История одного политзаключенного. Дедушка Трофим

УШАКОВ  ТРОФИМ  ПЕТРОВИЧ,
Уроженец села Копотилово Казанского района Тюменской области . Родился 2 августа 1898 года . Осужден 3- й УНКВД  Омской области 12.03.1938 года по ст. 58 -10, 11  к 10 годам ИТЛ.
Содержался в Горнолагере МВД с 14.02.38 г. Убыл в Волголаг 21.04. 1942 г.
Умер 16.06. 1942 г.  в местах заключения Волжлага. Причина смерти : Пеллагра, цинга.
Дело по обвинению  его  Постановлением тройки УНКВД Омской области  от 12 марта 1938 года отменено  Президиумом Тюменского Областного суда  от 06. 03. 1967 года за отсутствием состава преступления .
Ушаков Т.П. по данному делу полностью реабилитирован.
Скупые строки официальных документов не дают нам представления о трагических годах жизни  Трофима Петровича. Что послужило причиной его ареста, как он смог прожить годы ада  в лагерях.
На данный момент не осталось родственников, кроме внуков и правнуков, которые смутно помнят рассказы  об истории семьи. Очень помогли , хоть и отрывочные, воспоминания старожилов с Копотилово, с. Пешнево, соседей.
За что его забрали в 1938 году?   Есть две версии. 
  При беседах с односельчанами выплыла версия:  забрали, вроде бы, » за дружбу с попами». Бабушка и моя мама, дочь Трофима, об этом не говорили. Они назвали другую версию. Трофим работал в Копотилово в пимокатке. Еще один человек подтвердил это. Многие тогда работали на нескольких работах. Как-то пришли двое проверяющих из района в пимокатку  . После проверки попросили валенки / просто так/ . Трофим отказал, сказав, что валенки все на  учете. Проверяющие уехали. Через несколько дней  Татьяне, жене Трофима , сказали:» Татьяна, готовься, у тебя будет собрание.» Собрания проводили по избам по очереди. Они прибрали в избе, но собрания не было. Пришли два человека и увели Трофима. Больше они его не видели. Осталась Татьяна с кучей детишек , младшей – 3 года.
Но пришла весточка. Из с. Гагарье Казанского района в это же время забрали знакомого, но потом отпустили. Он рассказал Татьяне. Содержали их  несколько дней в сарае на берегу  реки , предположительно в Ишиме, кормили одной соленой селедкой, пить не давали. Затем  выпустили к реке, задержанные бросились пить  и, корчась, умирали на берегу. » Но твой Трофим не ел селедку»,- сказал знакомый. Больше ничего о нем не было известно.
Старейшая жительница с. Пешнево,  Копотилова Елизавета Тихоновна, хорошо помнит Трофима Ушакова и его жену Татьяну. Назвала имена трех их дочерей.  Она рассказала, что Трофим, как его все называли « Троша, Трошечка» / в детстве его звала так мать, поэтому и взрослым его так называли/, был звонарем в Копотиловской церкви. Колокол был  наземным. Трофим привязывал к колоколу веревку, звонил, потом отвязывал и прятал куда-то. За эту работу, видимо, получал копейки «кружечные» из храма. / Это предположение/.
 За что его забрали и когда, она не знает. Деревня была большая, больше 1000 человек. Забирали не всех сразу, а постепенно, по 1-2 чел. Приходили, увозили и все!  Елизавета Тихоновна рассказывает: «Смотрим, одного нет или двух / отца и сына/ сразу». Забирали «добрых», здоровых мужиков.
  То есть и первая, и вторая версии ареста могут существовать и по – отдельности,  и могут быть взаимосвязаны. Но дата ареста  неизвестна.
                Теперь проследим последующий его путь.
По имеющимся документам он был осужден 3-й УНКВД Омской области 12.03.1938 г по ст. 58-10, 11 к 10 годам ИТЛ.  Если очень кратко, то за пропаганду или агитацию, содержащую призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти и участие в организации  подобного рода.
По справке от 01.11. 1995 года из МВД,  он содержался  в Горлаге
 с 14.02.38 года.  Север Красноярского края, Норильск, тундра, полярная ночь – около четырех месяцев.
В этом лагере находились политзаключенные. В 1937- 38 гг. было арестовано 1700000 чел.. 725 тысяч были расстреляны.
Из материалов Википедии:  Работали заключенные на добыче руды в шахтах, на рудниках, на строительстве медеплавильного завода, строительстве дорог, на кирпичных и цементных заводах и т. д. В тяжелейших условиях  вечной мерзлоты, голодом трудились люди. Если заключенный заболел или ослабел, не выполнял норму, его просто не кормили или урезали паек.               
               
