Тридцать два в руках

До середины второго десятилетия 19-го века, вторжения, предпринимаемые военными отрядами кроу на территорию черноногих, к северу от Миссури, в сочетании с периодическими набегами на нез-персе, гро-вантров и ассинибойнов, достигли определенного успеха, хоть и небольшого по сравнению с военными победами прошлых лет. Этот успех компенсировал недавнюю волну нападений на селения кроу со стороны шайенов и сиу. В то время сиу еще не продвигались в больших количествах на запад, дальше среднего течение реки Кэннонболл, а на севере дальше Гранд-Ривер и Биг-Шайен-Ривер в Северной и Южной Дакоте, хотя их военные отряды постоянно совершали набеги дальше, глубоко в сердце страны абсарока (кроу). Часто эти набеги происходили по наущению шайенов, которые уже бросали жадные взоры на богатые охотничьи угодья в районе реки Паудер, принадлежащие кроу.

Шайены всегда считали кроу грозными врагами – храбрыми, находчивыми, компетентными, и часто более чем достойными противниками, когда противостояние происходило в равных условиях. Кроу заслужили свою репутацию и пользовались уважением у всех своих соседей, как друзей, так и у врагов. Изгнав полвека назад шошонов и флатхедов из области рек Йеллоустон и Бигхорн, кроу теперь безраздельно владели этой территорией и даже распространяли свою сферу влияния на прилегающие районы: на север до Милк-Ривер и дальше; на юг до реки Платт; на запад до Скалистых гор; и на восток до Литтл-Миссури-Ривер и западных окраин Блэк-Хиллс (Черные Холмы). Этот период был «золотым веком» кроу и верхом их могущества на высоких равнинах. Но продолжалось это недолго. К началу 1800-х годов племена черноногих – пикуни, сиксики и кайна – начали наступать с севера, в то же время шайены, поддерживаемые и поощряемые некоторыми племенами тетон-сиу, вторглись с востока. В конце концов, давление со стороны враждебных племен привело к сжатию племенных границ кроу до района реки Паудер на востоке; Джудит на севере; на юге до района низовья реки Йеллоустон; который охватывал притоки реки Тан, Роузбад и Бигхорн, включая нижнюю часть долины Уинд-Ривер (река Ветра); и на западе вплоть до рек Мэдисон, Прайор и гор Абсарока. Следующие полвека вышеозначенная область являлась признанной страной кроу (1). Но это не означало, что военные отряды и охотничьи партии кроу не продолжали проникать далеко за эти границы, хотя теперь они делали это на свой страх и риск, всегда находясь под угрозой нападения превосходящих сил противника.

Восточные границы старой территории кроу по обе стороны реки Паудер в нижнем ее течении, стали своего рода ничейной землей, где можно было встретить военные отряды из полудюжины племен – враждебные друг к другу и все враждебные по отношению к кроу. Однако в первые два десятилетия 19-го века кроу оставались многочисленным и грозным противником, и хотя им приходилось защищаться на всех фронтах, они часто переходили в наступление. В это время они нанесли несколько тяжелых поражений своим врагам, а 1819 год долгое время считался у кроу самым памятным благодаря серии побед над военными отрядами нескольких племен, с которыми они тогда конфликтовали. Именно в это время кроу обрели полную уверенность в своих силах, наряду с чувством величия, как в отношении собственной доблести, так и в отношении собственной военной мощи на северных равнинах. На тот момент их численность возросла вдвое со времени опустошительной эпидемии оспы 1780-82 годов, и у них имелись все основания для того, чтобы считать себя равными по силе,- если не превосходящими, - многим противникам вокруг (2).

Примерно в 1815 году или около того Красит Свое Лицо Красным – главный вождь горных кроу, а может, и главный вождь всего народа кроу – погиб. Случилось это, то ли в бою, то ли по какой-то другой причине, - ни документальные данные, ни племенная устная традиция ничего об этом не говорят. Известно лишь, что человек по имени Длинноволосый занял его место благодаря не только своим военным достижениям, но и своим исключительным способностям в части магии. Тем не менее, возвышение до ранга главного вождя племени, - а произошло это, когда ему было около пятидесяти пяти лет, - не стало бы возможным без его активного участия в более ранних конфликтах с врагами его народа. Как главный вождь он отказался от военной тропы и отложил в сторону томагавк и копье, кроме случаев, связанных с обороной лагеря и при его перемещении. Он полностью возложил на себя обязанности гражданского главного вождя, которые включали в себя постоянную заботу о благе племени в противовес любому личному желанию возвыситься или прославиться. Он быстро становился самым любимым и всё более уважаемым человеком среди абсарока. Его характер часто ставили в пример молодым воинам, говоря, как отдельно взятый кроу должен думать и действовать – всегда ставя на первое место благополучие всего народа и заботу о младших, старых и немощных членах племени (3).

