Наваждение

Что это было, так до сих пор никто и не знает. Да и было оно, вообще не ведомо.
Так как, никаких собраний по этому поводу не проводилось. Как и не было заметок в местной прессе. Но, каждый кто стал жертвой этой аномалии, был уверен, что что то не то. Эдакая благостная напасть, медленно, но уверенно овладевала селом Мулино.
Народ стал стыдиться. Не то, что бы жители этого села были сплошь жуликами и прохиндеями, но и не без грешка. Впрочем, как и многие люди.

Первой жертвой этой смуты, пал пенсионер Михалыч. Ранним утром, он вышел на крыльцо. Посмотрел на стыдливый намёк на восход Солнца, и прихватил ведро, сачок, а главное новенькую удочку. Которую ему подарил зять, то ли карбанатываю, то ли карбоноваю, Михалычь так и не запомнил. И зашагал, через ещё спящее село, по напровлению к речке Мульки. И вот когда он уже проходил последний дом перед спуском к реке, его облаяла хозяйская собака.

"А!" "Сволочь хвостатая!" Вскрикнул он от испуга. Странное дело, ведь каждый раз этот "мешок с зубами" его пугает а всё не в прок. И он досадливо сплюнул, начал спускаться к реке. Но воремя вспомнил, как в прошлый раз подскользнулся на глиняном спуске. Из-за чего ему пришлось с мокрым задом рыбачить, пока вставшее наконец-то Солнце, его не просушило. И он осторожно спустился не много с боку, по тоже влажной, но более надёжной траве.

" Ну, щас я тебя спытаю." Сказал он себе, про новую удочку. И открыл старую банку из под кофе, где лениво копошились заранее накопанные им черви.И вот тут-то эта напасть его и накрыла. Неожиданно странные мысли овладели им. " Что-же я это делаю? Ведь я сечас безвинного червячка жизни лишу. А ведь у него наверное и семья есть, а я его сейчас казню, просто за то что он червяком родился. Так, что-же это получается, я душегуб, что-ли?" А ведь это все природа! И он решительно закрыл банку с червями. Сам себе не веря, что он делает, схватил ведро, сачёк и так и не испытанную им удочку, и начал подъём к селу. Сабака напугавшая его ранее, не поленилась и на этот раз. Но, Михалычь только махнул рукой в её сторону, добродушно сказал. "Природа!" И заторопился в сторону дома.

Следующим, кто попал под "раздачу" этой напасти, стал "Композитор." Никто точно не знал сочинил ли он чего ни будь, но на баяне пиликал. И был даже когда то заведующим местного клуба. Но ежевечерний биллиард, и еженедельные дискотеки- на которые никто трезвым не ходил. Свели его со светлого пути приобщения местного населения к миру исскуства, на тропу переодического запоя. Со временем его жена прихватив детей умотала в город, в поисках нового мужа. И он остался один. В колхозе он не работал, перебиваясь случайными заработками. Но, так как в селе преобладало пожилое население, эти случайные заработки, были вполне себе постоянными. Он то дрова кому то наколет, то забор поправит. Часто получая в виде благодарности самогон, и то чем его закусывают. И поэтому жители села, почти каждый вечер, могли насладиться его пением, под звуки баяна. Пел он в основном частушки, и что интересно, без единого мата. Видимо памятуя о своей принадлежности к сельской интеллегенции.

На рыбалку я собрался,
На рыбалку не пошёл.
Потому что спазаранку,
Что- то у жены нашёл.

Эх счастье моё,
Счастье привалило.
Вчера пьянный я пришёл,
жена не побила.

Эх ма труля ля,
Я куплю жене коня.
Сорок лет мы вместе,
А на мне всё ездит.

Были в его репертуаре и женские частушки.

Улица, улица,
А после тупичёк.
С виду вроде умница,
А в жизни дурачёк.

Ветер с моря дул, дул,дул.
Мне беременность надул.
Эх найти-б того Серёжу.
Расцарапала бы рожу.

А я мирная совсем,
Все соседи знают.
Как по улице иду,
Двери закрывают.

Концерт этот длился обычно часа два, но потом резко обрывался. И никто точно не знал, то ли самогон кончился, то ли силы частушечника. Сколько раз " Композитор" говорил себе- " Оставь малость на опохмел." Так ни разу и не получилось. И вот теперь, со скорбью в душе, он брёл к сельпо. В надежде взять у Ритки продавщицы бутылочку под запись.

