школе на Пороховых домучивал совершенно мне ненужный 8-й класс. Меня тянуло в техникум, хотелось поскорее стать самостоятельным, ради этого отец и перебрался сюда из Волховстроя после завершения мною семилетки, но после 7-го меня никуда не взяли: в техникумы брали с четырнадцати, а во мне ещё и 13-ти не набралось. И я вынужден был пойти в 8-й класс.
    Начальную причину тому заложил именно отец. Он вернулся с войны уже в 42-ом, разыскав свою эвакуированную семью в глубокой Сибири. Война откусила ему левую ногу высоко, чуть ли не до самого паха. Сразу же стал учить меня чтению. Наверное, видя во мне наследника: я был для него первым ребёнком мужеского пола; до меня последовательно появились три девочки, две из которых умерли во младенчестве.
    На четвёртом году жизни я уже бегло читал, даже не запинался. И когда по дороге на запад мы были вынуждены на целый год задержаться в Кропоткине на Кубани, - отец пытался отдать меня в школу и вовсе с пяти лет, заодно с сестрой Тамарой, коей как раз исполнилось семь, но во мне не обнаружилось необходимой дисциплины. Я, правда, заинтересовал учителей как явление, они даже несколько раз устраивали мои показательные чтения  для третьеклассников, но в регулярной учёбе мне было отказано. И только через год, когда мы в качестве колонистов оказались на Карельском перешейке, близ Выборга, в только что организованном совхозе, - я стал законным первоклассником.  Без малого в шесть лет, поскольку родился 21 сентября.
    Начались уроки, которая вела незабываемая Екатерина Дмитриевна – единственная учительница на всю поселковую начальную школу.  В одном просторном помещении  стояли четыре ряда парт – каждому классу свой ряд – и между ними ходила высокая, стройная Екатерина Дмитриевна, успевая разобраться с проблемами буквально каждого ученика. Как ей удавалось вести разом четыре разновозрастных класса – ума не приложу. И, что особенно удивительно, – выпускники её школы, сдавая выездные строгие выпускные экзамены, получали, как правило, только хорошие и отличные оценки. Полным отличником окончил её школу и я. Настолько же полным мне уже потом бывать не приходилось. Разве же я могу позабыть Екатерину Дмитриевну, её компактную школу, проникнутую доброжелательством, да и саму тогдашнюю поселковую жизнь. 
    В этом спешно оставленном финнами посёлке Кайяла по сути впервые началось моё непрерывно осознаваемое существование, началась связная для меня череда событий. Отчётливо вижу наш (выделенный нам) дом с обширными и основательно сооружёнными (на высоких гранитных фундаментах) хозяйственными постройками на берегу живописной одноимённой с посёлком речки Кайяла. До сих пор вспоминаю ухоженный прежними хозяевами хвойный лес, полнящийся белыми грибами, где

                меня лапали ели,
                нависая плечисто
                и озёра глазели,
                как я плавать учился,

до подробностей излучин помню речку, где пропадал с удочкой в сопровождении огромного кота финского происхождения. Здесь, в солнечный майский день 45-го прозвучал долгожданный для всех нас крик Победа!!! Счастье своего пребывания на земле я ощутил именно там, в Кайяле, в тяжкое, полуголодное время для нашей страны.
И там же получил первый серьёзный удар по своему счастью.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