55. Трудность от слова труд

Самое трудное для меня — отпускать близких: партнёра и детей, которые чаще всего рядом. Уважать их желания и принимать их — вот что даётся тяжелее всего.

Ведь это так очевидно со стороны: вот он хочет пить, чтобы убегать от себя, — и Бог подгоняет и подгоняет ему события, чтобы был повод. Вот ребёнок не хочет учиться — и Бог ему это создаёт. Все случаи — чтобы удостовериться и утвердиться. Или не хочет в садик — и вот болеет и болеет, чтобы не ходить, и Бог создаёт это. Или вот он хочет быть Богом — и ему исполняют это и подгоняют, чтобы играл. Ему не нравится, но сам себя обманывает, и как будто нравится, и верит в это. Сам придумал и поверил.

Я и к Богу обращалась: почему, почему Ты исполняешь его желания, ведь это стопор, тормоз, неразумно? И к ответственности за желания призывала.

Это была моя петля — как-то повлиять и на близкого, и на Бога.

Я вижу теперь: доверие — не только к Богу, но и к этой личности, через которую Бог приходит ко мне. Доверие к Богу проверяется на близких: доверюсь ли я Ему в том, кого люблю, — и доверюсь ли самому человеку, через которого Он говорит со мной.

Его желания, даже разрушительные на вид, — его разговор с Богом, а не мой промах. Бог ведёт его его путём — через то, что он выбрал, к тому, что ему нужно. А моя любовь — не в том, чтобы спасти, а в том, чтобы быть рядом, не входя в его путь. Быть стеклом: свет проходит, а я не отсвечиваю своим «я знаю лучше».

Быть рядом — значит исполнять роль как форму, не отождествляясь с ней как с ответственностью за чужой путь. Роль даёт вам руки, слова, границы — инструменты контакта. Присутствие даёт свободу: сделал, что входит в роль, — и отпустил. Роль сеет и держит границу. Присутствие доверяет и уважает. Вместе они и есть прозрачность: вы в форме, но свет через вас проходит, не задерживаясь на вашем «я».