Ритка, женщина слегка за сорок, без комплексов и мужа, смотрела в окно магазина. И ввиду полного отсутствия покупателей, откровенно скучала. Увидев крадущегося "Композитора," она мгновенно встрепенулась, и вспоминая все увещевания и эпитеты,  в ожидании хоть какого то развлечения поспешила за прилавок. Ещё раз тоскливо вздохнув, бедолага шагнул на первую ступеньку крыльца. И вот тут, на его ослабленную вчерашним самогоном, эта дурная напасть и насела. На второй уже ступени, стало ему не вмочь, как стыдно. " Докатился, клянчить иду, как шарамыга какой." подумал он. А на третьей уже эта мысль так разбушевалась в его голове, что его бросило в пот. Он снял свою кепочку с зайчиками, взял её в руку, и зашёл в магазин. "Ни дать ни взять, как холоп к барину пришёл." Добила его эта мысль. Он поздоровался и вдруг неожиданно для себя, и особенно для Ритки сказал - " Мне булку белого, в долг." И добавил почему-то," Хлеба дома нет." Ошалевшая таким поворотом, Ритка впала в ступор, но вскоре очухалась, и подала бедолаге его булку. Тот не говоря больше ни слова, кивнул и подался прочь.

Он не видел, что продавщица, стояла за прилавком, кляня себя за то, что хотела поиздеваться над больным человеком. Побуждаемая, каким-то не понятным ей состраданием, схватила с полки бутылку водки и выбежала из магазина. Догнала бедолагу, и молча сунула эту бутылку в карман композиторского пиджака. " Приходи картошку полоть" Сказала она в своё оправдание ошалевшему "Композитору."И удалилась в сторону магазина. Эта неожиданная зараза, не жалела никого. От слова совсем.

Следующим, кто попал под "раздачу," Был молодой парень, только после армии, Петька "Бензин." Так-то фамилия у него была Кузнецов, но работал он на бензовозе, по этому, как говорится- сам Бог велел. И вот ранним утречком, он заправил свою " бочку" под завязку и двинулся на поля. Что бы заправлять бензином, машины возившие зерно на ток. Немного не доехал до места, он свернул в жиденькую рощицу.
Спасаясь от будущей жары, и любопытных глаз. Нет-нет да и "помогал" иногда желающим дешёвого бензина. У Петьки была цель, он копил на стерео магнитофон "Маяк 233." Мечтая, что уж с ним, наконец-то овладеет сердцем соседской Нади. "О! Прощесс пошёл." Сказал он себе, увидя зелёный жигулёнок, крадущийся по просёлку. И что-же? Конечно-же эта "холера" не дремала. Не понимая толком, что он делает, Петька выскочил из кабины, и начал махать жигулёнку руками. Водитель увидя его телодвижения, понял это как сигнал- "менты, " Резво развернулся и помчался прочь, скрывшись за пылевой завесой. "Бензин" проводил его взглядом. И сам ещё не веря, в то что сейчас произошло полез в кабину.

А эта напасть продолжала лютовать. Постепенно жертвами её стали все жители Мулина. Но, с друг другом на эту тему никто не общался. Да и что тут расскажешь?
Вишенкой на торте стал председатель. Он запершись у себя в кабинете, писал заявление на самого себя. В нём он хотел каятся, за постоянные приписки. Но дальше слова заявления, за два часа так и не продвинулся. Да и само это слово было плохо читаемым, из за размытых председательских слёз.

Но, на счастье сбитому с толку населению, эта каверза, побесившись ещё малость, внезапно изчезла, словно её и не было. И народ зажил, как прежде, кто пил, так и пил. Кто торговал не своим, так и продолжил, но уже без особого азарта, помятуя о странном времени. А председатель, выкинул не дописанное заявление в корзину для бумаг, сказал "премия сама себя не заработает" и принялся за отчёты.

Пенсионер Михалыч, впервые за эти дни выбрался на рыбалку. И как всегда забыл про собаку, которая его всегда пугала. " Пшёл вон блошинный корм," завопил он." Природа он как-же!" И вожделенно сжимая в руке новенькую удочку, поспешил к реке.