Героям СВО

Поэма
Не по сухим сводкам с передовой,
А по горящим вишневым садам,
Настало лето, сея мир и зной.
Оно пришло сквозь восемь долгих лет,
Когда Донбасс стирал с лица слезу,
Когда в ночи рождался тихий свет,
И сталь твердела в нас.
Всё началось с защиты. Русский мир
Не мог смотреть на боль родного края.
Надев погоны, взяв ориентир,
Пошла вперед история живая.
Освобожденье.
Праведный поход
От Мариуполя до светлого Кахова,
Чтоб защитить от смерти свой народ,
Сказав решительно и веско слово.
Вставала крепость из руин и пепла,
Линии фронта чертит карандаш.
И сталь брони от ненависти крепла,
И заступал на пост ночной блиндаж.
Здесь фронт пролег не только в чистом поле,
Где лязг брони и грохот батарей.
В каждом сердце, в русской доле,
В душе измученных родных людей.
В апреле, в дни святого Воскресенья,
На время стихли выстрелы в ночи.
Пасхальное святое перемирье
Дало уставшим к миру ключи.
Обмен пленными.
И сотни жизней вырваны из ада.
Идет вперед, не требуя награды,
Простой солдат, защитник и герой.
И расцветают русские снаряды
Над выжженной, но не чужой  землей,
что снова к дому возвратилась.
С семнадцатого числа и по двадцать третье
Свершилось то, что в хроники войдет.
Массированных три удара вместе.
И павших списки.
Взлет ракет и дронов.
Выбит тыл глубокий.
Поражены ВПК, логистика, мосты.
Удары «Центра» — точные и строгие:
Освобождены Первомайск, Сергеевка, Доброполье.
«Юг» взял Дружковку, «Север» — вошел в лес густой,
И враг разбит, лишенный подкрепленья.
«Восток» прошел Тимошевку и Яр,
В Днепропетровской области спас населенье.
За эту осень, в семь коротких дней,
Противник потерял в полях сраженья
Лишь в «Центре» — две с половиной тысячи людей,
И сотни техники, лишенной управленья.
Счет «птиц» сбитых идет на тысячи уже,
Их рой редеет в нашем небе синем.
И пять безэкипажных катеров
Наш Черноморский флот отправил к минам.
Пылает тыл врага. Горят составы,
Что шли под эгидой дальних стран.
Мы бьем по центрам их военной славы,
Срывая западный кровавый план.
И эта правда, что острее стали,
Ложится в строчки, жжет черновики.
О ней в Москве со сцены нам читали
Долгарева, Ватутина, стихи
Их, словно письма с линии разлома,
Где кровь и правда капают на лист,
Дошли до нас из огненного дома,
И каждый слог пронзительно речист.
«ПоэZия русского лета» — не просто
Красивый слог и выверенный ритм.
В ней каждый вздох — спасенного подростка,
В ней каждый вздох — кровь героев.
Боец с гитарой, с позывным «Чинитель»,
Сидит в блиндаже, отложив свой ствол.
Он не штабной, он — правды сочинитель,
Чтоб каждый в роте веру не нашел
Лишь в черном порохе, а в русском слове,
Что лечит душу крепче, чем наркоз.
О нашей силе, чести и основе
Поет боец средь материнских слез.
Эпилог
Учителя теперь откроют классы,
И школьник, отложив привычный том,
Прочтет о тех, кто не носил лампасы,
Но заслонил собой наш общий дом.
Олега Рой, и повести, и были,
И сборники, что названы «Зима»,
Чтоб мы героев наших не забыли,
Чтоб мы их помнили всегда.
Но главный памятник — не пыльный том на полке,
Не строчки в государственной программе.
Он встанет ввысь — гранитный, строгий, долгий,
В молчанье бронзы, в Кудрове и в храме.
Он встанет в Перми — там знаменосец с флагом,
 Где вышит Спас и надпись: «С нами Бог»,
Стоит над миром, осеняя благом
Пять бронзовых судеб, пять земных дорог.
Стоит солдат с спасенным им ребенком,
 И Мать в Агинском сына своего
Встречает в камне с трепетом негромким —
Так в бронзу влито сердца торжество.
Пусть в сводках цифры — а в эфире — споры,
Но здесь, в полях, где не сдается жизнь,
Решаются великие просторы,
И шепчет степь: «Держись, сынок, держись».
Идет к концу дорога огневая,
И новый день встает из-за реки.
Идет июнь, броню с травы снимая,
Стирая пот с мужской руки.
И этот пот, и кровь, и шаг победный
Останутся в граните на века.
Не меркнет подвиг солдат России,
Его запомнила вся страна.
И в этом камне — не конец историй,
А вечный свет негаснущей зари.
Для тех, кто пал на Куликовом поле,
И для сынов, что с нами здесь, внутри.
Бессмертный полк шагнул через границы:
В руках бойцов — портреты их дедов,
И смотрят в небо бронзовые лица
Под тихий звон церковных куполов.