Большинство белых людей из тех, кто знал Длинноволосого, сходились во мнении, что самым особенным атрибутом вождя были его длинные волосы, длина которых по разным данным составляла от девяти до двенадцати футов. Для самих же кроу основным его достоинством была его исключительная способность предсказывать грядущие события. Люди трепетали перед ним, как перед избранником самого Акбаатадиа (Великий Дух в верованиях кроу). Дар провидца у Длинноволосого простирался так далеко, что ряд его предсказаний не сбылись в течение одного или даже двух поколений после его смерти. Этот феномен только усилил благоговейное преклонение перед ним, благодаря которому о нем была сохранена память (5). Сохранился один пример, имеющий отношение к 1819 году, по которому можно судить об его предполагаемых психических способностях. Этот пример до сих пор повторяется в устных преданиях племени. Казалось, что к 1819 году кроу, наконец, добились доминирующего влияния во вспышках военного противоборства, в которых они были неизменными участниками. Среди врагов кроу в то время особенно выделялись шайены и их менее многочисленные родственники сутайо. Эти сутайо, несмотря на их меньшую численность, упорно отстаивали свои права на владение областью реки Тан и низовьев реки Паудер. Они вели ожесточенные военные действия против кроу, когда редко проходила неделя без какого-нибудь кровопролитного столкновения. Времена то одна, то другая сторона собирала большой военный отряд, который вторгался вглубь территории противника, либо с целью отомстить за недавно понесенное поражение, либо для нанесения оскорбления врагу и собственного возвышения. Однако каждая победа имела свою цену. Именно это произошло в 1819 году, когда неудачный набег за лошадьми военного отряда шайенов и сутайо привел к краху горных кроу под предводительством Длинноволосого. Только один из побежденных союзников выжил и принес новость о резне своему народу. Шайены восприняли это событие так близко к сердцу, или сочли его настолько важным, что в ответ организовали карательную экспедицию против кроу с единственной целью – нанести серьезный ущерб численности этого народа и его самоуважению.

Согласно историкам кроу, примерно в конце лета 1819 года в лагере горных кроу, расположенном на западном берегу нижнего течения реки Тан вождь Длинноволосый позвал своих подчиненных вождей и старейшин к своему большому красно-черному типи. Он велел им передать, что хочет сообщить нечто важное. И вот, когда все собрались, скрестив ноги, вокруг центрального костра, Длинноволосый взял в руки немного земли, собранной на холмике кротовой норы, и насыпал небольшую кучу перед собой. Затем он углем разжег свою трубку и сделал несколько затяжек. Одновременно с этим он пробормотал несколько бессвязных фраз своим низким голосом. Наконец, после того, как Длинноволосый пустил трубку по кругу, слева направо, и все сделали по затяжке, он сказал собравшимся: «Сегодня я получил великое и сильное видение, в котором мне явились защитники Утренняя Звезда и Дух Медведя и открыли мне глаза, позволяющие мне видеть вещи, которые наверняка сбудутся. Я увидел врагов, приближающихся к нашему лагерю, и белый пороховой дым вырывается из их громовых палок. Вскоре после того, как дым рассеялся, я увидел много тел, лежащих вокруг нашего лагеря, оскальпированных и окровавленных. Но это были не абсарока; это были тела наших врагов – людей с полосатыми стрелами. Никто из них не остался в живых» (6).

Все, кто находился в типи, внимательно выслушали своего вождя в благоговейном молчании, а затем стали что-то бормотать друг другу, обсуждая услышанное. Через некоторое время Длинноволосый вытянул вперед руки со сжатыми кулаками и сказал: «В этих руках я держу врагов; скажите мне, мои вожди, сколько голов (скальпов) вы хотите получить?». Один из собравшихся ответил, наклонившись вперед: «Отдай нам всё, что ты держишь». Длинноволосый разжал кулаки, и там, выставленные на всеобщее обозрение, лежали восемь маленьких косточек прерийной совы – по четыре в каждой ладони. «Я даю вам это», - сказал Длинноволосый, бросая кости на холмик земли перед собой. Собравшиеся вожди и старейшины снова зашептались между собой. Они крикнули все разом: «Ах-хо, ах-хо». Затем один из них сказал: «Дай нам больше, чтобы мы могли петь наши победные песни много лун подряд». Некоторое время Длинноволосый сидел и молчал, заложив руки за спину. Затем он во второй раз вытянул их вперед со сжатыми кулаками и сказал: «Снова я вас спрашиваю, сколько голов вы хотите получить?». И снова прозвучал ответ: «Отдай нам всё, что у тебя есть». Длинноволосый разжал кулаки, обнажив еще восемь маленьких косточек прерийной совы. Затем он так же, как в первый раз, стряхнул их перед собой на кучу земли, взятую с холмика кротовой норы. Все собравшиеся теперь в изумлении смотрели, прикрыв рот ладонью, не понимая, как и откуда взялись кости, если только что они своими глазами видели пустые руки вождя. Еще дважды собравшиеся требовали голов своих врагов, и еще дважды Длинноволосый повторял свои действия, доведя общее число повторений до священного числа четыре. В итоге тридцать две косточки лежали разбросанными на куче земли перед ним. Таково, по его словам было количество врагов, которое его духи-защитники обещали ему в его видении: тридцать два в руках.

В заключение Длинноволосый сказал: «Мои вожди должны набраться терпения, пока не исполнится мое видение. Воистину, говорю я вам, произойдет это к тому времени, когда родится новая луна».

