Тараканище

Вышла я на пенсию. Занимаюсь тем, чем старухам положено заниматься: гуляю, собираю сплетни, готовлю обеды, пеку пирожки. Между делом консультирую людей, пишу отчеты бывшим коллегам, делаю проекты двоечникам (включая собственную дочь). Иногда позволяю себе отдохнуть с умными книгами под названием «Алгебра-8», «Химия-8», «Физика-8». Мысленно тянусь к «Истории» и «Литературе», но дальше мыслей дело не идет, из чего делаю вывод, что я не гуманитарий.

Сегодня решила испечь пирожки из цельнозерновой муки. Так полезнее, говорят диетологи. Наконец я могу сама наслаждаться своими кулинарами шедеврами! Раньше я такую роскошь себе не позволяла. Когда ты делаешь что-то на продажу, ты сапожник без сапог.

Да, был у меня такой период в жизни. Пекла я пирожки на продажу и реализовывала свою экологическую продукцию в родной больнице, не отходя от рабочего места.

Заведующий операционным блоком - должность особенная. Точнее, блатная. Врачей на отделении нет, средним и младшим медперсоналом руководит старшая медсестра, а заведующий - формальная штатная единица.

Наш Владимир Борисович иногда всё же пытался строить из себя большого начальника. Он появлялся у нас раз в неделю по понедельникам и рассказывал, что «хорошего» происходит на «большой земле». Хорошего ничего не происходило, каждый раз он начинал свой рассказ со слов «денег нет».

- Коллеги, я передаю слова главного врача дословно: денег нет, что хотите, то и делайте, хоть пирожками торгуйте, - объявляет с важным видом Владимир Борисович и, как ледокол, выплывает из сестринской, рассекая пространство своим внушительным пузом.

«А почему бы нет», - подумала я.

Ранее я пыталась найти подработку. В газетах предлагали всякую хрень типа расклейки объявлений, изготовления пуговиц на дому, Орифлейм, Эйвон и прочую дребедень. Я обращалась в кадровые агентства, где за небольшую плату меня обещали трудоустроить курьером, няней, сиделкой, но всё это был развод по-русски. Отчаявшись найти непыльную подработку со свободным графиком, я решила воплотить свои кулинарные таланты.

На самом деле, никаких кулинарных талантов у меня не было. У меня вообще нет никаких талантов. Один темперамент, да и то был. Да сплыл, хоть и говорят, что темперамент с возрастом не меняется. Наверное, я исключение. Из весёлой, бодрый, жизнерадостной девушки я к сорока пяти годам превратилась в уставшую недовольную жизнью старую пердунью.

Но смелой я была всегда. Решила попробовать. Чем чёрт не шутит!

- Пирожки горячие кто желает?! Сегодня испекла! (Вранье, конечно, вчера, ибо на работе плиты с духовкой нет). Десять рублей штука.

- А что так дорого? Внизу по восемь.

- Плата за доставку! Сервис 21 века!

Пирожки разбирали хорошо. Оно и понятно: больничная еда была практически несъедобной, а до платного буфета на ногах с оттяпанными пальцами не дойти. «Бизнес» пошел. На каждую смену я приходила с двадцатью тремя пирожками. Почему именно двадцать три? Так мне было проще вести бухгалтерию. Сырье (мука, вода, капуста) - 30 р, чистая прибыль 200 р. Работала тогда больше ставки. За десять смен 2000 р чистой выручки. Это была треть моей зарплаты, на минуточку.

Коллеги мне завидовали.

- Как ты можешь, Дашка, опуститься до торговли?! Ведь ты ОПЕРАЦИОННАЯ сестра!

- Не боги горшки обжигали, - говорила я. - И еще деньги не пахнут.

Пассивная агрессия разливалась черной желчью внутри моих коллег:

- Ты нас угостишь? Или ты, как тот еврей из анекдота, которые евреям мороженое не продает, - шутил мой будущий муж.

- Костя, - вмешивается одна моя особо злая коллега, - там нечем угощать: мука-вода-капуста.

- Смейтесь-смейтесь! - отвечала я. - А на поездку на море я за год заработала.

И это правда. За двадцать тысяч можно было купить путевку в Турцию «всё включено» (и пирожки, в том числе). Я купалась в море, а мои коллеги только злобно перешептывались о том, что я вконец потеряла стыд.

«Потеряй стыд - будешь сыт», - говорила моя соседка-старая еврейка.

На самом деле, заработок этот был не самый легкий. Иногда мне прилетал хейт. Даже пирожками можно угодить не всем.

- Я все зубы поломала о твой пирожок! Бессовестная! Впрочем, что взять с этих черножопых…, - заявила мне однажды недовольная покупательница.
Да, плохо быть брюнетом и жить в Москве. А в Питере еще хуже.

Однажды одна бабуля, купившая у меня пирожок на прошлой смене, говорит:

- Доча, ты представляешь, откусила я твой пирожок, а там… ТАРАКАН!

Вспомнились стихи Чуковского:
«Таракан, таракан, тараканище!
……………………………………………………………………………..
Звери задрожали, в обморок упали,
Волки от испуга скушали друг друга,
Бедный крокодил жабу проглотил!»

Таракан, таракан, тараканище!

Тараканов в нашей больничке было много. Да во всех больницах есть тараканы, как без них там, где есть еда! Бабка эта положила при мне пирожок в тумбочку. Вот и решил таракан полакомиться. Вполне вероятно, что и не было никакого таракана, просто при старческой деменции возможны галлюцинации.

Короче, претензий было немало. Но два года я продержалась, торгуя пирожками втихаря. Но потом до высшего руководства дошли сведения о «незаконной предпринимательской деятельности», и они перекрыли мне кислород. А ведь сами сказали «хоть пирожками торгуйте»!

Предпринимательскую деятельность мне бы и так пришлось свернуть, поскольку я поступила в институт, и времени на пирожки у меня не осталось.

Это был очень хороший опыт. И не только кулинарный. Это опыт преодоления страха, стеснения, смущения и стыда. В предыдущем рассказе «Подайте Христа ради» я пишу о том, как современные психологи рекомендуют клиентам для преодоления стыда просить милостыню. Думаю, что мой вариант гораздо органичнее и экологичнее, выражаясь современным языком.