Мёртвая мечта. Глава 7

Глава 7

     И жизнь течением реки

     Грег Шиза, хоть и терпеть не мог Тараканмана (откуда он его знал спрашивать глупо, т.к. Тараканмана знал весь город) всё же стал приходить на вечерние собрания. Он посчитал, что ни в коем случае не должен прослыть ни глупым, ни трусливым, и если его куда-то пригласили, то он конечно же придёт. Ведь это ОН, великолепный Грег Шиза! Не какие-то там "щётки"!
    

      Но скандала между Тараканманом и Шизой, как ни странно не произошло.
   
     Жизнь странная вещь. Бывает ждёшь какого-то человека, уж ждёшь так ждёшь!  Время бы подтолкнул, чтобы оно шло быстрее! Всему земному шару дал бы пинка, чтобы быстрее крутился вокруг солнца!
     А встречаешь этого человека — тьфу! И его я так ждал? Ну и свинья!
       А бывает наоборот. Думаешь: "Господи! Только не с этим дураком! Опять поучать начнёт! Господи! Ну почему опять? Ну почему я опять должен разговаривать с этим великим поучальщиком!"

     А поговоришь с ним и понимаешь, что вовсе никакой он не дурак. И никакой он не злодей. И что я его так боялся?

       Иногда ради лишь одного слова, одного взгляда какой-то дамочки ты готов отдать всё что у тебя есть.
     А послушаешь её  глупые рассуждения и вечные эпитеты в адрес всех и каждого — и думаешь: "бооооже!
    И с вот этой сволочью я хотел быть до конца своих дней?"
      А бывает подойдёт к тебе эдакая худенькая "серая мышка" — ты и смотреть-то не хотел в её сторону: а вдруг вы начинаете говорить, говорить, говорить... Об этом, о том. О чём угодно. От разбитого унитаза до высочайших высот философии.
     И потом вспоминаешь что она давно уже замужем. И думаешь: "лучше бы я умер".
     И долгие дни ты находишься в тоске. Из-за той "серой мышки", которая когда-то не имела никакого значения.
      А потом вдруг от неё приходит письмо:
     — Я ненавижу своего мужа и хочу убежать от него.

       Странная эта жизнь. Совсем противоположная тому, что мы о ней думаем.
      

      Тараканман и Грег Шиза, как ни странно, на удивление поладили.
     Нет, конечно у них были разногласия и в музыке и в философии, но об этом всем они будто бы забыли.

     Да и как было не забыть!
     Тараканман, несмотря на свой большой живот, прекрасно ездил на лошади, что уж до Шизы и Фрошмана, то они были отчаянными любителями верховой езды.  Лишь стало потеплее они втроём  изъездили каждый холм и каждый берег реки Гусинки и уже планировали, когда электростанция будет готова — совершить какое-нибудь отчаянно далёкое путешествие.
         А вечером, у оплывших воском канделябров ставились превосходные кушанья  и начиналась нескончаемая философская дискуссия....

         Фрошман чувствовал, что жизнь вроде бы шла даже как-то слишком счастливо и спокойно.

      Как говорилось в одном из стихотворений Грега Шизы,

"И жизнь плывёт себе неспешно, Теченьем полной той реки,
Глаза огромны у коровы,
Бока её так широки!".

     Тараканман постоянно разглагольствовал про христианское прощение и милосердие, Шиза читал свои сочинения, а Фрошман тихонько посмеивался над его стишками. Он не хотел нарушать всеобщую благостность и мир, но потихоньку записывал в блокнот свои пародии, чтобы потом при случае прочитать их на каком-нибудь поэтическом собрании.
       А вечером перед сном он брал какую-нибудь книгу про призраков или вурдалаков, и прочитав очередную историю, засыпал блаженным сном.

      Одна история, правда, взбудоражила его воображение настолько, что он перестал читать книги перед сном.

      Эта запылённая, странная книга попалась ему случайно, она почему-то не стояла на полке, а валялась у печки, будто бы её собирались сжечь.
     Фрошман, привычным движением чиркнул спинкой, зажигая лампу, и увидел жёлтые от старости страницы:
       
        Мифы и легенды древних народов.
        Карл Хрюкинг.
       