Следующие несколько дней тянулись медленно. Но на четвертое утро в селение горных кроу прискакали разведчики и сообщили, что неподалеку от него замечен военный отряд черноногих. Немедленно целая толпа воинов кроу вскочила на своих боевых пони и помчалась навстречу врагу. Отряд черноногих был рассеян с большими для него потерями , и торжествующие кроу вернулись в селение с несколькими окровавленными скальпами над своими головами и с человеческими конечностями, привязанными к концам их копий и ружейных стволов.

Многие из воинов-победителей предположили, что именно эту победу напророчил им Длинноволсый, несмотря на то, что было взято намного меньше скальпов, чем «тридцать два в руки», и сам великий вождь просто сидел в типи, что было указанием на всякое отсутствие у него энтузиазма. К тому же, еще не настало время для исполнения его пророчества, так как новая луна еще не появилась (7).

Но на самом деле колесо судьбы уже пришло в движение, медленно вращаясь во исполнение пророчества Длинноволосого. Началось это примерно четыре дня назад в селении шайенов и сутайо на берегу Белль-Фурш, рукава реки Биг-Шайен к северу от Блэк-Хиллс. В тот самый день, когда вождь кроу разъяснял свое видение вождям в его красно-черном типи, тридцать два воина собрались в Воинской Палатке (типи) общества Изогнутого Копья сутайо и затем отправились в набег в страну кроу. В Воинской Палатке они готовились, распевая песни своего общества и зачитывая заклинания, чтобы добиться успеха в предстоящем походе. Большинство из собравшихся были членами общества сутайо Изогнутого Копья, но также присутствовали несколько воинов шайенского общества Тетивы. Опытный воин сутайо по имени Одноглазая Антилопа был их Носителем Трубки, то есть, лидером, и именно он имел у себя на вооружении единственное в этой группе ружье (8).

Ранним утром следующего дня, еще до восхода солнца, отряд двинулся пешком в тусклом свете зари на запад. Это было в конце лета – «луна, когда вишни созрели» – и они надеялись застать кроу во время проведения теми их ежегодных религиозных празднований, так как в это время тысячи их лошадей бродят вокруг селения, что должно намного облегчить похищение сразу большого табуна, а также можно будет сравнительно легко захватить в плен или убить какого-нибудь кроу – мужчину или женщину – покинувшего пределы основного лагеря.

Когда военный отряд день за днем неторопливо продвигался к своей цели, казалось, что могущество святых людей сутайо, которые благословляли и молились за удачу отряда, оберегает их, и что личные тотемы-хранители каждого присутствующего воина также присматривают за ними. Им удалось без происшествий добраться до вражеской страны, а значит, пока всё шло по плану.

Вся компания находилась в приподнятом настроении и была уверена в успехе (9).

И всё же, когда они, наконец, пересекли реку Паудер и продолжили путь в западном направлении, всё глубже и глубже проникая в страну кроу, они соблюдали предельную осторожность. Малейшая оплошность, и кроу могли их обнаружить. Преимущество небольших отрядов заключалось в том, что они могли быстро и бесшумно рассредоточиться при возникновении опасности, и им было гораздо легче спрятаться в подлеске. Кроме того, они не привлекали столько внимания у людей и животных, как тридцать или более пеших воинов, целью которых являются лошади и скальпы. Поэтому этот военный отряд продолжал очень осторожно продвигаться по местности, внимательно высматривая любой знак, указывающий на присутствие врагов. Наконец, достигнув реки Тан, шайены обнаружили то, что они искали.

Информант метис (шайен и белый) Джордж Бент утверждал, что шайены нашли селение кроу на берегу реки Тан, и, дожидаясь наступления темноты, - когда они попытаются украсть как можно больше лошадей в окрестностях лагеря, - они вдруг увидели, что мальчики кроу перегоняют животных поближе к жилью. В то же время они заметили некоторых воинов кроу на их военных пони. Казалось, что они готовятся к большой битве. Затем из селения выехало много кроу, которые начали скакать вверх и вниз по долине, где спрятались шайены. По этим действиям шайены догадались, что они обнаружены и вот-вот будут атакованы. Поняв, что если они останутся здесь, то их легко убьют, они покинули свое укрытие и побежали на вершину ближайшего холма, где быстро соорудили бруствер из камней и приготовились к обороне (10).

С другой стороны, в рассказе, записанном поздним историком шайенов Джоном Стоящим в Лесу, который он получил позже даты, когда Бент собирал информацию у старых рассказчиков шайенов и кроу, отряд шайенов двигался вверх вдоль реки Тан с разведчиками по обоим флангам. Эти разведчик пришли и доложили, что, по-видимому, отряд идет по тропе вражеского военного отряда, хотя они понятия не имели, где теперь находились эти враги. Стоящий в Лесу утверждал, что кроу к этому времени уже обнаружили шайенов и намеревались устроить им засаду на развилке притока реки Тан, ныне известного, как Прейри-Дог-Крик (ручей Прерийной Собаки). Не зная этого, два шайенских разведчика поврозь снова ушли на поиск, но вскоре один из них вернулся с сообщением, что ничего примечательного он не видел. Однако другой разведчик, человек по имени Два Быка, остался впереди отряда на восточном берегу ручья. Как выяснилось позже, он наблюдал за происходящим из укрытия на некотором расстоянии от того места, где окопались его товарищи.

