Люди! Ау!

          Ходили с мужем в Ленком на «Старший сын или письма к сыну». Поставил режиссёр Панков, в главной роли Андрей Леонов.
          Шла с большим предубеждением: режиссёр Панков пришёл на смену моему любимому Алексею Франдетти. И разнеслась молва, что новый руководитель собирается снять успешные спектакли предшественника.
          А это замечательный шумный, яркий, но информативный «Маяковский» и джазовый «Кабаре Пушкин» о вечных ценностях.

          Зал битком. Прибыла высокая гостья Валентина Матвиенко со свитой. Чуть задержали начало Михаил Куснирович с супругой. К нему отношусь хорошо: встречаю его с женой на интересных спектаклях и выставках, к тому же он меценат. Возможно, спонсировал, потому и ждали.

          Спектакль захватил душевностью, почти домашней тёплой атмосферой, отсылами в прошлое: детство и юность.
          Замечательно найден образ ВИА (вокально-инструментальный ансамбль) в красных костюмах, брюки-клёш, с песенными шлягерами тех давних лет.
          Прекрасный подбор актёров и сценография, отличный сценарий, удачные реплики, на которые живо реагирует зал.
          Но это внешние атрибуты.

          А по существу. Браво режиссёру Панкову. Получился спектакль о каждом из нас, поисках пути, внутреннем одиночестве, о тоске по общению.
          Мы все скучаем по неформальному сердечному человеческому общению не с ботами, а с живыми людьми.

          Расскажу случай из жизни. У нас в доме напротив на первом вынесенном вперёд по фасаду этаже находился банк.

          В какой-то момент выглядываем в окно и видим, что загорелись вещи на открытом балконе четвёртого этажа. Жители квартиры ни при чём, некто выше курил и неудачно бросил окурок.
          Тем не менее огонь разгорается - и горящие клочья ветер сбрасывает на крышу банка. Пожарным позвонили и звоним в банк: пусть пошлют кого-то затушить, пока не разгорелось.

          Вы всё поняли.
          Начинается: если Вы физическое, нажмите 1, юридическое – 2. И так далее… Равнодушный бот перечисляет алгоритм действий.
          Терпеливо ждём соединения с человеком. Но бот доходит до 9 и сообщает, если Вы что-то не поняли, прослушайте ещё раз. Щелчок – и понеслось монотонно по новой.
          А человека нет вовсе, не достучаться!!!

          После нескольких попыток плюнули, горите вы синим пламенем со своей цифровизацией!

          Не волнуйтесь, пожарные приехали и залили балкон.

          Мы – люди! И отчаянно нуждаемся друг в друге. Тоскуем по участию, по человеческому теплу. Конечно, когда у нас плохо, нам гораздо больше сочувствуют, чем радуются за нас, когда у нас случаются личные победы и всё хорошо.
          Ну и что? Мы все несовершенны. Конечно, обидно, когда твои мечты сбываются у других. Так завидую тем, кто попал на Вишневу в «Вишнёвом саду».

          Вернёмся к спектаклю. Зал следил за перипетиями в жизни героев и примерял ситуации на себя. Где-то смеялся, где-то одобрительно хлопал, но был един.

          «И нам сочувствие даётся как нам даётся благодать» вещал мудрый Тютчев.
          Умница, мыслитель, им в великосветских салонах хозяева угощали гостей.
          И женщины его любили, хотя и много горя он им принёс, но всё равно продолжали искренне любить. Ещё и сочувствовали, что так «вляпался».

          Мой обожаемый умный муж ворчит после спектакля:

          - Вся жизнь построена на лжи.

          Я возражаю словами любимого Пушкина:

          - «Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман».

          За что любим своих родных и близких?
          За то, что любят нас таких несовершенных, жалеют и поддерживают даже когда мы – неправы. Беленькими нас все любят, полюбите чёрненькими, слабыми, какие есть на самом деле.
          А если ещё и скажет:

          - Умница моя чудесная! - то, как тут не обожать?!

          «Ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад».
 
          Нам страшно важно, чтобы нас не обличали, а ценили то хорошее, что в нас есть, выделяли из прочих - и поддерживали.
          Поругать и обличить, поучить охотников масса, а где восхищающиеся? С ними сложнее.
            
          Мы скучаем по тому времени. где постулатом было, что каждый другому "друг, товарищ и брат". В те давние времена ходили друг к другу смотреть телевизор, можно было даже попроситься переночевать к незнакомым людям. Нас с мамой попутчики обогрели, накормили и спать уложили в Тарханах, когда мы ездили по лермонтовским местам. 
          Ушли из нашего бытия застольные песни, и сами застолья постепенно уходят, как ушли кухонные посиделки с задушевными разговорами.
 
          Много мыслей всколыхнул спектакль.

          Люди поаплодировали - и разъехались: кто по своим норкам, а кто-то по дворцам. Ох, сколько сверкающих лимузинов я вчера увидела, пока мы ждали автобус.  Расслоение уже велико.
 
          Люди! Ау!