        Несмотря на то, что католическая церковь почти полностью уничтожила древние учения, я предоставляю их обрывки, те драгоценные крупицы, что удалось собрать в ревущей реке современной жизни.

       Легенда об Аманите.

     Прекрасней Аманиты не было во всем белом свете.
    В красно белом платье она гуляла по городу ГУсец (ныне Гус;ц) и каждый мечтал на ней жениться.
      Но одинаково отвергала она и бедных и богатых, и худых и толстых.
     Говаривали даже что она не из мира сего, а из того мира, что часто является во снах, но нет в тот мир дороги ни на лошади, ни пешком, ни на корабле.
      Так думали все, пока в город не явился Айр Лягушка.
     В первый же вечер они встретились и полюбили друг друга.
     Но её отец Генрих  по прозвищу Таракан, строго-настрого запретил Аманите выходить замуж за Айра Лягушку.
    Айр Лягушка, несмотря на свою дружелюбную фамилию, был очень силён и прославлен в сражениях. Более того, говаривали что он обладает огромными умениями в магии. Именно ему Город Гусец был обязан спасением от жутких "живых мертвяков", которые в те времена частенько бродили по окрестностям.
     Но всегда во все времена есть негодяи.
   Генрих Таракан не только не заплатил ни одной марки доблестному Лягушке, но ещё и обвинил его в наглых поиставаниях к его дочери.
    Сам он, Генрих, мечтал выдать её за старого богатого мэра города Уткан, жуткого скандалиста, пьяницу и пройдоху.

     — Зато он из благородного сословия, а не как эта непонятная Лягушка! Ему бы в болоте квакать!
      Айр Лягушка, который в этот момент стоял за дверью и все слышал, вошёл в комнату.
      — Значит Вы считаете, что я квакаю в болоте? — спросил он спокойно.
      — Помогите! Убивают!
      — Нужен ты мне, тебя убивать! — презрительно бросил Лягушка.
      Слуги ворвались в дверь, но он раскидал их, как мячики, а потом произнес.
     — Запомни, дурак. Никогда твоя дочь не будет счастлива с этим старым дураком из города Уткан.
     Таракан пучил полные страха глаза. Он не смел произнести ни слова. Но тут как раз тот негодяй из города Уткан неслышно подошёл сзади и выстрелил отравленным дротиком.
      Айр Лягушка упал как срубленное дерево.
       Увидев случившееся, Аманита бросилась бежать. Она поднялся на самую высокую башню в городе и тотчас бросилась вниз.
      На могиле её неожиданно выросли красные в белую крапинку грибы. Но так сильны были её страдания, что и грибы эти оказались опасны.
    И только лишь сведущие в магии люди знают, что то, что опасно простому смертному,  магу может быть полезно.
     И жертвой своей жизни Аманита принесла нам возможность открывать загадочные глубины иных миров...

      В комнату неожиданно вошёл Тараканман.
      — Боже милостивый, Вы что, читаете вот это?!?
      — А что? По-моему очень интересно.
      — Никогда такого не будет в моём доме! — рявкнул Тараканман и мгновенно схватив книгу, бросил её в печь.
      — Да вы что!  Это же очень старое издание!
     — И очень мерзкое! — отрезал Тараканман. Если Вы не верите в Бога, это на Вашей совести. И не случайно вам довелось строить электростанцию именно здесь. Может быть что-то со временем дойдёт до Вашей башки.
    — Простите, господин Тараканман! — вежливо, но очень твёрдо сказал Фрошман, — я бы попросил бы Вас выбирать выражения!
     — Это вы меня простите. Я сегодня не выспался. Ужасные сны... Так бесы пытаются совратить меня с истинного пути. Но никогда я им не поддамся! Спокойной ночи, господин Фрошман!
      В этот момент у Фрошмана вдруг возникло настолько омерзительное предчувствие, что он даже испугался: уж не сошёл ли я с ума?
     Но вроде всё было нормально.
     — Какой всё-таки странный этот Тараканман, — шёпотом произнес он и лёг спать.