Шайены прошли дальше вдоль Прейри-Дог-Крик вплоть до разделения его русла на два рукава, а затем двинулись вдоль гребня невысокого хребта, находившегося между этими двумя рукавами. Именно в этот момент на отряд внезапно обрушилась толпа кроу, которая быстро его окружила и вынудила вступить в отчаянную схватку (11).

В еще одной версии, которую получил Джордж Берд Гриннелл от нескольких информантов шайенов и кроу, говорится, что во время перехода шайенов вдоль реки Тан с разведчиками по обоим флангам, они внезапно наткнулись на одинокого и тоже пешего индейца, который немедленно развернулся и побежал. Однако шайены вскоре догнали его и убили (12). Джозеф Магическая Ворона добавил, что, осмотрев свою жертву, шайены сразу поняли по форме украшений и прическе в стиле помпадур (высокая мужская прическа с валиком впереди), что это кроу, но был ли он разведчиком из селения кроу или действовал как приманка для скрытого военного отряда, не выяснено (13). Однако, как только они сняли с него скальп, появился огромный военный отряд кроу – одни верхом на лошадях, другие пешие – и сами шайены вынуждены были бежать (14).

Как бы то ни было, но все источники сходятся в том, что шайены медленно перемещались между двумя рукавами ручья, двигаясь по гребню хребта, который привел их к ровному участку земли, размером примерно триста на двести метров в длину и ширину, и именно здесь, на ровном участке земли, скрывавшиеся до этого кроу атаковали их. Шайены бросились наутек, и на усыпанной сланцевыми породами вершине соседнего холма, возвышавшегося над Прейри-Дог-Крик, они остановились. Как это было типично для старых межплеменных конфликтов, кроу ненадолго остановились перед решительной атакой, и шайенам, несмотря на то, что они были несколько ошеломлены, этого хватило, чтобы убежать и занять хорошую позицию для обороны на господствующей высотке. Увидев бегущую перед собой добычу, большая группа кроу стремглав бросилась в погоню, пытаясь отрезать путь шайенам к отступлению. Их головные уборы с перьями развевались по ветру, а полуобнаженные тела, вымазанные красной и желтой охрой, согнулись в седле в стремлении добраться до врага. Но было уже поздно. К тому моменту, когда кроу уже собирались атаковать холм, шайены уже укрылись за наспех возведенными, но крепкими каменными брустверами, приготовившись к длительной осаде.

Вид на место резни воинов из общества Изогнутого Копья. Шайены заняли позиции на центральном холме, возвышающемся над Прейри-Дог-Крик, где их осадили кроу. Фото автора, Брайана Кифа, сделанное в 1996 году.
Сам холм представляет собой своего рода естественную крепость, где легко обороняться от превосходящих вражеских сил. В основном его склоны очень крутые, но в одном месте он плавно спускается с вершины к подножью. Здесь лошади могли без особого труда подняться на его гребень. Шайены, окопавшиеся на вершине, уделили особое внимание этому склону и кроу, которые, несмотря на все их усилия, не могли преодолеть подъем и захватить позицию в лихой кавалерийской атаке. Как только всадники кроу с грохотом устремились к вершине, шквал шайенских стрел сбил их порыв и заставил откатиться в долину. Если бы кроу не замешкались в самом начале, а сразу набросились на небольшое шайенское войско, когда они его впервые увидели, то они застали бы врагов врасплох и перебили бы их всех, не дав ни малейшего шанса на спасение бегством. Однако, по своему обычаю, кроу натянули поводья, чтобы дать врагам увидеть всё их варварское великолепие, и чтобы самим насладиться выражением удивления и отчаяния на их лицах, когда они вмиг осознали, что их ждет неминуемая гибель. Но оказавшись за брустверами, шайены могли с легкостью отражать атаки кроу, и каждый воин получил возможность дорого продать свою жизнь, как и подобает храбрецу из Отрезающих Руку (15).

Неудача первой атаки привела кроу в чувство. Они поняли, что было бы глупо штурмовать холм в лоб, пока шайены остаются за брустверами и имеют боеприпасы. Ни к чему другому, кроме потери какого-то числа воинов это не могло привести. Вместо этого кроу окружили позицию шайенов, и, укрывшись в складках местности, начали обстреливать обороняющихся из гладкоствольных ружей, которых у них было в избытке после недавней торговой поездки к их двоюродным братья хидатса. Таким образом, они прижали шайенов к земле, не давая им сбежать, и, тем временем, послали гонцов к другим кроу, чьи селения находились поблизости, с просьбой прислать на помощь своих воинов.

Вождь Длинноволосый находился в своем типи, когда прискакали гонцы и сообщили, что шайены находятся поблизости. Он немедленно взял ситуацию в свои руки. «Это мое пророчество исполняется», - объявил он и приказал всем воинам своего селения выступить навстречу противнику.

