Битва за Елец и посольскую казну

Гаврила Лазаревич Якунин был помещиком и имел 200 четвертей земли (около 100 гектаров) в деревне Малый Колодезь Елецкого уезда. Меж тем основным его ремеслом было не возделывание почвы, а защита государства - потомок бояр состоял на военной службе.

Дворянин исполнял свои обязанности в крепости Елец, которая в начале 17 века входила в состав "Засечной черты" - ряда опорных пограничных форпостов. Основной задачей таких застав было отражение набегов небольших отрядов кочевников. Кроме того, в случае нападения крупных войск противника, требовалось задержать неприятеля до тех пор, пока с Москвы не подойдут основные силы.

В ту пору наша страна уже несколько лет боролась с иностранными интервентами. И несмотря на то, что в 1612 году народное ополчение дало отпор польско-литовским захватчикам, враги не прекратили попыток подчинить себе Русское царство. В начале 1618 года шляхтичи осаждали ослабленное государство с запада, а в это время с юга в пределы России вторглись запорожские черкассы. Казаками руководил подкупленный польским королём Сигизмундом III атаман Петр Сагайдачный. Ему прислали гетманскую булаву, обещали деньги и власть. Военачальник должен был привести свои войска к Москве одновременно с ратью королевича-ляха Владислава, чтобы общими усилиями овладеть столицей.

Первой крепостью, которую атаковали черкассы, стал Путивль. Форпост, не имевший большого количества защитников и серьёзных укреплений, был взят малой кровью. При этом Сагайдачный не стал осаждать Оскол или Воронеж, обошел стороной Курск. Донесения о такой избирательности озадачили руководство елецкого гарнизона. Воевода Андрей Полев находил единственное объяснение этому - враг спешил в Москву и не хотел тратить время и силы, довольствовавшись в пути лишь лёгкой добычей. Якунин находил это вполне разумным, предполагая, что следуя этой логике, противник оставит без внимания и хорошо укрепленный елецкий городок.

В конце июня 1618 года казаки, грабя попутные деревни и села, подошли к Ливнам - ближайшей к Ельцу крепости. Защитников этого форпоста было также немного - около тысячи человек. Сдаваться они отказались, но окружённый острог под натиском неприятеля долго не выстоял. При этом наемники из разных стран, составляющие основу двадцати тысячного войска Сагайдачного, с русскими людьми особо не церемонились. После взятия города разбойники разорили дома и осквернили храмы, убили почти всех мужчин, а женщин и детей взяли в плен для продажи в рабство.

Уже 27 июня в Елец в поисках защиты стали прибывать спасшиеся ливенские беженцы. Они рассказывали о зверствах, учиненных захватчиками, и страшном разорении во всем уезде... Через несколько дней,  2 июля, в крепость заехало направлявшиеся в Крым русское посольство, которое возглавлял Степан Хрущев. Тут-то Гавриле и братьям по оружию стал ясен замысел Сагайдачного и его нестандартный маршрут на Москву. Оказывается, дипломаты направлялись на переговоры с Крымским ханом и везли для него дары. Посольская казна включала золото, серебро и мех. Она была призвана обеспечить перемирие с кочевниками и их участие в войне на стороне России. А следовать делегаты должны были как раз через те города, которые атаковал запорожский гетман. В этом списке числился и Елец. Очевидно, что Сагайдачный был осведомлен о планах Москвы, и потому планомерно прочесывал каждый дом в этих населённых пунктах...

Медлить было нельзя - Якунин тайным ходом вывел из цитадели жену с ребенком на руках. Он благословил их, дав милой указания растить сына - Антона Гавриловича - достойным своего Отечества. Он смотрел вслед своим близким до тех пор, пока они не скрылись в непроходимых елецких лесах... В это время враг уже подступал к городу. Местные служители церкви, протопоп Леонтий и игумен Тарасий, предложили воеводе выдать Хрущёва с казной для сохранения жизней людей. Однако на кону стояли интересы государства, а значит и всего народа. Клирики, призванные спасать русскую душу, были все-же не способны её постичь. Двухтысячный гарнизон не собирался уступать, пусть даже десятикратно превосходящему по численности, противнику.

Крепость стояла на валу высотой 6 метров и представляла из себя стены из бревенчатых срубов, заполненные землёй и камнями. По периметру возвышались 12 башен. Имелись ров и надолбы. Это была внешняя цепь, защищавшая посад. Внутри был ещё один острог - второй рубеж обороны. Быстро взять эти укрепления было невозможно, а время играло против гетмана. Военачальника подгоняли гонцы польского королевича, требуя как можно скорее идти на Москву. Но, жажда наживы не отпускала запорожцев, и 3 июля 1618 года началась осада. Часть войска Сагайдачного подступила к стенам со стороны реки Лучок - с запада, другая - с востока - по реке Елец. Казаки сходу попытались овладеть городом. Атакующие использовали лестницы, туры и прочую технику, но ельчане успешно отбивали все подходы неприятеля. Со стен и башен по запорожцам палили из пушек и пищалей. Цитадель казалась неприступной.