21. 04. 1942 года Трофима отправляют в Волголаг – Волжский исправительно- трудовой лагерь, подразделение Дмитровлага, созданные для строительства Угличского и Рыбинского гидроузлов / Волгострой/. В 1941 году там находилось более 85000 чел., 20% из них были политзаключенные по 58 статье. В это время, по дороге туда, он смог переслать весточку, что едут строить канал. Какой, где, не сообщил. Это было последнее, что узнали родные. И все, ниточка оборвалась!
Главная задача лагеря была чисто производственная. Если заключенные умирали и болели, следовательно, работа стояла, а от этого страдал прежде всего план, за выполнение которого начальство Волголага отвечало головой. Заключенных расстреливали тогда, когда они пытались сбежать из лагеря, либо отказывались работать.Подъем в волжских лагерях был в 5 часов утра. В тяжелейших условиях, по колено, а то и по пояс в холодной воде, непрерывно шла работа. Кирка, лопата и лом — вот и все строительные инструменты.
Невыносимые условия приводили к побегам заключенных. За короткий срок произошло более 600 побегов, но пули охраны и хорошо обученные овчарки не оставляли беглецам никаких шансов. За первый побег срок увеличивался до 10 раз, а за повторный побег заключенный приговаривался вплоть до высшей меры наказания. За отказ работать заключенные помещались в штрафной изолятор на 300 грамм хлеба в день, если он продолжал упорствовать, то хлеб давали через день, далее следовал расстрел. В 1942 г. когда фашисты находились еще недалеко от Москвы из управления пришел приказ передать все имеющиеся продукты питания воинским частям. В лагерях начался страшный голод. Уровень смертности в Рыбинском ИТЛ был значительно выше, чем в среднем по ГУЛАГу». Один из сотрудников лагеря вспоминал: «Когда в рабочую зону ввозили бочку с солидолом для смазывания рабочих механизмов, заключенные набрасывались на нее и вылизывали дочиста».               
         Самым трагичным в истории Волголага стал 1942 год – тогда умерли 16 704 человека (47% от численности лагеря). Большинство заключенных умирали от туберкулеза и пеллагры…16.06.1942 г. Трофим Петрович умирает от тяжелейших болезней, которыми болели заключенные, от изнурительного труда, голода. Болезни с летальным исходом. В свидетельстве о смерти, полученной родными в 1967 году по запросу, записано : умер в местах заключения Волжлага от пеллагры и цинги.  ШАНСОВ ВЫЖИТЬ У НЕГО НЕ БЫЛО! Даже расстрел был бы гуманнее, чем эти мучительные годы в лагерях. (P.S.- Очень похоже на использование государством бесплатного рабского труда. Заметим: вначале под конвоем в Норильск и лишь через месяц вынесли обвинение).               
Эту историю не хочется вот так заканчивать. Это лишь одна  из миллионов трагических судеб.
Счастье, что его семью не сослали. Его жена, Ушакова Татьяна Николаевна, сильная духом женщина, в эти тяжелейшие годы сумела вырастить и воспитать своих детей.
 Старший сын, Николай, после окончания школы уехал на Урал в парашютный клуб, аэроклуб.  Родина бросила клич: «Комсомольцы – на самолёты!» Прошел всю войну. Прыгал с парашютом в тыл врага . Были ранения. Майор. Награжден многочисленными орденами и медалями : Орден Красного Знамени, Орден Красной Звезды и др. После войны работал Председателем Правления клуба «Юность» в Саратове.  Умер в 1970 году.  Младший сын, Тимофей,  ушел добровольцем на фронт в 1943 году, когда ему исполнилось 18 лет. Похоронка пришла в феврале 1945. Три дочери  получили образование, две из них жили в Петропавловске, в Казахстане. А  дочь Нина всю жизнь прожила в с. Казанском, работала воспитателем и методистом в д/саду. Трофим мог бы гордиться своими детьми.  СВЕТЛАЯ ЕМУ ПАМЯТЬ!!
 
Из книги "Род Маслеевых. Вглубь времён." Глава "История одного политзаключенного".