Джо Магическая Ворона стоит на месте, где кроу обнаружили военный отряд пеших шайенов. Фото Скотта Бургона, Вайоминг, 2006 год.
Несколько групп или кланов составляли деление горных кроу, и если они на тот момент не стояли лагерем вместе, то, несомненно, находились близко друг от друга и могли объединить свои силы в любой момент. Поэтому, когда Длинноволосый послал гонцов, чтобы сообщить остальным кланам о случившемся, все горные кроу пришли в движение. Мужчины боеспособного возраста наспех надевали на себя военную одежду, раскрашивали лица и тела, и вскоре сотни воинов мчались наперегонки к месту обнаружения врагов, вопя и визжа, как будто это была орда раскрашенных демонов. Мысль о тридцати или более скальпов Отрезающих Руку была слишком желанной, чтобы ее игнорировать, и вслед за воинами появились женщины и дети кроу, - все жаждущие посмотреть на бой и увидеть уничтожение своих смертельных врагов.

Когда они, наконец, прибыли на сцену действия, Длинноволосый созвал военный совет и обратился к собравшимся вокруг него: «Настало время Утренней Звезде и Духу Медведя исполнить обещание, которое они мне дали. Как вы знаете, сегодня они отдали в наши руки тридцать два наших врага. И я говорю вам теперь, что до захода солнца никто из этих людей не избежит скальпирующих ножей бесстрашных абсарока» (17).

В ответ все собравшиеся издали серию диких, ужасающих военных воплей. Казалось, что все очень взволнованы перспективой уверенной и легкой победы. Длинноволосый сказал: «У нас много времени. Мы не должны жертвовать жизнями наших молодых людей, действуя опрометчиво в стремлении покончить с врагами слишком быстро. Вместо этого скажем нашим женщинам, чтобы они возвращались в наши лагеря, сворачивали наши типи и перетаскивали их сюда. Мы поставим их здесь, на ровной земле, которая окружает холм, где засели враги, полагающие, что они хорошо защищены. Мы будем оставаться здесь до тех пор, пока битва не закончится и этих людей полосатых стрел больше не будет» (18).

Предложение Длинноволосого было единодушно одобрено всеми членами Совета. Глашатай племени велел женщинам сделать то, о чем просил их вождь. Женщины вернулись через час вместе с травуа и вьючными лошадями, которые были нагружены шестами и покрышками для типи, а также различным домашним скарбом. Длинноволосый сказал им, чтобы они ставили типи равномерно вокруг подножия холма, отрезая, тем самым, все пути для отступления осажденным шайенам. Тем временем, сами шайены с опаской наблюдали за происходящим, сидя на вершине своего скалистого убежища, - без сомнения, с некоторой долей любопытства, - но им оставалось только ждать и гадать, что произойдет дальше (19).

Как только типи были возведены, кроу начали относиться к этому событию, как к какому-то празднику. Старики били в барабаны и дули в свистки из орлиной кости, а женщины исполняли песни Сильных Сердец в честь своих сыновей и мужей, чтобы придать им мужества в предстоящей битве. Котелки для еды были поставлены на огонь, и многие из числа условно гражданского населения (женщины, дети, старики) заняли удобные места, откуда можно было наблюдать за надвигающимся столкновением, тем самым, потакая своим нездоровым интересам.

В полдень, решив, что все приготовления к битве сделаны, кроу возобновили сражение. Почти каждый окружающий куст и валун скрывал воинов кроу, которые со всех возможных углов обрушили на осажденных шайенов шквал пуль и стрел. В течение всего оставшегося дня продолжался этот обстрел, а шайены отвечали стрелами, которые прилетали к ним со стороны кроу, чтобы не тратить собственные боеприпасы. Время от времени с их стороны раздавался выстрел из единственного их ружья, принадлежащего Одноглазой Антилопе. Однако такой шайенский ответ почти никак не воздействовал на кроу, потому что, когда замолкало одно их ружье, его место сразу занимало другое.

Некоторые шайены были ранены, несколько из них смертельно, и их товарищи уже поняли, что их собственная гибель неминуема. Однако кроу по-прежнему не рисковали штурмовать их позицию, и по мере того как солнце клонилось к закату, их потери, как убитыми, так и тяжело ранеными воинами, росли, поскольку обороняющиеся на верхушке холма стреляли довольно метко. В конце концов, солнце начало опускаться за западный горизонт, и на землю опустились сумерки. Огонь к этому времени почти ослабел, а затем и вовсе угас. Кроу оставили на холмах некоторых воинов на случай, если шайены попытаются бежать, а сами спустились в подножье холма, и всю ночь звуки пения и танцев, доносившиеся из долины внизу, эхом отдавались над холмами. Под монотонный бой барабанов мужчины выкрикивали свои боевые кличи, а женщины метали в сторону осажденных изощренные ругательства и оскорбления. Шайены, со своей стороны, громко исполняли свои песни Сильных Сердец и кричали в ответ, что их шайенские братья узнают об их смерти и направят в страну абсарока великую силу, которая уничтожит весь их народ (20).

