Цена кристаллина. Глава 17

Их доставили прямиком в центральную городскую тюрьму, расположенную в глубоком подземелье неподалёку от королевской резиденции. Спуск туда вёл по длинной, извилистой каменной лестнице, уходящей вниз, словно в пасть гигантского зверя. Казалось, ей не будет конца: ступени были скользкими от сырости, воздух становился всё тяжелее, пропитанным запахом плесени. Стражник шёл следом, его тяжёлые шаги эхом отдавались в узком проходе, каждый раз подгоняя их грубым толчком посоха или резким окриком: «Быстрее! Не тормозить!».


 Делия чувствовала себя так, словно оказалась внутри кошмарного сна, из которого невозможно проснуться. Реальность казалась невозможной: неужели её и правда посадят в тюрьму? Что скажет мама, когда узнает? Неужели всё кончено: никакой Академии, никаких картин, никакого будущего? Её жизнь, только начавшая расцветать, оборвётся вот так, в темноте сырого подвала? Она была уверена, что за участие в «мятеже» и организацию нападения дадут огромный срок — возможно, пожизненное заключение или ссылку на рудники, откуда возвращаются единицы.

Натия шла рядом с опущенной головой, в её глазах стояли слёзы. Должно быть, она думала о том же.

Наконец они достигли дна. Тяжёлая железная дверь со скрипом открылась, и их втолкнули в маленькую, тесную камеру, сразу же захлопнув её за спинами с оглушительным лязгом. Замок щёлкнул, отрезая их от мира живых.

Холодные, покрытые слоем вековой копоти стены густо оплела паутина, свисающая клочьями, словно траурный саван, готовый поглотить всё живое. Две грубые деревянные лежанки с тонкими, грязными соломенными матрасами и покосившийся столик, прикованный к стене цепью, — вот и вся скудная обстановка их нового «дома». Единственный источник света — тусклый, потрескавшийся кристалл под низким потолком — робко мерцал, отбрасывая длинные, пляшущие тени, которые лишь подчёркивали зловещую темноту, сгущавшуюся в углах камеры. Где-то в глубине коридора капала вода, создавая монотонный, сводящий с ума ритм.

Делия, содрогнувшись от осознания полной безысходности и холода, пронизывающего кости, медленно опустилась на край кровати. Она обхватила себя руками и беззвучно заплакала, чувствуя, как горькие слёзы текут по щекам.

— Думаешь, это конец? — прошептала Натия, нарушая гнетущую тишину. Она села напротив, поджав ноги. — Отправят на рудники, где мы сдохнем через месяц? Или сразу казнят за измену?

— Не знаю, — мрачно отозвалась Делия, вытирая лицо рукавом. — Честно, не знаю. Нам в деревне рассказывали о короле Варлоке страшные вещи, но одно дело слухи, а другое — реальность. Здесь, в его городе, к нему совсем другое отношение.

— Естественно, это же его город… его цитадель, — сказала Натия, облокачиваясь спиной на холодную стену и закрывая глаза. В её голосе звучала горечь. — Всё это моя вина. Я втянула тебя в это. Прости меня, Делия. Я представить не могла, что всё обернётся таким кошмаром. Я думала, мы просто раздадим листовки, поговорим с людьми... Я была такой наивной дурой.

— Как ты могла знать? Никто не мог предположить такого развития событий, — попыталась успокоить её Делия. — Хотя… я видела, как Керис начал меняться в последнее время. Он стал очень нервным, скрытным, чувствовала, что он что-то затевает, что-то большое и опасное. Но я и подумать не могла, что именно сейчас, именно так.


— Керис? Твой жених? Он замешан в этом? - удивилась Натия.

— Да, это он первый подошёл к нам на площади, помнишь? В маске акулы, с посохом. Это был он.
Натия медленно кивнула, переваривая информацию.
— Значит, он из Сопротивления? Как же так вышло? Вы же вроде бы планировали свадьбу...

— Так его воспитали, это в его крови, в крови всего его рода, — глухо произнесла Делия, глядя в пол. — Его отец погиб на рудниках, и эта боль превратилась в ненависть. Я пыталась его отговорить, умоляла не связываться с ними, говорила, что это путь в никуда. Но безуспешно

— Понятно… — Натия задумчиво покачала головой. — Надеюсь, его не схватили стражники. Знаешь, Делия, если честно... я на самом деле с ними согласна. С позицией Сопротивления.


— С сопротивленцами? — изумлённо вскинула брови Делия, забыв на мгновение о своих слезах. — Как ты можешь такое говорить? Особенно после того, что произошло. Они жестоки, они используют насилие, убивают людей... Они просто варвары!

— Но признай, их позиция справедлива! — воскликнула Натия, и в её голосе появилась та самая искра, которая пугала Делию раньше. — Я сама хотела сказать то же самое на площади, но мне не хватало смелости. Похоже, люди и правда по-другому не понимают. Слова не работают. Нужен удар.


— Но это не выход! — оборвала её Делия, повысив голос. — Угрозы, запугивание, нападения... Это рождает только ещё большую ненависть. Мы видели, чем это закончилось.
— Где-то они перегибают палку, согласна, методы могут быть слишком жёсткими, — убежденно сказала Натия, наклоняясь вперёд. — Но цель у них благородная! Освобождение угнетённых, равенство, конец тирании. Разве ради этого не стоит рискнуть?

—  Даже не знаю, Натия. Пока что я не могу разделять их взгляды. Видишь, к чему это нас привело? Мы сидим в этой яме, а наши мечты растоптаны.
— Если выберемся отсюда, клянусь всеми богами, я так или иначе сама вступлю в Сопротивление! — с непоколебимой, почти фанатичной решимостью произнесла Натия, сжимая кулаки. — Я больше не буду молчать. Я буду бороться.

— Брось, Натия, это не то, к чему стоит стремиться, — с тревогой посмотрела на подругу Делия. В глазах Натии на секунду мелькнул тот же одержимый, горячий огонь, который она видела в глазах Кериса перед началом битвы. Этот огонь пугал её больше, чем темнота камеры. — Из-за их действий гибнут невинные люди.

— Но ведь у них есть причины и все основания быть такими! — горячо возразила Натия. — Именно королевский режим, его жестокость и несправедливость довели их до этого. Когда тебя загоняют в угол, ты начинаешь кусаться. Это закон природы.

— Даже если у зла есть причины быть таковым, это не отменяет учинённого ими зла и не делает его добром, — мрачно ответила Делия, чувствуя, как между ними возникает невидимая пропасть. — Насилие порождает только новое насилие. Круг никогда не разомкнуть.
Натия в ответ лишь скептически хмыкнула, отворачиваясь к стене.
— Ты идеалистка, Делия. Мир не такой простой, как твои картины. Иногда добро нужно защищать с оружием в руках, даже если руки испачкаются кровью.
Делия ничего не ответила. Она снова закуталась в свой тонкий плащ, чувствуя, как холод проникает всё глубже. Спорить было бесполезно. Они оказались в одной камере, но их души в этот миг, казалось, находились в разных мирах.