Глава 4 А. 27. Вихрь

Глава 4 А.27. Вихрь

Диана развесила наряды не просто «по порядку». Она «развесила» их как «партитуру». Слева — «тихие» тона: серебро, пепел, лёгкая голубизна. Справа — «громкие»: красный, золотой, чёрный. В центре — «пауза»: белое платье с длинным шлейфом, как «фермата» в музыке.

— Ты понимаешь, что ты сделала? — спросила я, оборачиваясь.

— Понимаю, — сказала Диана тихо. — Я «нарисовала» твой концерт. Только нотами — ткани.

— А гитара?

— Гитара — «голос». Рояль — «эхо». Ты будешь «между» ними. Как между «тихим» и «громким».

Вересов смотрел на неё с обожанием. Потом на меня. Потом снова на неё.

— Диана, ты же «дизайнер». А говоришь как «композитор».

— Я и есть композитор, — сказала она, не отводя глаз. — Просто «пишу» не нотами, а «нарядами». И не «на бумаге», а «на сцене».

Я подошла к белому платью. Потрогала ткань. Она была «холодной» и «живой» одновременно. Как «лёд», который «тает» в руках.

— Это — «финал», — сказала Диана. — Ты выйдешь в нём после «тихого» блока. И «зал поймёт»: «всё кончилось». Но ты не уйдёшь. Ты «останешься». И это будет «начало».

— Начало чего?

— «Откровения». Того самого. Через музыку. Через «экспромт». Через «тебя».

Я замерла. «Момент откровения» — это не «слово». Это «состояние». Когда ты «стоишь» на сцене и «не знаешь», что будет «дальше». Но «знаешь», что «будет». И это «знание» — «сильнее» «страха».

— Я готова, — сказала я.

— Я знала, — сказала Диана. — Потому и «развесила» их так. Чтобы ты «увидела» себя. И «услышала».

Вересов подошёл к «красному». Потрогал ткань.

— А это «что»?

— Это — «крик», — сказала Диана. — Но не «боль». «Радость». Такая «громкая», что «кажется» «болью». Ты поймёшь, когда выйдешь.

— Я уже «понимаю», — сказал Вересов. И посмотрел на меня. — «Вихрь» начинается.

---