ЛитературовИдение. Взросление

             Если следить за новостями из Парижа, становится понятно, почему Лев Толстой отказался от идеи написать роман о Декабристах. Как известно, заговорщики опирались на опыт Великой французской революции. Лев Николаевич знал о страшной резне, о реках крови, затопивших улицы Франции. Таков результат революционного порыва – взять Бастилию! На момент бунта в Бастилии не было политических заключённых, а были фальшивомонетчики, душевнобольные и отпетые уголовники. Оголтелый пролетариат способный пробить революционным булыжником голову любому и ограбить. Вот и сейчас мы наблюдаем погромы и грабёжи. Макрон потирает руки, можно будет оправдать всё, что наворотил за годы своего тупого правления.

             В советских школах нам внушали революционную романтику, а Толстой понял, что грозило России и ужаснулся. Великий русский классик не хотел иметь ничего общего с заговором бездельников и краснобаев, рвущихся к власти при активной поддержке Запада. Вспомните хронику того времени. Волна террора – цареубийцы становились героями. О них писали и говорили. Либеральная общественность встречала убийц аплодисментами в залах суда. И в это время Толстой выдвинул наивную теорию о непротивлении злу насилием. Что же оставалось!? Поп Гапон уже был. Профессор Осипов охарактеризовал учение Толстого, как неглубокую и поверхностную смесь из буддизма, иудаизма и мусульманства. Может быть. Но Толстой хотел остудить горячие головы. Увы, даже его авторитета не хватило, учение Толстого не имело большого успеха. Лекарство не помогло. Общество было глубоко и безнадёжно больно революционной лихорадкой. Россия медленно, но, верно, сползала в бездну хаоса гражданского противостояния. Англичанка продолжала гадить, и с ликованием слушала доклады о съездах русских революционеров у себя под боком. Потирали руки во всех властных кабинетах Европы. Знакомая картина, неправда ли?!