Синдром цифрового доппельгангера

Аннотация
Что будет, если идеальная копия из интернета начнет разрушать вашу реальную жизнь? Главный герой создает безупречный онлайн-профиль, который быстро превращается в его главного конкурента. Сатирический рассказ о зависимости от соцсетей, смешных попытках выглядеть успешным и настоящей любви, которой не нужны фильтры.
*
Геннадий и Люся жили вместе пятый год. Это был тот золотой период отношений, когда фраза «Я хочу тебя» означала, что Люся хочет, чтобы Гена вынес мусор.
Все началось с того, что Геннадий завел аккаунт в новой соцсети для «успешных визуализаторов». Алгоритм там был беспощадный: он не просто ретушировал прыщи, он пересобирал человека из запчастей его несбывшихся мечтаний. Через неделю в телефоне Гены поселился Генри.
Генри не носил треники с вытянутыми коленями. Генри носил кашемир, пил эспрессо-тоник и имел такой разворот плеч, будто его дедушкой был Атлант. В сторис Генри каждое утро философски смотрел на рассвет, в то время как реальный Гена в это же время философски пытался нащупать ногой тапочек под кроватью.
Синдром цифрового доппельгангера жахнул Геннадия в субботу вечером, когда Люся предложила:
– Ген, а давай в ресторан сходим? Нарядимся, как люди, а не как свидетели апокалипсиса.
Геннадий посмотрел на Генри в телефоне. Генри выглядел так, будто он только что купил небольшую европейскую страну. Потом Гена посмотрел в зеркало и увидел человека, чьим главным достижением за день была победа над засором в раковине.
– Я не могу пойти с тобой в «Хинкальную №1», Люся, – мрачно сказал Гена. – Генри бы туда не пошел. Он бы пошел в место, где меню приносят на планшете, а порции такие маленькие, что их нужно рассматривать под микроскопом.
Люся, которая в это время пыталась втиснуться в «платье для особых случаев», замерла:
– Кто такой Генри? Твой воображаемый друг? Виртуальный собутыльник?
– Генри – это я! – Гена сунул ей под нос экран. – Посмотри на этот подбородок! Это же мощь! Это интеллект! А теперь посмотри на меня. У меня подбородок плавно переходит в ключицы, минуя стадию челюсти. Я – бледная тень великого человека. Я назвал это синдромом цифрового доппельгангера.
Люся вздохнула. Она знала, что Гену иногда заносит (однажды после помещения музея он месяц пытался ходить как «Давид», пока не сорвал спину), но это было что-то новое.
– Так, «тень», – сказала Люся. – Если ты сейчас не наденешь брюки, я пойду в ресторан с Генри. Распечатаю его на принтере, приклею к швабре и закажу ему самое дорогое вино. А ты останешься здесь и будешь доедать вчерашний суп в компании своего идеального «Я».
Геннадий представил эту картину. Стало обидно. Генри в его воображении уже вовсю флиртовал с Люсей, обсуждая инвестиции в метавселенные, пока Гена хлебал борщ.
– Подожди! – Гена бросился к шкафу. – Ему нельзя вино, у него… у него нет печени, он цифровой!
Он выскочил в коридор, на ходу пытаясь втянуть живот так сильно, чтобы казаться таким же плоским, как экран смартфона. Весь вечер в ресторане Гена страдал. Он не ел хинкали, потому что Генри на фото употреблял только тартар из тунца. Он сидел с таким выпрямленным позвоночником, будто в него вставили лом, и смотрел на Люсю взглядом «загадочного миллиардера», отчего казалось, что у него просто начался нервный тик.
– Гена, прекрати, – не выдержала Люся. – Ты надулся так, что сейчас лопнешь. У тебя лицо цвета свеклы. Генри твой так не делал!
– Потому что у Генри… – просипел Гена, теряя сознание от нехватки кислорода, – …у него фильтр «Свежесть» на 140 процентов выкручен! А у меня тут… духота и реальность!
Он шумно выдохнул, и живот с победным плеском вывалился обратно поверх ремня. Напряжение спало. Гена схватил остывшую хинкалину, и сок брызнул ему прямо на рубашку.
– Вот! – Люся довольно улыбнулась. – Вот это мой Гена. Живой, пятнистый, настоящий. А твой Генри – скучный тип. С ним даже поржать нельзя, он же только и делает, что вдаль смотрит.
Геннадий вытер жирный подбородок салфеткой и посмотрел на экран телефона. Генри все так же идеально улыбался из Исландии. Гена нажал кнопку «Удалить приложение».
– Знаешь, Люсь, – сказал он, заказывая вторую порцию. – Быть доппельгангером самого себя – это слишком тяжелая работа. У меня на нее квалификации не хватает.
*
Также читайте рассказ на Дзене: https://dzen.ru/a/aaK9lGB4R2Wlq_bS