Царевна Софья. Часть седьмая

Француз воспринял и любимца:
Им стал Голицын – родом князь.
Был непохожим на мздоимца,
Таким он не был отродясь.

Потомок князя Гедимина,
Литовский знаменитый род.
Был дипломатом – славно имя,
Знал реформатора народ.

Ей стал союзником – то верно!
Любил ли Софью? Зол вопрос.
Немолод князь, чуждался скверны?
К любовным чувствам не дорос?

Вполне возможно, так и было…
Пылала Софья – до поры.
Любовь прошла, она остыла,
Царевне-то не до игры.

Писал об этом князь Куракин,
Был желчным, острым на язык.
Глава приказа* – верным знаком…
Ходить тот в спаленку привык.

Кто без изъяна – бросьте камень!
Библейским строкам я верна.
Возможно, жёг царевну пламень…
Так думаю не я одна.

Был Шакловитый Софье предан,
Он не брезглив, на всё готов.
Им трудный путь не раз изведан,
Не говорил красивых слов.

Иное дело князь Голицын…
То утончённый, нежный цвет.
Мог сам измене удивиться,
Но не потребовал ответ.

Опасны слухи те царевне,
Для недругов они, как флаг!
Злословили о роде древнем,
Язык, известно, первый враг.

А был ли выбор, подскажите…
Царевна на верху одна.
Кто ей был предан, покажите!
Скорее бы достигла дна.

Примечание:
*Фёдор Леонтьевич Шакловитый – думный
дворянин, окольничий, глава Стрелецкого приказа.