На следующее утро битва возобновилась. Время от времени одинокий воин кроу совершал дерзкий рывок вверх по склону холма в попытке добраться до шайенов и подсчитать «ку» (успешный удар копьем, специальным шестом для «ку», луком или просто палкой по врагу). Однако мало кто из них возвратился обратно, и к полудню шайены всё ещё держались, но по-прежнему не могли сдвинуться с места. И вот, шайенский боец в полном военном убранстве – скальповая рубаха, расшитые бисером леггины и военный головной убор с орлиными перьями – перепрыгнул через бруствер и принялся бегать взад и вперед, вызывая кроу на бой. Он кричал «кар-р,кар-р,кар-р» и хлопал руками, как птица, таким образом, высмеивая кроу. Последовал оглушительный грохот, так как кроу «почти одновременно разрядили в него свои ружья и облако стрел просвистело в его сторону». Но каким-то чудом одинокий шайен не был даже ранен. Он вернулся внутрь бруствера под приветственные крики своих товарищей. Вскоре, однако, он снова перепрыгнул через бруствер и начал повторять свои действия, выражая презрение к врагам. Трижды совершал этот храбрый поступок, и на третий раз, наконец, был убит в результате дружного залпа всей «артиллерии» кроу (21).

Вскоре после гибели этого отважного шайена, его товарищи резко снизили свою стрелковую активность. В конце концов, настал момент, когда последняя шайенская стрела была израсходована. Только Одноглазая Антилопа время от времени стрелял из своего ружья (22).

Снайпер кроу засел в расщелине между двумя скалами недалеко от позиции шайенов. Его смертоносный прицел вызывал некоторый хаос внутри бруствера, и защитники именно от его огня потеряли несколько воинов убитыми и еще несколько были тяжело ранены. Когда шайены уже полностью израсходовали свои стрелы, у Одноглазой Антилопы, их предводителя, еще оставалось немного пороха и несколько пуль для огневого ответа кроу. Его товарищи указали ему на позицию упомянутого снайпера, и когда кроу в очередной раз показался на виду, Одноглазая Антилопа выстрелил и вышиб снайперу мозги. От удара пули воин кроу упал плашмя всем телом на камни впереди себя, головой вниз, наполовину свесившись к земле. Под восторженные возгласы Одноглазая Антилопа перезарядил ружье, поднял его к солнцу и запел магическую песню. Затем он ударил прикладом об землю (чтобы плотней засадить пулю для гарантии успешного выстрела) и, прицелившись в другого врага, снова выстрелил и сразил его наповал. Еще дважды Одноглазая Антилопа повторил эту процедуру, и каждый раз, выбранный им в качестве мишени воин кроу падал замертво. Но после четвертого выстрела позицию шайенов окутала тишина, потому что это был их последний боеприпас (23). Кроу вскоре поняли, в каком затруднительном положении оказались их враги, и были полны решимости покончить с ними до того, как дневной свет полностью померкнет. Предполагая, что в живых осталось всего несколько врагов, они быстро перегруппировались и приготовились к общей атаке. Но не успели они подняться для решающего рывка, как с вершины холма донесся скорбный вой, и кроу поняли его значение. Их враги пели песню смерти братства Изогнутого Копья, готовясь к неминуемой гибели (24).

Не желая тратить время даром, Длинноволосый издал одинокий боевой клич - «ку-ку-хей» - и множество воинов кроу, большинство из которых были пешими, устремилась на вершину холма со всех сторон, карабкаясь по скалистой поверхности и друг по дружке в стремлении первыми добраться до врагов (25).

Широко известный знахарь кроу (чье имя позабыто), одетый в военный головной убор с рогами бизона и сидевший верхом на красивом скакуне, выехал вперед и галопом поднялся по склону, достигнув первым позиции шайенов. Он бесстрашно перепрыгнул через каменную баррикаду и приземлился в самой гуще врагов. Все шайены разом начали размахивать вокруг него томагавками и колоть его ножами, а один из них вскочил на вороного коня позади него и сбросил его на землю, хоть и не без помощи своих товарищей. Знахарь кроу умер еще до того, как коснулся земли, но шайены впали в такое необузданное безумство, что затащили его тело на камни и буквально разрубили на куски (26).

В следующее мгновение остальные кроу, наконец, забрались на гребень холма, и стали растаскивать в стороны бруствер из камней, издавая дикие вопли в предвкушении мести за смерть их знахаря.

Оставшиеся шайены сбились в кучу, крепко сжимая в руках свои ножи с томагавками и собираясь дорого продать свои жизни.

Они испустили серию диких, пронзительных боевых кличей и бросились вперед на толпу кроу, окружившую их со всех сторон. Яростно размахивая своим оружием, шайены схватились со своими врагами в серии отчаянных рукопашных схваток. Но один за другим они валились на землю мертвыми и умирающими, пока все, наконец, не затихли (27).

Два брата, сыновья старого, но очень уважаемого воина сутайо по имени Накидка, Раскрашенная Красным (в дальнейшем просто Красная Накидка), сражались бок о бок и, в конце концов, вместе легли на пропитанную кровью землю, попав в объятья смерти, - так же, как совсем недавно вместе шли по жизни (28). Говорят, что последний шайен сражался наиболее доблестно. Он убил и ранил нескольких воинов кроу, прежде чем сам был превзойден многочисленными врагами. Его тело позже нашли у подножья холма. Очевидно, что он пытался прорваться прямо сквозь ряды кроу, но, поняв, что бежать некуда, встал и остался на месте, сражаясь до конца (29).

Ликующие кроу, включая множество женщин и детей, наблюдавших за боем с безопасного расстояния, бродили по склону холма, добивая раненых воинов Изогнутого Копья. Они срывали с их тел одежду и с радостными лицами отрубали им головы и конечности. Затем жуткие трофеи были прикреплены к копьям и ружейным стволам, чтобы выставить их напоказ в лагере во время праздника победы.

