Всё, что имел ты - только жизнь

Всё, что имел ты - только жизнь
Монолог Самаэля над усопшим

(Самаэль склоняется над ложем, где покоится умерший. Тьма сгущается вокруг.)

Самаэль:
О ты, чей дух от плоти отделён,
Внемли смиренный мой предсмертный зов!
Я — Самаэль, я — сумрак и закон,
Я — тень, что гасит свет земных часов.

(Наклоняется к самому уху.)

Дарую горы золота тебе!
Пусть блеск металла озарит твой прах!
Молчишь?.. Но прежде, в яростной мольбе,
Ты к небесам взывал о сих дарах!

(Второй раз склоняется, шепчет громче.)

Сто миллиардов! Слышишь? Целый мир
К твоим ногам, как верный пёс, падёт!
Молчание... Ты был ведь мой кумир,
Когда искал богатств водоворот!

(Третий раз, почти касаясь губ усопшего.)

Гарем! Тысяча красавиц! Страсть!
Их лоно, шёлк, и жар, и нежный стон!
Молчишь... А жизнь твоя была подвластна
Лишь этим грёзам, что я ткал в твой сон.

Власть над мирами! Души, как рабы,
В твоих руках! Манипулируй! Властвуй!
Молчание... Всё прах. И все гробы
Равны пред той, кого зовут — безмолвьем.

(Выпрямляется. Ухмыляется. Тьма сгущается.)

О жалкий червь! Всё то, что ты любил,
Чему молился, чем дышал и жил, —
Всё это прах, туман, что я дарил,
Мираж в мозгу, что я тебе внушил.

Ты думал: золото? — оно течёт сквозь пальцы.
Ты думал: женщины? — их плоть сгниёт, как плоть твоя.
Ты думал: власть? — недуг помрачённого сознанья,
Который Смерть с улыбкою прервёт.

Вот твой удел — безмолвие и тлен.
И я, Самаэль, свидетель сим руинам.
Ты был лишь тенью, тенью был я сам,
Пока не встал над этим мёртвым сыном.

(Тихий, леденящий смех.)

Всё, что имел ты — жизнь. И только. Всё.
Остальное — призрак, ветер, дым.
Теперь, когда дыханье замерло твоё,
Скажи мне: стоило ли быть живым?

(Пауза.)

Молчишь?..

(Ухмыляется. Тьма окончательно поглощает сцену.)