Защититься от змея Горыныча. Часть1. Глава первая

- Я всегда думал, что наш князь Борис совсем сдурел на старости лет, - говорил начальник городской стражи своему другу и помощнику Изяславу, - вот зачем, думал я, он отстроил замок, как у заморских смердящих рыцарей? Цвиль по углам, сквозняки, нет настоящего тепла и света...

Холод идёт от камня, не то что наши сосны и дубы. Я теперь понимаю. Он готовился. Деревянный дворец - пшик и сгорит за ночь, а эту махину поди сожги. На века. И ещё. Летал у них там в Замории дракон один. Слухи ходили. Сжигал все. Может, князь боялся, что он и к нам пожалует?

- Так ихние драконы нашего змея поганого боятся, что аки двеннадцати голов, - заметил Изяслав.

- И ещё дочку князя - Милицу, аки одна голова, но какая! Как начнёт ругать, ни один дракон не сдюжит.

Они хором заржали.

...Охранник главных ворот недовольно обратил внимание, на то, что кто-то долбит в дверь.

"Ну кто еще?!", - проворчал он и пошёл открывать.

На пороге стоял юноша. Весь грязный, в драных рубашке и штанах. В лаптях. Волосы давно не стиржены, тёмные и спутанные. Исподлоблья на него смотрели светло-зеленые глаза, полные непокорства и настороженности.

- Кто такой? - брезгливо спросил его охранник.

- Киж я. Работу ищу каку.

- Что можешь?

- Много. Кузнечить, по - плотницкому.

- Хорош. Входи.

Охранник закрыл слуховые окно и принялся отворять тяжёлые ворота.

Киж зашёл. По изможденному лицу было видно, что он давно не ел.

- Иди на кухню, скажи, я велел - Лука с ворот. Пусть тебя покормят и найди Георгия - нашего главного.

Тот с достоинством кивнул и пошёл туда, куда показал стражник.

Как только он перешагнул массивный порог на него тут же обрушились звуки и запахи внешнего двора. Киж шёл по неровной каменной мостовой, пахнущей конский навозом. Дым кузницы попадал в нос и чем-то успокаивал, а вот принесенный запах жарящегося мяса разбудил у Кижа зверский аппетит. Он не ел три дня. Вокруг теснились хозяйственные постройки: кузница, конюшни, амбары, деревянные хижины слуг и ремесленников. Громкие разговоры, хохот люда, ржание лошадей и удары молота о наковальню создавало обычный уличный шум. Дальше ему надо было пройти к укреплённому центру замка. Чтобы попасть туда, он зашел через вторую линию обороны — узкий проход под надвратной башней, где в дубовых стенах прорезаны "бойницы-убийцы". Внутри проезда было темно, лишь одинокий факел немного светил "себе под нос". Запах сырости и дёгтя ударил ему в нос. Хорошо, что не мяса, уже не так мучительно.

Он вышел к конюшням и коновязям. Обычно вновь прибывшие оставляли здесь своих лошадей. Кони ржали, жевали сено и иногда яблоки, если их угощал конюх. Он был в серой конопляной рубахе, только не такой грязной как у Кижа, в узких тёмных холщевых штанах, поверх рубахи был накинут зипун с кожаными завязками. Светлые волосы сосульками свисали на лицо, но он очень ласково обращался с лошадьми, поэтому Киж решился спросить у него как найти начальника городской стражи.

- А, Георгий сейчас следит за тренировкой дружинников. Слышишь, рубятся?

Киж прислушался. Действительно, чуть подальше, если завернуть за кузницу, откуда и так доносилась равномерный лязг метала и метал, раздавался характерный шум.

Парень отправился на звук ударов деревянных мечей и свиста стрел. Проходя мимо кузницы он невольно задержал свой взгляд на здоровенном и красном кузнеце, раздетом по пояс, который окунал новенькие мечи в бочку с водой, а те шипели как сотня разъяренных змей.

Мечи получились не очень ровными.

- Бог в помощь, - поприветствовал его Киж, ответив поясной поклон.

- И тебе, - басом ответил бородатый детина, критически осматривая получившееся оружие, - опять кривые, мне княже снова отвесит за них, - понуро пробурчал он.

- Я могу подсобить, - вдруг вызвался Киж.

- Могёшь? - недоверчиво уточнил кузнец, - да тебя соплёй перешибешь!

- Ты из одного куска стали делаешь? - определил на глаз Киж, - так нельзя. Для сердцевины нужно мягкое железо.

- Есть тако. Заходи.

И он пропустил его в жарко натопленную кузнецу.

Там Киж, не смотря на голод, споро взялся за работу и довольно быстро приварил полоски стали к железной сердцевине, используя речной песок и показав невероятной силы и точности удары, выковал идеальный дол и на глаз определил, когда окунать меч в воду. Затем заполировал кожей с нанесенной на ней особой пылью. Вскоре у кузнеца в руках оказался идеально ровный и блестящий новенький клинок.

- Эка..., - любовался он им на солнце, - мастер ты однако!

- Возьмёшь меня в помощники?

- Это мне надо быть у тебя помощником, - улыбнулся тот и представился, - Кузьма я.

- Киж.

- Где ты так научился?

- Немой был у нас в селе. Делал такие орудия труда и оружие - загляденье.

Говорят, иноземец он. Из бывших пленных. Какие-то загогулины интересные выводил на изделиях.

- Это какие?

Киж взял палочку и начертал на земле непонятные буквы. У Кузьмы глаза на лоб полезли.

- Слухай. Да это знак лучших иноземных мечей! Неужто у вас ихний мастер был...

Киж лишь пожал плечами.

- Кузьма, я ведь к начальнику стражи шел, да у тебя задержался.

- Я тебя сам к нему провожу, засуетился кузнец и побежал переодеваться.

А когда они подходили к тренировочной площадке вдруг растворились деревянные ставни на главной башне и оттуда полетел глиняный кувшин, который раскололся на мелкие черепки, а вдогонку ему пронёсся раскатисный женский голос:

- Заморозил, изверг! Папаня у меня морозко оказался! Построил колодец этот тёмный и цвилевый, и меня в него усадил!

Следом полетел ещё один кувшин, который попал в мишень, и для стрельцов так навсегда осталось тайной, куда давеча угодили их стрелы.

- Уймись, Милица! - возопил князь, который вышел на балкон соседней башни, - никто тебя не запер. Выдь на солнышко, погреться!

- Солнышко?! Где видишь ты солнышко, ирод окаянный?! Ты почто на дровах экономишь?! У меня крысы в башне замерзают, сквозняком всех котов угнало. Хочу в избе жить тёплой, чтобы печь была в пол дома, а на ней коты и я!

И на земь полетел ещё один кувшин.

- А и правда, отчего у нашего князя не терем деревянный, а замок каменный? - поинтересовался Киж у Кузьмы.

- Да предсказала тут колдунья одна, что Змей Горыныч спалит его терем.

- А...

- Ой, и злющая у него дочка. Уже всю посуду перебила в замке, наверное, - посочувствовал князю кузнец.

- Дык, холодно ж девице. Отогреть бы её надобно, может она и подобреет, - пожал плечами Киж.

- Вот ты этим и займись, - заржал Кузьма и подвёл его к начальнику стражи.