Бык Идет на Охоту, также известный, как Видит Живого Быка, был маленьким мальчиком, когда он стал свидетелем убийства тридцати двух шайенских воинов в 1819 году (Эдвард Кертис).
Знаменитый воин горных кроу и праведник более поздних времен по имени Бык Идет на Охоту, также известный, как Видит Живого Быка, однажды сказал Прямому Перу, информанту Джо Магической Вороны, что ему было около трех или четырех лет, когда произошло это сражение. Когда всё кончилось, его дядя взял его с собой на поле боя, - в место, где вокруг лежали мертвые и изуродованные воины Изогнутого Копья, - и сказал своему юному племяннику, чтобы он прикоснулся своей рукой к одному или нескольким окровавленным трупам, в действии «подсчета ку». Сам Бык Идет на Охоту говорил, что он мало что помнил об этом событии, но по мере того, как он взрослел, над ним часто подшучивали, говоря, что он был самым молодым воином, участвовавшим в этой битве.

Два Быка, единственный уцелевший из отряда воинов Изогнутого Копья, наблюдал за всем происходящим из укрытия на соседнем холме, расположенном севернее, недалеко от места, где ручей разделяется на два рукава (31). Через какое-то время, когда стемнело, и толпа кроу покинула поле боя, Два Быка пустился в долгий и опасный путь домой с тяжелым сердцем, наполненным чувствами мести. Этот единственный выживший, должно быть, потерял ориентировку или просто не знал точно, куда ему надо идти, так как, по словам шайенов, через две луны после битвы, возможно, в начале ноября, когда первые снежные хлопья, предвещая надвигающуюся зиму, начали оседать на вершины холмов, жители селения сутайо увидели издалека тощую, изможденную фигуру Двух Быков и их сердца сжались от мысли о том, что он им сейчас должен сказать. Говорили, что Два Быка всё ещё находился в трауре по своим мертвым товарищам, чьи окровавленные, изуродованные трупы уже давно к этом времени были объедены волками и птицами, и только их обесцвеченные кости являлись немым свидетельством их участи (32).

Узнав печальную новость, люди изрезали себе руки бедра, коротко остригли свои волосы или вырвали их большими клоками из головы. Они разрушили свои типи и разодрали свои одежды. Душераздирающие крики скорби наполнили воздух, так как едва ли в лагере сутайо нашлась бы семья, которая не оплакивала своего потерянного родственника (33).

В то же время среди убитых горем соплеменников начали раздаваться обещания организовать великий поход с целью отмщения смертей своих родичей из воинского общества Изогнутого Копья. Но впереди была еще долгая зима, в течение которой многие типи Отрезающих Руку будут заполнены неотомщенным горем.

Сразу после сражения кроу были в восторге: тридцать один вражеский скальп свисал с поясов воинов абсарока. Однако победители, возможно, сами понесли тяжелые потери, чтобы заполучить их. Годы спустя кроу, участники сражения, рассказали шайенам, что из двадцати пяти их человек, раненых или смертельно раненых, большинство имели легкие ранения, и всего несколько воинов были убиты непосредственно на поле боя. Но некоторые сегодняшние информанты кроу говорят, что в действительности число погибших у них было намного выше, так как многие из тяжелораненых скончались позже от ран (34).

Кроу потеряли много воинов, как во время, так и после сражения, следовательно, пророчество их великого вождя Длинноволосого, возможно, нельзя считать полностью исполнившимся. Тем не менее, победоносный вождь еще выше поднялся в глазах своего народа, который продолжал верить, что его личная магическая сила – воплощенная в длине его волос – всемогуща, и против нее не устоит ни один враг. Разве не была одержана победа, которую пророчил им Длинноволосый? И кто еще из кроу, кроме него, избранного самим Акбаа-тадиа, обладал подобной силой? Кроу были полны самоуверенности и полагали, что никто не может сравниться с их военной мощью. Они пели и танцевали с окровавленными скальпами шайенов в течение многих следующих лун, не прекращая делать это даже в то время, когда «великий северный великан, который всё окрашивает в белое», раскинул по земле свое снежное покрывало.

Тогда среди кроу говорили, что Великий Дух улыбается своим детям. И правда, - звезда Абсарока сияла ярко.

1. Joe Medicine Crow “Papers. Box 1.” Little Big Horn College Library Archives, Crow Agency,

Montana. See also, Curtis, Edward S. “The North American Indian” Vol. 4 “Crow and Atsina;” p.13.

Smithsonian Institution, Washington DC. 1907 - 20.

2. Bradley, James H. Contributions to the Historical Society of Montana. Vol. 2 p.50. 1875. See also,

Wood, W.R. And Thiessen, T. D. Early Fur trade on The Northern Plains. p.206. University of

Oklahoma Press. 1985.

3. Joe Medicine Crow to Author, Audio tape recording; Number one. Lodge Grass, Montana, August

1996. [Author’s collection].

4. CF; Denig, Edwin, “Of the Crow Nation” in Five Tribes of the Upper Missouri, University of

Oklahoma Press, 1961. pp.193-194 and footnote. See also, Anderson, William M. The Rocky Mountain

Journals of William Marshal Anderson 1834 p.100. University Of Nebraska Press, 1967.

