Моя песня любовью согрета. Вера Лурье

Была участницей театральной студии Н. Евреинова и поэтической «Звучащая раковина» Н. Гумилёва. В ранних стихах сказалась увлеченность своими учителями, они были несколько подражательными. Осенью 1921 года эмигрировала в Берлин. Входила в сложившийся в городе круг русской интеллигенции (И. Эренбург, Нина Берберова, Александр Бахрах и др.). В 1938 году была арестована гестапо. У Лурье много воспоминаний о поэтах Серебряного века.

Молитва

Я песни собираю всюду,
В восходе солнца и в закате дня,
Но трудных дум я тоже не забуду!
Благослови же Господи меня!
Дай мне глубин и новых откровений
В ночной голубоватой тишине
И радости мучительных томлений,
Когда все тело плавится в огне.
И силы оторвать другого
От пропасти, в которую взглянул.
Дай Господи, чтобы сомнений гул
Он заглушил в моих напевах снова.

***
Моя песня любовью согрета,
Любовью почти без ответа,
И каждую краткую встречу
Я в сердце глубоко отмечу.
И в молитве прошу я у Бога,
Дать мне солнца и радости много,
Чтоб смогла я любимому снова
Все отдать за доброе слово.

Поэт

Города сменяются и дни,
Но поэт живет своей любовью,
И чернила разбавляя кровью,
Зажигает для людей огни.
Он в туманах каменной столицы
Радужные видит небылицы.
По ночам пророческие сны,
Дали темные ему ясны.
Но потом с глазами сонной птицы
Крыльями размахивая рук,
Ничего не слышит он вокруг.
И с трудом разглядывает лица.
 

М. Осоргину

Когда ноябрь октябрю на смену
По ржавым листьям медленно бредет,
Как муж ревнивый, увидав измену,
Как до конца все промотавший мот,
Как та старуха в сказке у корыта,
Как девочка — опомнилась — бледна,
А рядом кукла новая разбита,
Стою у растворенного окна.
А ты — но я напоминать не стану —
Берлинский позабыть успел туман,
В стране, где с уличных ларьков каштаны
Смуглеют, подле золота банан.
В стране, где в воздухе прозрачном ночи,
В протяжном говоре любовь, во всем
Таким густым надышена теплом.
Скажи, ты вспомнить ли меня захочешь?
 

***
От бессонницы ломит тело
И колени трудно согнуть,
Скоро город оставлю белый
И ступлю на солнечный путь.
Но два глаза вползли в мою душу,
Обожжен поцелуем рот,
Листья падают глуше, глуше,
Ветер кружит их желтый полет.
Эту встречу нигде не забуду,
Как и гулкий город ночной,
И желаньем томиться буду
И чужой, не русской зимой.
 

***

Н.Г.

Вы глядите на всех свысока
И в глазах ваших серых тоска.
Я люблю ваш опущенный взгляд,
Так восточные боги глядят.
Ваши сжатые губы бледны.
По ночам вижу грешные сны.
Вы умеете ласковым быть,
Ваших ласк никогда не забыть.
А когда вы со мной холодны
Ненавижу улыбку весны.
Мы случайно столкнулись в пути,
И усердно я бога молю,
Чтоб сказали вы слово «люблю».
И по картам гадаю на вас,
Каждый вечер в двенадцатый час.

***
Меня преследует овал лица,
Такой измученный, как на иконах,
И молчаливой скорби нет конца
В его холодных, вежливых поклонах.
Когда гляжу в продолговатый взгляд,
Я вспоминаю желтую мимозу.
Сегодня ярко фонари горят,
Всем холодно от крепкого мороза.
Совсем прозрачный под ногами лед,
В тумане раздается звон церковный.
Я знаю, никогда он не придет
С улыбкой ясной и мольбой любовной.
***
Электричество вдруг потушили
И нам всем без причины смешно.
Строгий тон мы на время забыли,
Пробивается утро в окно.
Мы лежим на диване устало,
Кто-то глупую сказку твердит:
Как змеиное острое жало
Злой волшебник в шкатулке хранит.
Вы ласкаете руки губами,
Мне приятно лежать и молчать,
Знать, что нет ничего между нами,
Мы на завтра чужие опять.
На поклон ваш спокойно отвечу
Ежедневным кивком головы,
И никто не узнает про встречу
И про то, как целуете вы.
На кладбище
Тихо, тихо. Могилы, кресты,
И доносится издали звон.
На крестах изреченья просты,
Мертвым снится таинственный сон.
И мне кажется, будто пришла
Отдохнуть я из дальней страны,
Всю аллею прошла до угла,
Сердце радостно, мысли ясны.
Нехорошее все позабыть,
И сидеть, и сидеть без конца.
Только голову в зелень зарыть
И стереть всю неправду с лица.

***
Отчего я плакать не умею,
Зло и хмуро на тебя взглянуть.
Тихо, тихо мы прошли аллею,
Поглядели на болота муть.
Знаю ты умеешь быть желанным,
Но заманишь снова в пустоту.
Павловское небо так туманно,
Поцелуев острый вкус во рту.
Пахнет тиной топкое болото
И зеленой, молодой сосной.
Заскрипят железные ворота.
Рано утром я вернусь домой.

***
Пролежала в открытом окне,
Промечтала всю ночь до утра.
Вас боялась увидеть во сне,
Равнодушно простились вчера.
Вы так медленно тонкой рукой
Провели по усталым глазам,
Но я знала, что стала чужой,
И улыбкой ответила вам.
И никто не заметил огня
Моих низко опущенных глаз,
И никто не узнает, что я,
Так недавно любила вас.