На второй день противостояния командование крепости, воспользовавшись утренним туманом, решило осуществить вылазку - внезапное нападение на штурмующих. У западных ворот сформировали небольшой конный отряд, в составе которого вошёл и Якунин. На этом направлении единовременно сконцентрировали наиболее плотный огонь по неприятелю, щедро засыпав его ядрами и картечью. В момент окончания обстрела врата распахнулись, и осажденные вырвались наружу. Не ожидавшие этого черкассы получили удар страшной силы. Всадники неистово рубили пешего врага, как будто это был их последний бой. В рядах казаков началось смятение, враг побежал. Сагайдачный, пытаясь исправить положение, ввел в бой резервы, но русские воины в этот момент уже возвращались в крепость. В ходе операции Гаврила и его сослуживцы уничтожили несколько осадных орудий, а также взяли пленных. Но, главным итогом стала деморализация противника и поднятие боевого духа ельчан. Гарнизон продолжал мужественно держать оборону, оказывая ожесточенное сопротивление.

В ночь с 6 на 7 июля черкассы сосредоточили усилия на штурме Новосильских и Ливенских ворот. До самого рассвета защитники цитадели неизменно отбрасывали неприятеля на исходные рубежи. Огонь из башенных пушек сложил у подножья городьбы несчетное количество тел солдат Сагайдачного. Казалось, что решающий удар выдержан, и с восходом солнца горожане были переполнены надеждой на благополучный исход сражения. Именно в этот момент казакам удалось пробиться с другой стороны - взять Аргамачий острог. Этот участок обороны удерживали проездом оказавшиеся тут воронежские служилые, которых война случайно застала в Ельце. Цена штурма для атакующих была непомерна - запорожцы забрались на стены по горе трупов убитых товарищей - столь велики были их потери. Началась рубка в башне и на укреплениях, к ходе которой обороняющиеся были вытеснены во внутренний двор. Черкассы открыли Аргамачьи ворота и впустили своих воинов в слободу. Многие ельчане, отступая в последний оплот обороны, попали в наполненный водой ров и утонули. Сражавшиеся из последних сил Полев и Якунин также угодили в воду, но все же выплыли и перебрались во внутреннюю крепость. Посад был утерян, началась осада главной твердыни.

Сагайдачный отправил парламентариев, через которых предложил мир на условиях выдачи казны, воевод и членов посольства. Уцелевшие горожане собрались на совет, решая, стоит ли продолжить сопротивление. Священники Леонтий и Тарасий вновь настаивали на принятии условий гетмана, однако все прочие отказались от каких-либо уступок врагу. Начался последний штурм... Остатки гарнизона бились насмерть, но уже не могли сдержать натиск. Перед тем, как цитадель окончательно пала, ельчане сбросили казну в воду, чтобы она не досталась захватчикам. В отместку запорожцы выжгли город до тла, сотни защитников Ельца были убиты и попали в плен, лишь немногим удалось спастись. В этом сражении погиб и Гаврила Лазаревич Якунин.

Длительная осада оказалась губительной для запорожского войска - потери черкассов кратно превышали елецкие. И несмотря на то, что армия Сагайдачного была серьёзно измотана и нуждалась в отдыхе, гетман погнал ослабевшие отряды наемников на Москву... Под стольным градом остатки казачьего войска не оказали существенного влияния на ход событий. Воины Сагайдачного даже не участвовали в штурме, поскольку были изрядно потрепаны и деморализованы. При этом все попытки иноземцев взять Москву не увенчались успехом. Шляхтичи и литовцы были вынуждены пойти на перемирие, которое стало для европейцев пирровой победой. Враг получил некоторые земли на западе, но понеся большие потери, отступил за пределы страны, так и не решив главную задачу - установление на русском троне королевича Владислава. Россия выстояла и получила некоторую передышку для восстановления сил.

Нашествие Сагайдачного летом 1618 года имело тяжелые последствия для юга русского государства. Десятки сёл и деревень были разграблены и сожжены, превратившись в «пустоши». Предстояло долгое возвращение нормальной жизни... В Ельце погибших в битве за город захоронили в братской могиле. На месте упокоения воинов несколько позже возвели часовню, как символ стойкости ельчан, оказавших влияние на судьбу державы. Ратный подвиг этот навсегда останется в истории России.