Этюд Аэлита. Гроссмейстер на интуиции

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита вошла в кабинет профессора с шахматной доской под мышкой и выражением лица гроссмейстера, которому предстоит милостиво уступить новичку. Лесли несла коробку с фигурами и жевала яблоко, как зритель перед представлением.
— Я решила научиться играть, — объявила Аэлита, водружая доску на стол. Карандаш поспешно перебрался на подставку для ручек, опасаясь, что его возьмут в пешки.
— Сколько времени вы изучали правила? — спросил профессор, откладывая книгу.
— Один вечер. Я посмотрела сериал про шахматистку. Там всё понятно. Главное — смотреть на соперника загадочно и не мигать.
— Фигуры ходят иначе, чем взгляд.
— Это детали. Играем?
— Каким цветом?
— Белым. Он выглядит честнее.
Лесли села сбоку и приглушённым голосом спортивного комментатора произнесла: «Добрый вечер, дорогие зрители. В эфире встреча, которой никто не просил».
Аэлита выдвинула ферзя на три клетки вперёд.
— Ферзь так не ходит, — заметил профессор.
— Это мой дебют. Я его придумала.
— Это называется «ошибка».
— Это называется «интуиция».
Профессор молча сдвинул пешку. Аэлита проводила её взглядом и тут же сделала ход конём, который прыгнул через три фигуры и приземлился на клетку, где уже стоял её собственный слон.
— Конь не может съесть слона из своей же команды, — сказал профессор.
— А если слон согласен?
— Слон не согласен. Он белый.
— Слон согласен, — повторила Аэлита и поставила коня рядом. — Он сам подвинулся.
— Он стоит на той же клетке.
— Они подружились.
— Ситуация накаляется, — шёпотом сообщила Лесли невидимой аудитории. — Белые выстраивают союз с нарушением физики.
Профессор подвинул ладью. Через минуту он аккуратно снял с доски ферзя Аэлиты.
— Вы съели мою королеву! — возмутилась она.
— Она стояла под боем.
— Она стояла под наблюдением, а это разные вещи.
— Теперь я её нашёл. У вас осталось пять фигур.
— Шесть, — уточнила Аэлита. — Вы не посчитали пешку, которая спряталась.
— Пешка за краем доски не считается.
— Она отдыхает.
— Ей полагается отдыхать в другой коробке.
Лесли откусила яблоко и сказала в воздух:
— Аэлита идёт на последний бросок. Она берёт ладью и ставит её на клетку, которую профессор только что освободил.
— Это был шах! — торжествующе объявила Аэлита.
— Это мат, — спокойно возразил профессор. — Только не ваш.
Он сдвинул слона по диагонали и откинулся в кресле. Аэлита уставилась на доску.
— Я не вижу, где вы выиграли.
— Вот здесь, — показал профессор. — Ваш король не может двинуться ни на одну клетку.
— Он может.
— Куда?
— Куда-нибудь.
— Попробуйте.
Аэлита взяла короля, покрутила в пальцах и вернула на то же место.
— Он отказывается.
— Он мудрый.
Она вздохнула, села прямо и произнесла с достоинством:
— Я признаю поражение. Но в моих рядах была одна незначительная неточность.
— Какая?
— Я забыла, что у фигур есть ограничения.
— Это называется правилами, — сказал профессор.
— Они лишают игру свободы.
— Они лишают игру хаоса. Зато оставляют смысл.
Лесли захлопнула воображаемый микрофон.
— Итоги встречи. Профессор побеждает, Аэлита остаётся при своих убеждениях.
— И при своей интуиции, — добавила Аэлита. — Она только что подсказала мне, что реванш неизбежен.
— Назначьте на следующую неделю, — предложил профессор. — После того как прочтёте правила.
— А если правила скучные?
— Тогда проигрывать станет интереснее.
Аэлита встала, прижала доску к груди и направилась к двери. На пороге обернулась.
— Профессор, а пешка, которая отдыхала? Вы её нашли?
— Нет.
— Значит, она вернулась домой.
Она вышла. Профессор осмотрел доску, обнаружил пустую клетку на месте пропавшей пешки, достал карандаш из подставки и аккуратно поставил его на эту клетку.
— Пешка отсутствует, — сказал он. — Карандаш займёт её место. Он давно просится в бой.

Конец эпизода.