В устье речушки Вольвы

Утро. Туман за деревней Сукманово уже начинал рассеиваться, таял, редел. Взошедшее 
солнце весело играло над лесной опушкой, вершинами сосен, елй и берёз. Небосвод отдавал голубизной, ни единого облачка. В поблекшей траве висели крупные горошины хрустальной росы. Кусты были забинтованы белесыми полотнами паутины, провисшие от росистых капель.
Я хорошо помнил, что сразу за опушкой откроются глухие овраги,полумесяцем, перейдя овраги, тропинка вильнёт влево, между густых облетевших орешников затеряется в шиповнике, потом справа будут стоять раскидистые дубы по берегу речушки Вольвой.
     Устал, присел отдохнуть на свежей пенёк, повернул голову влево и сразу вскочил с пенька. В двух шагах от меня, грелась на солнышке серая змея, на брусничной кочке.
В лесу поутру стоит особенная, таинственная, глубокая тишина. Сороки взлетели, сели на ветки золотистой ольхи и громко застрекотали, нарушая обманчивую тишину осеннего леса.
Рядом взгляд натолкнулся на ёлочку - малолетку. Ни единой обломанной ветки. Как на картине: пушистая, лёгкая, пригожая, как балерина.
Загорелись рябины огромными кострами по порубкам.
Осень, а на тропе суетились муравьи, тащили куда - то тонкие веточки, сухие иголки хвои. Сам воздух задумчив, густ,чист, прозрачен и чувствуешь, как легко, глубоко дышится.
Где в кустах ольхи попискивала несмело пеночка. Какая - то птичка тихонько посвистывала, словно звала кого - то и не могла дозваться. На противоположном берегу, в густом ольховнике стрекотали шумливые сороки, негромко пересвистывались хохлатые синицы в черёмушнике.
В золотистом сосняке слышалось лёгкое пощёлкивание глухаря:" Те-ку...те-ке", а потом словно ножик начал точить:" Шчи-шчи-шчи". 
А через минуту заметил другого глухаря, важно шагающего по просеке. Это было свидетельством того, что здесь - глухариный ток.
В самом устье речушки Вольвы тенькала большая синица, в дубняке раздавались гулкие удары дятла. Вдруг впереди кто - то тяжко, шумно вздохнул. Лось!
На подходе к торфяной ямине отчётливо увидел комолого быка с ветвистыми рогами, нервно ворочающегося в трясине. Рогач увидев меня, дёрнулся резко и выскочил из болотной воронке и побежал ломая кусты багульника.
На правом берегу витала какая - то особенная утренняя тишь. Лишь впереди меня на ветках дуплистого дуба сидела, покачиваясь из стороны в сторону, крапивница, которая своими чёрными очами, внимательно глядела, что я делаю в осеннее утро, словно выговаривая с укором:"Всё - вижу....всё - вижу".  Тетерев - косач бормотал  в болотине, только доносилось:" Чур-чур-чур...бур-бур-бур...".
Созревшие ягоды рябины пробуют серые дрозды. Суматоха, шум, гам доносится из редкого рябинника.
В поднебесье белели облака, пронзённые золотыми лучами осеннего солнца.