5. Glen Bird-in-Ground [Crow informant] to Author; Crow Agency, Montana, September.1996. Note

pad 2. pp.1-3. [Author’s collection].

6. Ibid. Crow Agency, Montana, September 1996. Note pad 2. pp.1-3. The term “Striped Arrow people”

is the recognized interpretation of the Crow name for the Cheyenne, in reference to the latter`s use of

turkey or wild sage-hen feathers for their arrow flights.

7. Glen Bird-in-Ground to Author, Crow Agency, Montana, Sep; 1996. Loc. cited. pp.1-3

8. Grinnell, George Bird, The Fighting Cheyennes p.26. University of Oklahoma Press, 1956. See also;

George Grinnell papers, The “Cheyenne and Crow Warfare.” pp.1-2. The Southwest Museum, Los

Angeles, California. Folder No.494.

9. Joe Medicine Crow to Author. Loc. cit. 1996. Note pad 2. pp.4-5.

10. Hyde, George Edward, Life of George Bent. p.23. University of Oklahoma Press, 1967.

11. Stands-in-Timber, John, Cheyenne Memories, p.129. Edited by Margot Liberty, University of

Oklahoma Press, 1968.

12. Grinnell, George Bird. The Fighting Cheyennes. p.25. University of Oklahoma Press. 1956.

13. Joe Medicine Crow to Author, Lodge Grass, Montana, August, 1996. Loc; cited. Note pad 2. pp.4-5.

14. Grinnell, George Bird. The Fighting Cheyennes. pp. 25-26. University of Oklahoma Press. 1956.

15. Общее название, которое также иногда переводится, как Отрезающие Пальцы. Применялось другими племенами в более поздние времена к шайенам в целом, но ранее только к сутайо из-за их обычая отрезать правую руку своей жертвы, или отрезать пальцы своего врага, из которых они затем делали ожерелье в качестве украшения, которое носили на шее.

16. Glen Bird-in-Ground to Author, Crow Agency, Montana, Sep; 1996. Note pad 2. pp.1-3.

17. Ibid. loc. cit. pp.1-3

18. Ibid. loc. cit. pp.1-3.

19. Ibid. loc. cit. pp.1-3

20. Ibid. loc. cit. pp.1-3

21. Ibid. loc. cit. pp.1-3.

22. Grinnell, George Bird. The Fighting Cheyennes. pp.25-26. University of Oklahoma Press. 1956.

23. Grinnell, George Bird. The Fighting Cheyennes. pp.25-26. University of Oklahoma Press. 1956.

24. Glen Bird-in-Ground to Author, Crow Agency, Montana, Sep; 1996. Loc. cited. pp.1-3

25. Glen Bird-in-Ground to Author, Crow Agency, Montana, Sep; 1996. Loc. cited. pp.1-3

26. Hyde, George Edward. Life of George Bent. pp.23-24. University of Oklahoma Press, 1967.

27. Grinnell, George Bird. The Fighting Cheyennes. pp. 25-26. University of Oklahoma Press. 1956.

28. Llewellyn and Hoebel. The Cheyenne Way. p.3. University of Oklahoma Press. 1968.

29. Stands-in-Timber, John, Cheyenne Memories, p.129. Edited by Margot Liberty, University of

Oklahoma Press, 1968.

30. Joe Medicine Crow to Author, Lodge Grass, Montana, Sep; 1996. Note pad 2. pp.4-5.

31. Stands-in-Timber, John, Cheyenne Memories, Edited by Margot Liberty, University of Oklahoma

Press, 1968. p.129.

32. Medicine Elk, Wayne [Southern Cheyenne informant] to Author, Billings, Montana, August, 1994.

Note pad 1. p.5.

33. Medicine Elk, Wayne [Southern Cheyenne informant] to Author, Billings, Montana, August, 1994.

Note pad 1. p.5.

34. Grinnell, George Bird The Fighting Cheyennes, pp. 25-26. University of Oklahoma Press. 1956. See

also; George Bird Grinnell papers, Folder No. 494. The Southwest Museum, Los Angeles, California.

Many Crow Captives.” Folder 15. Grinnell papers [Ms.5]

Grinnell, George Bird, The Fighting Cheyennes, pp. 25-26. Univ. of Okla. Press. 1956.

Grinnell, George Bird, The Fighting Cheyennes, pp. 25-26. Univ. of Okla. Press. 1956.

Millard, Joseph. The Cheyenne Wars. pp.34-35. Monarch Books Inc. Derby, Connecticut.1964.

George E. Hyde. Life of George Bent. University Of Oklahoma Press. pp.23-24. 1967.

Grinnell, George Bird, The Fighting Cheyennes, pp. 25-26. Univ. of Okla. Press. 1956.

Joe Medicine Crow to Author, Lodge Grass, Montana, Sep; 1996. Note pad 2. pp.4-5.

MacCleary, Tim, to Author. Crow Agency. Montana. August.1998. Note pad 5. p.6. [Author’s

Collection].

42 Stands-in-Timber, John, Cheyenne Memories, p. 129. Edited by Margot Liberty, University of

Oklahoma Press, 1968.
Б.Киф, Красная кровь наших предков (Великие равнины, межплеменные войны)