Горка

Зимой вся детвора – на улице: санки, лыжи, коньки и просто – игра в снежки.
 По дороге в школу есть большой обрыв к реке. Очень опасное место! Но самые бесшабашные ученики, возвращаясь из школы, подложив под себя портфели, катались с этого обрыва. Их было немного, но они были.
Когда дочь стала ходить в первый класс, мама подвела ее к обрыву и сказала: «Видишь, как высоко и опасно! Даже к обрыву больше не подходи. Можно и шею сломать».
Она сказала это не случайно. Девочка была  подвижной и озорной. С подругами из соседнего дома она часто лазила по крышам сараев, сидели вместе на заборах, Словом сорванцы, похлеще мальчишек. Однажды она даже залезла по металлической антенне у дома бабушки выше крыши, до самого верха. Глаз да глаз нужен! Соседка по лестничной площадке как-то сказала: « Что  ты свою Наташку не наказываешь! Она же разобьется! Везде лазит». Сколько было порвано платьев, колготок. Но никогда дочь не плакала, если получала синяки да шишки. Порванные вещи прятала дома, а сама доставала другие и натягивала на себя. Мать, увидев, что дочь бегает в другой одежде, знала, что нужно искать дома рваную.
Поэтому, опасаясь, что дочурка может получить травму, она строго наказала ей не кататься с этого обрыва. Дочь кивнула головой. Мать успокоилась.
 Прошло две недели. Однажды, придя домой, мама увидела под диваном новые, теплые штаны, в которых дочь ушла в школу. Подумав, что они случайно упали туда, она достала их и, расправив, замерла в недоумении.
 Ладно бы они были изодраны, как обычно, на коленях. Они были разорваны в клочья,  причем сзади. Мать вертела штаны и недоумевала: «Как умудрилась только?» Отложила в сторону, чтобы спросить у дочки. Та, как всегда, молчала. Штаны ремонту не подлежали, только на выброс!
Через некоторое время тайное стало явным. Приехав в гости, родственники рассказали: « Вы знаете, где мы видели вашу дочь? У дороги валяется её портфель, а она, не подложив даже дощечки, каталась с обрыва. Просто ужас! «
Правда, видимо, дочери тоже от шишек и синяков было несладко. Больше она не каталась с этого обрыва. Так, по крайней мере, она говорила.