Окно маршрутки

Еду в маршрутке. Долго ехать, полчаса ещё, а водитель не может определиться со скоростью. Будто рывками едем. На улице так жарко, а в транспорте ещё хуже, приоткрытые окошки не спасают, а я начинаю ещё больше чувствовать вонь табака с водительского сиденья. Как же душно, скучно… и грустно.
Я еду и смотрю в окно маршрутки, мечтая добраться домой к сладкому и обжигающему мой рот зеленому чаю и любимой черной кошке. Всегда любила место у окна: в детстве я могла прислониться лбом к нему и слушать этот ритм между стеклом и моей головой. И смотреть в него всегда интересно было. Наблюдать, как закатное солнце бежит за нашей маршруткой, не отстает, ведь поэтому оно никуда не уходит, не проносится в секунду, как дома, деревья, люди? А в долгих поездках, в горы, например, или на море, ещё и пейзажи бывают красивые, и пасущиеся коровы с лошадьми иногда появляются. Я всегда любила место у окна.
От моего пункта А до пункта Б, ездой в полчаса, путь тоже интересный, если присмотреться. Как-никак, а этот маршрут проходит чуть ли не зигзагами через улицы частных домов, района не так уж давно и построенного, и потому дома здесь разные, хоть построены большинство по одному шаблону. С заборами и без, если нет забора – значит в этом только купленном доме ведется масштабный ремонт, от шпаклевки стен до обустраивания мебелью все комнаты. И только потом хозяева поставят забор. А может и не поставят, может семья бедная и денег на такое они только к пенсии наскребут. Зато вот сейчас проезжаю мимо большого красного дома, двухэтажный, но это только по окнам, а по размеру он ближе к трехэтажному. Забор у него, да даже забором такое не назовешь, детализирован золотыми узорами, а по середине, по классике, две львиных головы. Львиные головы на воротах – признак богатства семьи. Или цыганства. Кто знает? Кто вообще знает этих людей, кто в этом доме живет, сколько там детей, чем каждый член семьи сейчас занимается, может их десятилетний сын в данный момент гоняет в футбол с друзьями, или катается на велосипеде, или смотрит мультики, или играет в телефон – что он делает прямо сейчас, пока я еду в маршрутке домой? Куда идет этот мужчина, куда и зачем едет водитель красной машины, которая только что проехала мимо меня? О чем думает сейчас парень, сидящий на заднем ряду, думает ли он сейчас вообще? Я еду домой, а куда он едет? Тоже домой? Гулять с компанией? Или решить в городе какой-то вопрос? Как много жизней в этом мире, каждая проживается индивидуально. Почему-то мне сложно это осознать.
Собаки, три собаки: белая, черно-рыжая и трехцветная, лежат на траве прямо под солнцем, греются. Одна на спине, подняв лапы к небу и демонстрируя солнцу свой животик, другой полностью растянулся, прильнув мордой к земле, а третья лежит на боку. Вот они точно ни о чем не думают, а просто живут, им смысл жизни не нужен, они ведь не разумные. Почему я не могу жить как эти собаки? Без налогов, без моральных и законных правил, без хитростей и войн, просто жить эту жизнь? Ладно, им тоже не сладко живется. Но все-таки налоги платить им не нужно. А трех собак мой взгляд поймал за секунду, ну две может, водитель ведь не торопится особо. На третьей секунде мы уже дем дальше, проезжая мимо другие жизни. Две молодые женщины с колясками, бабушка с пакетами (закупилась на рынке), две девочки одиннадцати лет гуляют, а вот мужчина с женщиной стоят возле припаркованной у дома серой машины, они о чем-то разговаривают. Кошка спрятала лапки под себя, сидит круглая на лавке у дома поменьше, с садом, а сзади дома наверняка есть огород. Лысый мужчина зашел в дом, другие двое, через четыре дома от того, стоят разговаривают. Один из них седой, он вылез из машины, но не до конца, рукой придерживая дверь, второй держит сигарету и болтает со своим знакомым, который наверняка хозяин дома из желтого кирпича сзади него. Как они познакомились, что их связывает, что обсуждают? Но это уже неважно, потому что мы едем дальше. О, красивый дом с таким шикарным садом. Он такой же, как и остальные дома, небольшой, но хозяин (хотя мне больше кажется, что это хозяйка) явно трепетно заботится о нем и саде. Такая красота достойна уважения!
Люди, люди, люди, дома, люди, собаки. Дома, дома, дома, дома. Все со своими историями, оттого и разные. И ведь сейчас покажется, что все они, проходящие мимо, просто стоящие и стоящие ждущие чего-то – все они как нпс в моей жизни. Я не знаю их имен, они как декорации в моем фильме. Но это ведь не так. Хоть я не знаю их имена, истории и личности, они также проживают каждый день от утра и до ночи и снова, они также не знают кто я и как меня зовут. Это базовая, давно уже известная всем философия, если так можно назвать, я не открыла ничего нового, но как удивительна его сущность, как она не укладывается в логичную точность, как наука, в человеческий разум! И все-таки жаль, что я не могу видеть свою жизнь от третьего лица, как кадр фильма…
Много домов, абсолютно разных! Много людей, абсолютно разных. Зеленые деревья, они такие яркие. Мы едем мимо улиц, прямо, в конце будет тупик в виде здания магазина, и мы завернем налево. А пока едем прямо, четко по маршруту, а мне хочется свернуть на первый же поворот, который окружен такими же домами, там обычная улица, но мне так интересно узнать какая она. Какая именно обычная? Что если поехать сейчас не по маршруту номер 113, а повернуть на этом перекрестке? Могильный венок прямо на улицу – кто-то здесь умер. А кто это был? Родным этого человека сейчас очень больно. А что если у меня кто-то тоже погибнет в автокатастрофе? Или я разобьюсь на самолете. Это же не только в фильмах бывает. А что если, а что если, а что если.
А что если, а что если, а что если, а что если, а что если, а что если, а что если, а что если…
Кажется, окна транспортов плохо на меня влияют.
Сейчас мой глаз заметил Пятерочку, именно ту, в которую хожу именно я. А ещё именно мимо неё я порой сокращаю себе путь до дома. Но сейчас мне хочется его только увеличить. Ещё немного побродить. Ещё немного оценить чужие дома. Попробовать угадать какие люди там живут и как они живут. А сразу после этой Пятерочки появилось здание, соединяющий два магазина: канцелярский и зоомагазин. Его возникновения в поле моего зрения становится маячком для меня – пора оповещать водителя о моей остановке.
Наконец выхожу из маршрутки. До дома ещё идти и идти.