Ети его в кузи и костотьфуки

  Приезжал к нам как-то в гости двоюродный брат моей тёщи, его зовут Жора, откуда-то из Омского края, они не виделись тридцать лет. Весёлый был гость, юморной, и не в меру разговорчив. Но был у него один изъян, который я сразу же заметил. Это его странная странность. Странность слов, и такое же поведение. Он на едине с собой, жестикулировал руками, и с кем-то беседовал, но не вслух, и не шёпотом, а просто открывал, и закрывал рот, шевеля губами, как рыба.
  Встретили мы его хорошо, посидели, поговорили, о том,  о сём, и и спать легли уже заполночь.  Жора сильно храпел, и я с непривычки не мог долго заснуть, равно как и моя жена. На следующий день, наш гость просто отдыхал от дороги. Ходил рассматривал наши владенья, двор, огород, покос, и леваду (Мини-рощу). Любовался свиньями, называя их - крючкохвостами. Красно-коричневых индоуток (шипунов) величал хрипунами. Безрогих коз называл лобатками. Чтобы хоть чем-то его развлечь, я предложил поехать на рыбалку в ПРИСТИН, - так называют наш мини-лес в большом овраге, где находятся несколько не больших озёр, в которых люди ловят не большого карпика, размером 10-12 сантиметров, больше он не растёт. Ловят, на червяка. Только забросишь удочку, и сразу начинается клёв. Если на удочке имеется 2 крючка, то выуживаешь рыбу парами, так много её там.

  Взяв с собой тормозок, воду и рыболовные снасти, я позвонил своему куму Ивану, и попросил, чтобы он нас свозил в пристин, и потом так же по звонку приехал и забрал обратно.
  Зайдя в лес, и шагая по нахоженной тропинке, Жора говорит:
  - Сколько же тут у вас жёлудей.
  - Это просто Эльдорадо для дикого крючкохвоста, - а к стати, они у вас есть?
  - У нас всё есть, - отвечаю я.
  - Иди ты, что, и берложий есть?
  - Какой берложий?
  - Ну, берложий, - медведь.
  - Нет, берложего у нас нет.
  - А, кустороги?
  - Какие кустороги?
  - Да, лоси!
  - А, лоси да, есть, косули живут, барсуки, волки, шакалы, зайцы, лисицы, и прочее.

  Стоим на берегу озера, летают тучи комаров, хорошо, что я взял с собой спрей от гнуса, они на нас не садятся. Жора выудил штук пять рыбин, и сетовал на такую мелочь, хотел поймать карпа покрупней. Но я его огорчил тем, что они тут больше не растут, на что он мне ответил:
  - У нас таких не берут, в них йисть нечего.
  - Сваришь, - не поешь, пожаришь, тоже не поешь, костей мелких тьма, плюёшься и плюёшься, а если подавишься костями, то вообще дело труба.
  - Косточки меленькие, и остры как иголки.
  - Таких окаянных рыб называют костотьфуками.

  - Я, - говорит Жора у себя на озере на болотницу сосунов ловлю.
  - Что такое болотница и сосуны?
  - Ну ты даёшь, рыбак-рыбак, а не знаешь.
  - Болотница, лягушка, всё едино, а сосун, это со-о-ом.
  - Он же не клюёт, а всасывает добычу в себя, будь-то жаренное сало, или кусок любого мяса.

  - И тут мимо нас прошли две чьи-то вольно бродячие охотничьи собаки. Увидев их Жора произнёс:
  - Е-ти-его, в ку-зи, - какая противная ухотря-я-япь!
  - Кто противная? - переспросил я.
  - Ухотряпь, собаки эти мерзкие, я терпеть их не могу.
  - Уши тонкие, висят как тряпки, лаять не умеют, а лишь еле-еле слышно подают голоса:
  - Хот-а-ав! - хот-а-ав!
  - Будто не ели, ети его в кузи...

  Этой поговоркой, он меня просто доканывал, что не говорит, что не рассказывает, везде вставляет своё ети его в кузи.
  Закончив рыбалку, мы вышли из леска, и сидели на пожухлой травке, снимали с себя лёгкую усталость, и поднимали настроение бутылочкой самогона которую я взял с собой вместе с тормозком, чтобы ублажить гостю.
  Сидим выпиваем, говорим о том и о сём, переливая из пустого в порожнее, и ждём приезда на мотороллере кума Ивана, чтобы забрал нас и отвёз домой.
  Сергей, а сколько твои лобатки дают молока?
  - Какие лобатки?
  - Да, козы,  - лукерка ты не смышлёная.
  - По разному, когда нормально, а когда и нет.
  - Масло, творог, домашний кефир есть всегда, нам вполне хватает.
  - Жора, а почему ты коз лобатками называешь?
  - Да, у нас их везде лобатками зовут, - у них ведь одни лбы, а рогов нет.

  Вся пойманная нами рыба была отдана кошкам и курам, так как ни я, ни Жора, ни тёща, ни жена, никто не захотел возиться с такой маленькой рыбой. За то, нормально провели время. Я потом бывал в пристине ещё не раз. Сделал для смеха знак, правда на нём делая надпись, ошибся на одну букву, вместо О, написал Е, и поставил его у входа в лес. Там было написано:
  ЗДЕСЬ ЛОВЯТСЯ НА ЧЕРВЕЙ КОСТОТЬФУКИ.

 Знак-реклама простоял до самой весны. Костотьфуков я не ловил, а ловил щук на другом озере. Щук, случайно обнаружил мой сын Дмитрий с соседом. По его словам, щуки в озере просто кишили, стояли десятками, сотнями у самого берега в прозрачной воде. Глубина озера не большая, по средине - вода едва доходила до пояса, и то, благодаря густому и глубокому илу. На следующий год на том озерце щук не было, их выловили всех, днями ловили когда проведали о их скоплении местные мужики.