Татышев парк

Когда то в далёком 1976 году я, сойдя с теплохода из Норильска, впервые увидел  набережную Красноярска, Речной вокзал. Город понравился мне сразу из-за этого причала. Открытое пространство реки, набережная и ранетки, высаженной на газонах. А ранетки осенью прихватывал мороз, и их вполне с голодухи можно было поклевать, некоторые были вкусные. Ранетки после Норильска впечатлили. Морозы в Красноярске были в те годы под сорок целый месяц и нормально, но в Норильске в а.п. Алыкель, когда мы выходили из Ила зимой в красноярской форме одежды, то ощущение было такое, как в шортах сбегать в мороз, в булочную. Электричка в Дудинке была заморожена полностью, люди отогревали её своим дыханием, и через час по полу текли ручьи. В сравнении с Норильском Красноярск казался неким югом, практически Алма-Атой для жителя севера.  Жили мы студентами в Студгородке, знаменитом Берёзовой Рощей. Сейчас это место отдыха красноярцев застроили, и участок рощи, оставшийся ещё за Академом, город прижимает и с запада и с востока. Многие участки пешеходной трассы идут вдоль заборов различного назначения. А город растёт, климат меняется в сторону Бишкека, и до Бишкека ходит прямой людовоз.
Доходы города за счёт капитализма сильно выросли, население вдвое, втрое против 76 года, Высотность застройки в четыре раза, торговая сеть раз в двадцать, мощности ТЭЦ в пять раз.  Это уже другая ипостась.
Гражданам, более безработным и беззаботным чем пятьдесят лет назад, нужно где-то фланировать по околоземному пространству. Природа ух, поэтому набережные Красноярска, острова Отдыха и Татышев взяли на себя нагрузку по выгуливанию людей и собак. На о. Отдыха в скрупулезное советское время построили,  частично пустующий, Ледовый дворец и постоянно пустующий, футбольный стадион, заилили протоки острова до состояния, что в них купаться стрёмно и перешли на остров Татышева.
 Там изначально гигантоманией не занимались. Людям, по существу, нужна трасса по которой можно идти в закат. Татышев позволяет идти три км. от моста до моста  на восход и на закат, по эллипсу 7-8 км. Однако современные технологии и сибирский характер продолжили традиции лютого распила народной казны. Оказалось можно пилить на всём. Насаждения…  А давайте посадим вдоль трассы лиственницы, они в зиму будут сбрасывать хвою и ветки и нужно ходить их подбирать. Красивый ход. Вдоль лиственниц на километр в длину и триста метров в глубину посадим… ранетки? Яблони, за ними нужен уход. А урожай? А, пофиг, голодных нет, но зеленые яблоки горожане оборвут вместе с ветками до созревания. Можно налепить турники вдоль трассы, сварили турники, и они 20 лет спокойно ржавели. Но потом китайцы научились играть в турники и теперь всю площадку с тренажёрами меняют каждые два года на новый игрушечный конструктор.  Заниматься на этих турниках серьезно не советую, дышло оторвётся, и кони Харона унесут вас в землю околоземного пространства. На чём ещё можно «сэкономить»? Беседки отличные, зашибательские беседки, из крашеного бруса, каждая казне обходится как дачный домик, но дороже, потому что беседки возводят в январе феврале, когда бывает минус тридцать с ветром. Для прикола строят на бугре бассейн, а озерцо осушают и делают площадку для тенниса, весной площадку заливает вода, а летом археологи находят в бассейне каменные игрушки дедушки Татыша и хотят там рыть. Но им пока не дали денег, чтоб рыть, а дадут так это тот же распил в раскопе.
Купаться нигде нельзя, так давайте построим мостовые над холодной водой, люди будут гулять, но они не хотят ходить по воде, а лезут в воду заплыть. Поставим оральник на берегу пугать пловцов и бригаду спасателей на резинке, ловить и штрафовать нарушителей.
Освещение вдоль трассы, зашибись, светодиоды… диоды перегорели, значит, меняем всё, опоры, кабель перекладываем в траншее на 7 км. Каток надо подсветить? Копаем котлованы как под одноподъездную девятиэтажку и ставим мачты для ламп подсветки катка. Каток размером с футбольное поле, девять месяцев в году нет ни мороза, ни снега, три месяца мороз и снега мало, лютый ветер, как бонус зимы. Реально кататься можно дней двадцать в году. На эти двадцать дней пытаются залить питьевой водой из городской сети каток с футбольное поле, и  «Вася», конечно, каток получается с буграми и трещинами. Вы, цикории, залейте по периметру дорожки, как на соседнем катке для маленьких бегунцов, но нет, Иосифа на казнопилов не хватает. Главного администратора схватили, судили, отправили… похоронили, но лить воду продолжают.
Лыжи, это просто песня. Снега нету, есть Енисей, зимой холодильные машины делают снег, возят снег с окрестных деревень на Камазах. Трасса 7  км работает семь дней, чтоб соревнование замутить, в прочее время я рассекаю по фирну дороги в дешёвых лыжах, сотрутся, не жалко. Четыреста коллективных городских бабок с лыжными палками в руках изобрели сибирский цигун, фигачат по фирну и асфальту без лыж. Но есть опасность, что они создадут партию Бабкиной или на худой конец финский профсоюз. А зачем нам худой конец? Супостаты на вертолётах атаковали и депортировали мессию. Миссию его из полутораметровых кедров разобрали, привезли на Татку и построили из кедровых концов качельки на три качели, фото прилагается. Историческое дело на три качельки, а что мелочится, зададим задачку ИИ. Ещё есть компания, которая уложила плиткой пол Красноярска и продолжает марш мостовых. Отдельная тема распила это Виноградовский мост на стальных канатах с неработающим лазерным шоу ещё дороже моста.
Читатель из критики напишет – умник нашелся, скажи, как устроить Горький парк? Не знаю, мой критичный друг, но деньги нужны не для того, чтоб тупить резак на шредере. Единственным человеком, который получал доход с острова Татыщева, был татарский князёк Татыш, он там пас скота.